– Ты разве об этом не знал? – удивленно глянул на него Анатолий Викторович.
Алекс смущенно пожал плечами.
– Извините, я не заметил даже того, как мы проскочили второй мир. Или мы движемся снизу вверх?
Анатолий Викторович недовольно поморщился и махнул на Петлина рукой.
– Сегодня к нам в лабораторию заявилась государственная комиссия, – продолжал между тем Юлий Никандрович. – Всем желающим работать по программе генетического картирования предложили заключить долгосрочные договоры. Кроме того, с нас потребовали списки оборудования и реактивов, необходимых для того, чтобы наладить работу лаборатории, – Коптев вновь поднял вверх указательный палец, – на мировом уровне!
– Легко быть добрым за чужой счет, – язвительно заметил Алекс.
– Легко и приятно, – поддержал и дополнил Анатолий Викторович. – Кто-нибудь хочет сделать ставку на то, в чей карман ляжет половина денег, отпущенных Гуманитарным фондом на покупку пробирок для лаборатории Юлика?
– Лучше на процент, – тут же отозвался Алекс. – Готов биться об заклад, пятьдесят процентов – для наших чиновников не предел.
– Фу, какие вы недобрые, ребята, – с деланной обидой поморщился Юлий Никандрович.
– А ты, должно быть, рад безмерно тому, что твоей лаборатории хоть что-то перепадет? – усмехнулся Алекс.
– Рад, – честно признался Юлий Никандрович. – Потому что, в отличие от поэта, ученому, чтобы плодотворно трудиться, недостаточно листа чистой бумаги и карандаша.
Алекс положил руки на стол и подался вперед.
– Но ведь эти деньги будут украдены из твоего кармана, – произнес он тихо, глядя Коптеву в глаза.
– Ошибаешься, – ласково улыбнулся в ответ Юлий Никандрович. – У меня в кармане не было ничего до тех пор, пока тот самый чиновник, которого ты готов пригвоздить к позорному столбу, не положил туда что-то.
Юлий Никандрович выразительно постучал кончиками пальцев по левой стороне груди, где находился внутренний карман.
– Разрешите, – вежливо обратился к нему официант, незаметно подошедший сзади.
– Прошу вас! – Юлий Никандрович отодвинулся в сторону, давая официанту возможность подойти к столу.
Поставив на край стола огромный овальный поднос, расписанный под хохлому, официант быстро переставил на стол четыре тарелки, с улыбкой сказал:
– Приятного аппетита, – и удалился.
Юлий Никандрович втянул носом аромат, исходящий от поданных блюд, с предвкушением потер руки и сразу же взялся за вилку и нож. Никого не потребовалось просить следовать его примеру. Разве что только Геннадий Павлович ради приличия подождал, пока все разберут тарелки, и взял себе ту, что осталась последней. На тарелках лежали огромные куски румяной, зажаренной до хрустящей корочки свинины, обрамленные золотистой картофельной соломкой и влажной зеленью. Законченность натюрморту придавало красное, немного неровное пятно кетчупа на краю тарелки.
На какое-то время разговор за столом угас. Впрочем, ненадолго. Запив очередной восхитительный кусочек мяса глотком холодного пива, Алекс промокнул губы салфеткой и потянулся за сигаретами.
– И сколько тебе обещают платить, Юлик? – спросил он, щелкнув зажигалкой.
Юлий Никандрович, не прекращая жевать, покачал головой.
– Пока еще не знаю. Точных цифр не называли, но сказали, что сотрудники, занятые в проекте, будут обеспечены всем необходимым.
– В смысле работы? – уточнил Геннадий Павлович.
– И в смысле работы, и в смысле заработной платы. Была даже сказана фраза насчет улучшения жилищных условий ряда сотрудников.
– Королевский жест, – язвительно скривил губы Алекс.
Юлий Никандрович глянул на него поверх очков и, ничего не ответив, принялся работать ножом.
– Хорошо, – отодвинув пустую тарелку, серьезно произнес Анатолий Викторович. – С вопросами финансирования мы мало-мальски разобрались. Меня куда больше интересует сам проект. Я не перехожу границ дозволенного, Юлик?
Озадаченный, Юлий Никандрович даже жевать перестал.
– В каком смысле?
– Подписку о неразглашении с тебя, часом, не брали?
Юлий Никандрович едва куском мяса не подавился.
– Да вы что, ребята! – обиженно посмотрел он на троицу, сидевшую за одним с ним столом. – Это же не секретные военные разработки, а открытый международный проект!
– Об этом проекте уже давно говорят, но до сих пор ничего толком так и не сказали, – Анатолий Викторович наколол на вилку ломтик картошки, поднял вверх и посмотрел на него так, словно это был нераспустившийся бутон орхидеи. – Лично меня подобная позиция властей всегда настораживает.
Геннадий Павлович смекнул, что не только он один плохо осведомлен относительно новой национальной программы, а потому решился повторить слова, услышанные утром от Марины:
– А по-моему, это несерьезно.
– Что именно? – спросил Юлий Никандрович.
Взгляд Геннадия Павловича растерянно метнулся по сторонам. Не найдя ничего лучшего, Геннадий Павлович схватил со стола недопитый стакан пива и жадно припал к нему губами.
– Я согласен с Генкой, – неожиданно поддержал его Алекс. – Более того, я считаю безнравственным делить людей по категориям на основании генетического картирования. Тут уже попахивает не то что ущемлением прав личности, а обыкновенным фашизмом.
– Ну, вы даете, ребята! – едва ли не с восхищением покачал головой Юлий Никандрович. – Вы это серьезно, да? Действительно ничего не знаете о проекте генетического картирования?
– Мне известно только то, что этот проект уже окрестили генетической чисткой, – солидно произнес Геннадий Павлович.
– Ну, название-то у нас быстро придумают, – усмехнулся Юлий Никандрович. – По сути же проект является международной медицинской акцией, призванной очистить генофонд человечества от дефектных генов. Честно говоря, проблема давно назрела. Решение ее тормозилось чисто экономическими причинами, – до недавнего времени генетическое картирование было дорогим удовольствием. Три года назад в Англии была разработана быстрая и относительно недорогая методика генетического картирования. Теперь каждый желающий может получить свою генетическую карту…
– Только желающие? – уточнил Анатолий Викторович.
– Насколько мне известно, обязательному генетическому картированию подлежат лишь группы лиц, относящиеся к категориям повышенного риска, – наркоманы, гомосексуалисты, работники вредных отраслей производства. Но правительства стран, принимающих участие в программе, стараются заинтересовать своих граждан в генетическом картировании. Ведутся разъяснительные работы с малограмотными слоями населения, – Юлий Никандрович лукаво улыбнулся, – чем я, собственно, сейчас и занимаюсь. Используются различные экономические методы, как, например, налоговые льготы для обладателей генетических карт. – Я слышал, мы согласились присоединиться к проекту после того, как западники пригрозили, что даже туристов не станут пускать к себе без генетических карт, – сказал Алекс.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
