Читаем без скачивания Это сделал Дворецки - Уолтер Мэркс

Тони. И называй меня не «Альдо», а как-то более нежно.

Натали. Дорогой?

Тони. Отлично (Натали ложится на диван, демонстрируя зрителям округлость бедер, смотрит на грудь, чтобы убедиться, что она лишь по минимуму прикрыта ночной рубашкой и халатом).

Натали. Я должна сразу показать, чего от него жду.

Тони (входя в роль). Вы звонили, мисс?

Натали. Дорогой! Возьми меня! Сейчас!

Тони (выходя из роли). Мы не продвинемся с этой сценой, если сразу начнем с такой высокой ноты. Я хочу, чтобы ты подходила к этому постепенно. Попробуем еще раз. (Входя в роль). Вы звонили, мисс?

Натали. Да. Подойди. Почему бы тебе не присесть?.. (Похлопывает рукой по дивану) Сюда.

Тони. Я лучше постою.

Натали. Знаешь, дорогой… надеюсь, ты не возражаешь, что я называю тебя дорогой… ты меня так возбуждаешь (Тони выходит из роли, качает головой, закатывает глаза. Натали воспринимает это, как реакцию Альдо). Не притворяйся, будто ты этого не замечал.

Тони. Замечал. Но я не могу позволить себе дать волю чувствам. Это неправильно.

Натали. Но я тебя хочу. Хочу такого молодого, крепкого, не знающего устали, сильного. Мне нужен настоящий мужчина, который знает, что нужно для того, чтобы доставить удовольствие настоящей женщине.

Тони. Думаю, я лучше пойду.

Натали. Не уходи. Ты не находишь меня желанной?

Тони. Не в этом дело.

Натали. Понимаю. У тебя проблемы?.. С женщинами? (Тони со злостью хватает ее за руку). Ты причиняешь мне боль! (Пауза, потом более сладострастно). Как это приятно! Хочу еще! (Тони отпускает ее. Она насмешливо смотрит на него. Потом начинает медленно снимать халат).

Тони. Как можно? Не надо… (движением плеч Натали освобождается от халата, потом с плеча медленно сползает тесемка ночной рубашки. Внезапно на сцену вбегает Майкл).

Майкл. Ага!

Натали (лихорадочно прикрываясь). Что ты тут делаешь?

Майкл. Что я тут делаю? А что делаешь здесь ты?

Тони (обращаясь к Майклу). Неважно. Что ты тут делаешь?

Майкл. Ты же велел мне прийти сюда. Ровно в десять.

Тони. Ты недослышал, в десять утра.

Майкл (зло). Ох… вот и хорошо, что недослышал! (Обращаясь к Натали, сквозь зубы). Подожди, я до тебя доберусь.

Тони. Успокойся. Я все объясню.

Натали. Мы репетировали.

Майкл. Тебе крепко достанется, если я не получу убедительных разъяснений.

Натали. Тони решил уволить Клодию и дать мне роль Викки. Это же прекрасно, не так ли, дорогой?

Майкл. И ты думаешь, я в это поверю? Он никогда не даст тебе роль Викки.

Натали. Почему нет?

Майкл. Ты слишком стара.

Натали (оскорбленно). Майкл, пожалуйста. (Пауза). Мы репетировали.

Майкл. Репетировали что? Этого стриптиза, который я только что видел, в пьесе нет.

Натали. Тони попросил меня его изобразить.

Майкл. Я слышал Тони. Он просил тебя не делать этого.

Натали. Ты не понимаешь. Сцена соблазнения, между Альдо и Викки, теперь другая.

Майкл. Другая, значит? А где новый текст?

Натали. Нового текста еще нет.

Майкл. И ты думаешь, я тебе поверю?

Тони (вмешиваясь). Майкл, ты переутомился (увлекает его к выходу за кулисы). Я хочу, чтобы ты пошел в свою гримерную и сразу лег спать. Не думай об этом. Утром ты увидишь, что это всего лишь маленькое недоразумение. (Майкл поворачивается, яростно смотрит на Натали).

Майкл. Крошка. Ты закончишь свои дни в реке! (он уходит, на сцене появляется Клодия, в банном халате).

Клодия. Я слышала крики. Почему Майкл в бешенстве? Он пулей пролетел мимо меня. Что происходит?

Тони. Мы с Натали разговаривали, когда пришел Майкл. Он решил, что мы собираемся заняться сексом. Заревновал, разъярился. (Обращается к Натали, указывая за кулисы). Ты бы лучше посмотрела, что можно сделать.

Натали (поправляя ночную рубашку). Я что-нибудь придумаю. (Смотрит на Тони). Ты знаешь, какая я изобретательная.

Тони. Натали, будь осторожна. Майкл может дать волю рукам (Натали улыбается и уходит).

Клодия. Думаешь, все будет хорошо? Майкл выглядел так, будто готов ее убить.

Тони. Он ей угрожал. Но это не повод для волнений. (Тони подходит к креслу, садится, явно удрученный).

Клодия. Ты расстроен. (Тони кивает). Не надо тебе волноваться из-за личной жизни актеров.

Тони (улыбается ей). С некоторыми актерами — это удовольствие. (Какое-то время они улыбаются, глядя друг на друга. Потом улыбка Тони вянет. В глазах появляется печаль).

Тони. Клодия… ты глубоко тронула меня, как актриса и как женщина. И дело не в твоей молодости или внешности, а в… чистоте. Ты еще не испорчена театральными нравами. За эти последние несколько недель я влюбился в тебя. Клодия… я просто старый дурак, раз говорю тебе такое.

Клодия. Ты знаешь, как я к тебе отношусь.

Тони. Это твой первый спектакль. Я — твой режиссер.

Клодия. Мой удивительный, так тонко все чувствующий, заботливый режиссер-гений. Но дело не только в этом… Тони, прежде всего, я вижу в тебе человека, который мне очень дорог.

Тони (идет к ней). И ты мне очень дорога. (Берет ее за руку, долго смотрит в глаза). Клодия, ты обязательно сыграешь у меня Викки!

Клодия. Что?

Тони. Я хотел сказать… ты прекрасно сыграешь роль Викки. (Поворачивается и отходит от нее).

Клодия. Тони, в чем дело? (Он садится на диван, отворачивается, скрывая эмоции). Что-то случилось.

Тони. Театр может быть таким грязным и низким. Я хотел уберечь тебя от всего этого.

Клодия. Обо мне не думай. Что с тобой? Может, я сумею помочь? Ты знаешь, для тебя я готова на все.

Тони. Ты помочь не сумеешь.

Клодия. Может, и сумею. Скажи мне.

Тони. Это Натали.

Клодия. Что между вами произошло?

Тони. Она пришла, чтобы сказать… она собирается меня шантажировать.

Клодия. Но как? Ты никогда не делал ничего плохого. Что она на тебя нашла?

Тони. Лучше я тебе не скажу. Но, если публика это узнает, для меня все будет кончено.

Клодия. А что она хочет? У меня есть немного денег…

Тони. Ты такая милая. К сожалению, ей нужно другое. (Пауза). Она хочет, чтобы я уволил тебя и дал ей роль Викки.

Клодия. Какая сука! Это моя роль! Она не может ее получить!

Тони. Ничего не говори. Я знаю, ты бы с радостью пожертвовала своей карьерой ради меня. Но я тебе не позволю.

Клодия. Есть и другой путь…

Тони (прерывая ее). Молчи! Даже не думай! В пьесе об убийстве с шантажистом разбираются одним-единственным способом. Но это не пьеса, дорогая. Реальная жизнь. И мы должны это сделать, как говорю я. Пусть обнародует известное ей! Потому что на карту поставлено твое будущее. Моя жизнь закончена. А твоя только начинается.

Клодия. Нет, Тони. Я не могу позволить тебе так поступить.

Тони. Ш-ш-ш. Ты должна делать то, что я говорю. Потому что… я — твой режиссер. И потому что…

Клодия. Тони… (Тони не может говорить, от эмоций перехватило горло. Наконец, справляется с волнением).

Тони. Сейчас иди спать. И не думай об этом. (Он отворачивается от нее, такой благородный, сама жертвенность. Она подходит к нему, но он жестом требует уйти. Голос Тони вибрирует от волнения). Спокойной ночи, Клодия. И помни… никто не заменит тебя. (Она колеблется, смотрит на него влажными от слез глазами, но он непоколебим. Клодия уходит. Тони остается непоколебимым, пока она не покидает сцену. Потом расслабляется. Идет к двери, над которой висят ветки омелы. Какие-то мгновения жадно смотрит на нее, потом его взгляд смещается на тирольскую шляпу Сэма, которую тот оставил на диване под окном. Он берет шляпу, смотрит на нее, раздраженно качает головой. Вертит и вертит шляпу в руках, словно обдумывая следующий шаг. Внезапно слышит доносящийся из-за кулис шум: кто-то споткнулся и едва не упал. Тони быстро уходит и гасит огни на сцене. Теперь она подсвечивается только отсветом городских огней через окно. Несколько мгновений царит тишина, потом открывается дверь, в дверном проеме появляется луч фонаря. Кто-то выходит на сцену. Направляет луч на омелу. В световом пятне появляется рука, срывает несколько ягод. Направляется к выходу слева. Спотыкается на ступеньках, падает. Тони зажигает свет. Сэм лежит на полу, в халате и пижаме. Тони выходит на сцену). Я видел, что ты сделал.