Читаем без скачивания Княгиня Серебряная - Наталья Вячеславовна Андреева

«Пьянка до добра не доведет».

«Жалко как. Молодая еще».

«Какая страшная смерть…»

Как под копирку. Ввинтить клише в картину мира довольно просто. Никто не идет в своих поисках дальше первой, ну второй страницы браузера. Надо накидать однотипных статей как можно больше – и дело сделано. Рокотов со стыдом подумал, что тоже принял в этом участие. Освежил клише.

Люди давно уже не вдумываются в то, что читают. А уж анализировать прочитанное, сопоставлять факты и делать выводы, отличные от тех, что предложены автором, не способен почти никто. Даже те матерые журналисты, кто брался писать про Воронцову, не обратили внимания на явные нестыковки в уголовном деле. И Рокотов не исключение.

Какой позор! Профи называется! Если и были мозги, то жиром заплыли! Сгоняй давай! А то выйдешь в тираж!

Он решил начать сначала: с тех статей, которые вышли по горячим следам, сразу после убийства Воронцовой. Возможно, что их подчистили, но мелочовка какая-нибудь осталась. И вот эти крупицы золота необходимо теперь намыть.

Итак. Тело бывшей фигуристки обнаружили соседи, почувствовав неприятный запах на лестничной клетке. На третий день после того, как Воронцову убили. Дверь в ее квартиру оказалась открыта. В окнах горел свет. Горел он и днем, что не могло не насторожить. Но до того, как запах стал напрягать соседей, в квартиру к бывшей фигуристке никто не толкнулся.

А если заходил, но промолчал? Тоже версия.

Значит, Лада включила свет. Гость пришел во второй половине дня, возможно, ближе к вечеру. Это засчитывается.

Когда выяснилось, что жертва – знаменитость, дело сразу взяли на особый контроль. И на место происшествия выехали аж три милицейские бригады. И лично прокурор. Он и «забил пробный шар». Именно прокурор, оказавшись в квартире бывшей звезды, поморщившись, сказал:

– Да это просто бомжатник! Все понятно: искать убийцу надо среди собутыльников жертвы.

А как еще должна была выглядеть квартира, где побывал маньяк? Все залито кровью, ведь семнадцать ножевых ран! В тарелках остатки еды. Запах ее и разлагающегося тела. Именно так и должен пахнуть бомжатник – тухлятиной.

Квартира небольшая, мебель старая. Все правильно: жилье досталось Воронцовой в наследство от бабушки. А может, все эти вещи были дороги Ладе как память? Для кого-то рухлядь, а для нее – история. Воспоминания о детстве. О единственном человеке, который Ладу любил. Ведь бабушка именно ей оставила квартиру.

Кстати, район хороший. И дом хороший. Подъезд ухоженный, лестничные клетки просторные, соседи – солидные люди. Уж точно не маргиналы.

И вот тут начинается самое интересное. Их показания, этих соседей. Они дали эти показания по горячим следам и впоследствии либо изменили, либо умолчали о том, о чем их попросили. Лада была в близких отношениях с женщиной, которая жила напротив. Они, похоже, откровенничали друг с другом. Иначе как объяснить слова соседки:

– В день, когда Ладу убили, мы с ней встретились на площадке у лифта. Ладка была веселая и трезвая. Сказала: «Вечером зайду, расскажу».

Расскажу что? Видимо, встреча намечалась интересная. И Воронцова к ней готовилась. Наверняка прибралась, сходила в магазин. В руках у нее были сумки, по словам соседки. Та Воронцову сразу пригласила зайти, но Лада отказалась: вечером, некогда, мол. Значит, у нее были срочные дела. Прибраться, приготовить ужин.

Если ее гостями были бы маргиналы, та самая плохая компания, с которой, по основной версии следствия, Лада связалась, и это стало причиной ее убийства, то зачем после пьянки идти к соседке? И что рассказывать? Как пили?

Рокотову становилось все интереснее. Да, Воронцова состояла на учете в наркодиспансере. Несколько раз ее выводили из длительного запоя. Это вписывается в клише о бытовухе. И пьяной драке.

Примечательны показания участкового. Молодой парень, участок принял недавно. Познакомился с контингентом. Воронцова участкового не напрягла. «Пьет, но тихо», – его слова. То есть ни драк, ни каких-то конфликтов, ни жалоб от соседей. Бытовое пьянство.

И тут же: вела аморальный образ жизни, несколько раз была замужем. Конец, мол, закономерный.

Вообще-то два раза. И где тут аморалка? Подавляющее большинство не находит счастья в первом браке, особенно если это случилось рано.

Про любовников, с которыми у Воронцовой была интимная связь в последние годы жизни, вообще ничего не известно. Аморалка?!

И вот оно! Вишенка на торте! Рокотов именно это и искал. Слова, которые вырвались у главной свидетельницы сразу после того, как ее пригласили в квартиру к Воронцовой, понятой. И разумеется, спросили:

– Как по-вашему, что могло случиться?

– Отказала в близости? – тут же предположила подруга Воронцовой.

А вот это вписывается в схему. Воронцова была разборчивой не только в том, что касается гостей. И беспорядочные половые связи – это не про нее.

Но!

Еще одна пикантная подробность: труп женщины был полностью обнажен. Она лежала в постели. Там Ладу и зарезали. Семнадцать раз ударили ножом, больше всего ранений обнаружили на спине.

А еще обрезанные волосы, которые были разбросаны по квартире. Рокотова передернуло. Похоже на инсценировку. А если нет?

Версия маньяка тоже следствием рассматривалась. Искали похожие эпизоды. Подняли нераскрытые дела из архива. Совпадений не нашли. А может, плохо искали? Есть ведь и раскрытые дела. Несправедливо осужденные. За убийство, которое они не совершали. Их-то не смотрели.

Важно: Воронцова сама открыла убийце дверь. Значит, пришел тот, кого она ждала. О чем красноречиво говорят и сумки с продуктами. Намечалось застолье.

Ну и самое главное. Да, Воронцова выпивала. В постоянной компании. Все эти люди были ее давними знакомыми. С некоторыми она вместе лечилась в наркодиспансере. Несмотря на такую беспорядочную и аморальную, по словам участкового, жизнь, кого попало Воронцова к себе не приглашала.

Это следует из показаний той же соседки-подружки, с которой Лада иногда откровенничала.

– Я всех их знала.

Может, и соседка с ними пила. Опросили не только ее, но и многих, кто жил в этом же подъезде. Не было ли посторонних?

– Контингент давно примелькался, – пожал плечами сухощавый мужчина в очках. По виду интеллигент.

О смерти Лады Воронцовой даже документальный фильм сняли, и теперь Рокотов его посмотрел, еще раз упрекнув себя за непрофессионализм. Надо было это сделать до того, как он взялся писать статью.

– И вас не беспокоило, что эти люди в вашем подъезде постоянные гости? Они ведь маргиналы, опустившиеся личности, – спросила журналистка у свидетеля.

Ответом ей был удивленный взгляд:

– Люди как люди. Ну, пьют. Так тихо же.

Всех постоянных гостей Воронцовой вызывали на допрос к следователю. И всех, разумеется, дактилоскопировали.

Убийца не просто оставил в квартире у Лады отпечатки пальцев. Он буквально все залапал. Орудие убийства – кухонный нож – тоже остался на месте преступления. Четкие отпечатки оказались и на рукояти, и на лезвии.

Полное отсутствие совпадений! То есть отпечатки постоянных гостей Воронцовой в ее квартире, конечно, были. И много. Но не на ноже. Никто из них орудия убийства в тот вечер не касался. Кровавые пальцы на рукояти четко отпечатались. Увы! Оставил их мистер икс.

Чего ж проще: повесить убийство на маргинала. На алкаша. Но этого почему-то не сделали. Значит, доказательной базы не хватило. Отпечатки на орудии убийства не совпали, и у всех фигурантов оказалось стопроцентное алиби. Иначе нашли бы козла отпущения.

Еще была версия об ограблении, но, по словам знакомых Воронцовой, все свои ценные награды она давно уже продала. И брать в ее квартире было нечего. На один-единственный значок «участник Олимпийских игр» никто не позарился. Это не было ограблением.

И что получается? Гость в тот вечер побывал у Воронцовой впервые! Вот что получается! Он ведь не невидимка. Но дверь ему Лада открыла! Они либо познакомились недавно, либо встретились после долгого перерыва, и тут проходит версия: человек из прошлого. Либо до этого они где-то встречались, но не у нее.

А как же тогда бытовуха? Пьяная драка? Да чушь все это. За уши притянуто. Шумов прав.

Но откуда он знает?

«Если нужны подробности, я вам, конечно, напишу. Если пойму, зачем вам это надо».

Рокотов крепко задумался. В самом деле: что ему до смерти фигуристки, которую убили двадцать лет назад? Он и написал-то об этом случайно.

Судья Уоргрейв – вот камень преткновения. Рокотов начал верить в его существование. Убийца Воронцовой еще жив. И внимательно следит за всем, что о ней пишут. И о нем. То есть о нем никто не пишет, дело закрыто и давно в архиве. Он аноним. Человек в маске. Судья Уоргрейв.

Но почему он вдруг решил проявиться? Именно сейчас? Еще одна загадка.

Рокотов готов был немедленно бросить это расследование. Спустя двадцать лет найти улики, которые прольют свет на тайну, увы, невозможно. Олегу было чем заняться. Заказанная аналитическая