меня. Кинжал сверкнул в лунном свете.
Я даже не успел понять, как она меня задела. В пылу борьбы оба порезались, да так, что кровь хлынула из раны. Боль была невыносимой, будто с меня живьем сдирали кожу. Не может так болеть простая царапина! Фардана шипела, как кошка, пытаясь унять кровь и боль, а я вдруг почувствовал что-то новое. Порез начал затягиваться на глазах, и вместе с этим в мою кровь и кости как будто что-то впечаталось – я даже дышать перестал. Несколько мгновений стоял, как оглушенный, пытаясь унять бешено колотящееся сердце.
А потом увидел ее – брачную татуировку.
Что имеем в итоге? Проваленное задание и новый статус – статус мужа. Ах да, еще стаю неведомых мертвых тварей, которых послал по нашему следу слизняк Хальф. Подстраховаться решил, козел старый.
А чего я, собственно, ожидал от предателя и плута?
Я остановился на узкой, почти неприметной тропке так, что шедшая сзади Фардана едва не врезалась мне в спину. Зашипела недовольно, попыталась обойти, но почти по колено провалилась в трещину между камнями. Лава застыла бугристыми потеками, на которых со временем нарос толстый слой мха. Это выглядело красиво и необычно, а за ночь его еще и снегом присыпало. Жаль, приходилось все время думать, как бы не сломать себе шею. Я ведь последняя надежда моей семьи.
Интересно, отец и старшие братья обрадуются тому, что я натворил?
– Осторожно.
– Сама знаю, – огрызнулась «жена», высвобождая ногу.
Этот случайный брак стал для нас обоих настоящей неожиданностью. Только после того, как северянка просветила меня насчет значения татуировки, я начал вспоминать. Союзы, при которых один не может навредить другому, или закрепленные на жизнь и смерть, давно не практиковались в Этьюрдане. Но раньше их могли заключать не только супруги маги, но и учитель с учеником или слуга с господином. Это была большая жертва, но в то же время привилегия, потому что позволяла открыть новые стороны своего дара.
Как так получилось, что это место связало нас просто и быстро, как будто только этого и ждало? Без особого обряда, без жреца и свидетелей. Просто кровь и частица магии! Этого я не мог понять, как ни старался.
Я шел вниз, не оборачиваясь. За спиной тихо ругалась Фардана. Подозреваю, что на меня. Что ж, не буду мешать, имеет полное право. Пусть ненавидит меня, заслужил. Ее стремление быстрее сбросить ненавистные узы я понимал, но в то же время вынужденная отсрочка сняла камень с души.
Она будет жить еще некоторое время. Я не смогу причинить ей вреда, не убив при этом себя. Эти мысли вызывали настолько мощное внутреннее сопротивление, что я чувствовал физическую боль.
Это все узы. Интересно, в чем еще их сила?
Ход мысли прервал призрачный вой. Твари наверняка добрались до места, где мы схлестнулись.
– Ты слышал? – в голосе Фарданы зазвенело беспокойство.
Солнце медленно всходило, освещая ее лицо теплым медовым светом. У него были красивые, немного резкие черты, которые, впрочем, ее ни разу не портили. Четко очерченные губы сложились в усмешку – заметила мой взгляд?
– Тут надо быть глухим, чтобы не услышать.
– Тогда идем дальше, любимый муж, – произнесла таким тоном, будто проклятье бросила. Сверкнула напоследок глазищами – ну точно, цвет хмурого осеннего неба, – и смело зашагала вперед.
– Все, что пожелаешь… любимая. За тобой я готов отправиться не только к ангам, но и к демонам в пасть.
Ответом стал яростный взгляд, брошенный через плечо.
Какая она все-таки огненная. Пожалуй, я не прочь повторить наш поединок, как только выпадет шанс. Тогда точно не буду щадить ее. И сам не уступлю.
Фардана
Мы шли долго, не останавливаясь до тех пор, пока не забрезжило хмурое утро. Повезло, что Галаферр был невысоким, а северная сторона – пологой, и мы почти безболезненно спустились. Хотя каждый из нас несколько раз умудрился подвернуть ноги, а я едва удержалась от падения. Эти ямы и мелкие расщелины только и ждали, когда я в них попаду.
В это время года с каждым днем солнце вставало все позже, а заходило все раньше – верный признак того, что скоро Север погрузится во тьму. И до этого срока необходимо разорвать случайный брак и добраться до Хеды, в противном случае придется остаться на зимовку в первом попавшемся селении. Путешествовать во время Темной ночи – верная смерть, и я всей душой надеялась, что анги помогут решить мою проблему.
Почти до рассвета мы слышали далекие отголоски воя. Казалось, он доносился со всех сторон. Мы почти не разговаривали, южанин шел чуть впереди, а я смотрела ему в спину и представляла, как сталкиваю вниз на камни.
Убить человека непросто, даже если это враг. Но смогла бы я это сделать, если бы не обряд? Смогла бы?.. Задавала себе вопрос и не могла найти верного ответа.
А еще, стоило прислушаться к себе, как я начинала чувствовать эту связь. Она вросла в меня вместе с магической татуировкой и была почти осязаемой, еще хрупкой, но крепость ее росла с каждым мгновением. Это откровенно пугало.
Как можно было так вляпаться?
С наступлением утра пришло тепло, и снег начал таять, собираясь кашицей в трещинах. Мы спустились в долину, над которой повисла влажная жемчужная дымка.
– Ты здесь не была? – спросил южанин, остановившись у огромного черного валуна, покрытого лишайником. Словно волосы древней старухи он свисал до земли бурыми паклями.
– Нет, это место знаю лишь по рассказам и картам. Например, сейчас мы спустились в долину Троллей.
Оперевшись спиной о камень, я перевела дух. Тело болело, ужасно хотелось пить.
Южанин внимательно глядел на меня, ожидая… Пояснений? Выглядел он достаточно бодро, несмотря на бессонную ночь. Что из себя представляла сейчас я, страшно даже подумать.
– Разве тролли еще не вымерли? – спросил он, присаживаясь на корточки и поднимая с земли кусочек лавы. Крутя его в пальцах, случайный муж выглядел забавно – как мальчишка, нашедший самоцвет в куче серой гальки.
Я запрокинула голову и усмехнулась.
– Да вот же они, полюбуйся!
Солнце как раз встало, озарив раскинувшуюся перед нами долину бледно-золотым светом. Он пробивался сквозь тучи, затянувшие небо, и плавно обтекал черных исполинов, придавая им почти человеческие черты. В этом месте застыло само время, отпечатавшись в трещинах старых камней, спрятавшись в космах лишайника.
Приподняв бровь, южанин окинул взглядом пространство.
– Ты хочешь сказать, что тролли – это камни?
При свете дня он показался мне моложе. Нет, не мой ровесник, постарше. В темных глазах
