Западный предел Эледвил
В столице Полуденного леса остались большой дом с ухоженным парком, верная жена, с которой у нас скоро юбилей — сто пятьдесят лет совместной жизни прожито уже вместе, в которых было всякое, и в последние тридцать лет — затяжная война на истощение ресурсов с орками. Когда она только началась, был большой энтузиазм, особенно среди молодежи, многие рвались в пограничье на защиту родного леса, но прошли десятилетия, первые смельчаки и энтузиасты в большинстве погибли, однако некоторые смогли выжить и стали опытными воинами — заслуженными убийцами орков. Процент таких был небольшой и в их число входил и он, Эледвил.
Каждый год лес присылал новых бойцов, но к сожалению в основном неопытную молодежь, многим из которых не было и тридцати. Нет, базовые навыки в них были заложены вполне неплохо, они хорошо ориентировались на местности, неплохо стреляли из лука, неплохо владели копьем, имели неплохую выносливость. Однако, чтобы побеждать орков, оценки неплохо было мало, и при каждом отражении очередного набега гибла прежде всего молодежь.
Ну и самым наболевшим обстоятельством была хроническая уже нехватка оружия.
В поселении уже давно не осталось бытовых металлических изделий, все — кувшины для мытья рук, подносы для еды, кубки для питья, тарелки и ложки с вилками, даже скобы для дверей, все было собрано и отвезено гномам, часть в качестве материала для переплавки и изготовления наконечников для копий и стрел, часть — серебро и золото в качестве оплаты за работу.
К гномам претензий не было, оружие их работы имело отменное качество, даже бронзовое, не говоря уже о стальном, а за работу они уже давно брали по весьма умеренным расценкам, да и принимали не только серебро и золото, но и продукты, выращиваемые в Полуденном лесу.
Проблема была в том, что и сам Полуденный лес, и Подгорный народ практически исчерпали свои ресурсы металла.
На списочный состав защитников Западного предела и его окрестных границ в две тысячи бойцов, куда входили не только эльфы, но и пару сотен троллов, и даже несколько десятков людей и гномов, приходилось около пяти сотен единиц индивидуального оружия и примерно около трехсот стрел. Причем после набега стрел удавалось вернуть едва несколько десятков, и вновь начиналось мучительное их накопление. Мало кто из самых опытных лучников имел больше пяти стрел, больше половины из которых была с бронзовыми наконечниками, а что поделать, стал была самым дорогим металлом. Основная же часть лучников имела кто две, а кто и вообще одну стрелу.
Поэтому новость о том, что крайний рейд к гномам оказался удачным и удалось привезти все запланированное количество наконечников и к копьям, и к стрелам, и даже в двойном размере, за счет трофеев с орков Эледвила порадовала. Двадцать четыре наконечника для копья, стальные и бронзовые, раздали стоявшим в очереди на оружие воинам, в число которых вошли и два лучших по результатам проверки их навыков стажера. Шестьдесят два наконечника для стрел, давно невиданное количество в разовой партии, распределили между лучниками по списку, по ранжиру меткости и скорости стрельбы.
Пришлось вне плана принять в воины и Элиист, Эледвил хорошо знал ее отца, как раз из числа выживших опытных воинов, он хорошо обучил свою дочь, но двадцать восемь лет, это ведь еще ребенок по их эльфийским меркам.
Но ничего не поделать, она привезла из рейда свой собственный наконечник и даже уже успела предъявить к осмотру личное оружие — собранное, остро отточенное копье, видно древко давно с любовью шлифовалось в тайных надеждах обзавестись наконечником.
Но это все были приятные хлопоты, теперь же перед Эледвилом стоял вопрос как быть с прибывшим с группой человеком.
Руководитель группы, кстати хороший копейщик, сообщил, что человек безусловно мастер меча и один вырезал более пятидесяти орков, в чистом поле, имея только меч и нож. В ближнем бою, который так любим орками.
Уже только один этот факт, а также то, что у человека в принципе было свое личное оружие, он был желанным гостем пограничного поселения.
Но кроме этого человек получил от гномов так нужные поселению наконечники для стрел и копий, и Эледвил сильно хотел, чтобы хотя бы часть их них, а лучше все полностью оказались в его распоряжении. Конечно, силой отбирать он их не станет, даже несмотря на то, что сам он, кстати, известный мастер меча, наверняка превосходит в мастерстве человека, хотя бы в силу возраста и большего опыта. Но это не его метод, в этом случае от него отвернулись бы многие, это не у купца выкупить оружие по фиксированной цене, ссылаясь на законы военного времени, тут трофеи, а трофеи священны для любого воина.
Нет, тут надо действовать честно и делать такие предложения, от которых человеку будет трудно отказаться. Но для того, чтобы сформулировать такие предложения, нужно было понимать, что представляет из себя данный человек.
Эледвил прожил достаточно долгую жизнь, и ему приходилось бывать в человеческих государствах и общаться с разными представителями людского рода.
Люди были короткоживущими, редко кто среди них доживал до семидесяти лет. Гномы, и те жили в среднем раза в два дольше, если не попадали под обвалы в своих пещерах.
В общественном плане люди, как и эльфы делились на слои знати, торговцев, воинов, ремесленников и сельских аграриев. Только эльфы, благодаря продолжительности жизни, успевали освоить и попробовать на себе несколько социальных ролей, и потом выбирали уже ту, что нравилась, и которая получалась лучше.
Люди были практически лишены такого выбора, мало кому из них была доступна возможность сменить социальный статус. И тем непонятнее был статус человека, пришедшего в Западный предел.
Представители знати не путешествовали в одиночку, их всегда сопровождали другие люди, тех кто был богат, отряды воинов, кто был победнее, хотя бы слуга. Человек путешествовал один. Хорошие воины среди людей встречались, мало кто из них мог противостоять по навыкам эльфийскому воину, или по силе троллу или гному, но все же были и такие. Но такие воины были востребованы в дружинах человеческих правителей, ими не разбрасывались, они имели все им необходимое и даже больше, были военачальниками разных звеньев, или как минимум командирами собственных наемных дружин. Но этот человек пришел один.
Бывали неплохие бойцы и среди купеческого сословия, но те всегда ходили с караванами. Среди оружейных ремесленников хорошие воины попадались редко, но такие оружейники ценились на вес золота, холились и лелеялись в анклаве любой расы. Такому никто не дал бы уйти. Если только такой оружейник
