где-то, но не мог вспомнить.
— Я воин вашего сына, Генри. — произнёс тот. — Я Джоан, вы помните меня? Вы сами назначили меня защитником вашего сына.
— Конечно, я помню. — Ричард соврал, на самом деле королю чем-то этот человек напомнил Генри, сына, который пропал в битве при Одиноком океане. — Сир, что вы хотели от меня?
— Я лишь хотел узнать, могу ли я вас сопровождать в вашем походе? — спросил Джоан неуверенно.
— Конечно! Я почту это за честь. — Произнёс король. — Дать коня сиру Джоану.
— Спасибо мой король.
Усевшись в карету и закрыв двери. Вэлеант постучал кучеру.
— Трогай!
Карета двинулась. За окном начали мелькать дома и жители города Ледобурга. Прошло около часа пока карета доехала до главных ворот и проехав по мосту, двинулась по дороге.
— Я помню один случай! — начал рассказывать Ричард. — Когда Жак был мал, ему было, по-моему, около четырёх годков. Произошла одна история. К нам в город торговцы привезли дикого быка, не знаю, как, но он сломал клетку и побежал по улицам города. Он был испуган, что заблудился и пытался выбежать на волю, но высокие стены мешали тому. Когда люди попрятались по своим домам, до меня донесли эту весть и спустя несколько минут, я уже был на коне и личная стража охраняла меня. Мы вышли на охоту за быком. Когда мы его нашли, тот уже выдохся, белая по городу. Я начал стрелять своими стрелами, а затем приказал пустить на него собак. Быку некуда было деться, он не влезал ни в одну дверь, настолько был здоровый. Бегая по улицам, он попал в сад, а дальше отбившись от собак начал есть плоды деревьев. Ему очень сильно нравились яблоки, которые росли там. Он был очень голоден, охотники не кормили его несколько дней. Когда стража накинула ему на шею верёвки, я ударил тому по голове, он свалился замертво. Был огромный пир, а бык мне не понравился, слишком твёрдое мясо. Одни кости и мышцы.
— Отец! — произнёс Жак. — ты рассказывал нам эту историю.
— А ты её услышал? Понял в чём суть? — король задал вопрос и посмотрел на сына.
— Понял! Ты хотел сказать насколько тогда мясо было плохое.
— Нет! — Возмутился Ричард. — дело в том, что я сделал всё, чтобы спасти людей, я решил свою проблему. В случае какой-то ситуации и тебе тоже нужно будет также стремительно, как и я, отреагировать и спасти много людей. Ты должен будешь взять всё в свои руки. Ведь меня когда-то не будет. Я просто умру.
— Ты не умрёшь! — произнёс Жак с нежелание продолжать этот разговор. — ты же бог, с тобой ничего не случится.
Принц убедительно посмотрел на своего отца, а затем продолжил наблюдать за пейзажем в окне, который стремительно менялся.
— Твой брат умер год назад, а ты так говоришь! — серьёзно произнёс Ричард. — Перестань смотреть в окно, ведь я, твой отец, это говорю.
Жак обернулся и увидел строгие глаза своего отца.
— Я понял про что ты говоришь! — тихо произнёс Жак. — Я не хочу править! Мне совсем не нравится сидеть на троне, давать приказы, думать о судьбе многих людей. Для меня это кажется невыносимо скучно!
— А кто это будет продолжать делать?
— Да хоть Феоктист. Освободим его из плена, Сильван вернёт его, а я останусь в своём замке, буду продолжать рисовать свои картины.
Король неодобрительно посмотрел на сына.
— Тебе тоже придётся командовать! У тебя хорошо получается в своих владениях! У тебя всё получится, ведь в твоей крови настоящая кровь богов.
— И что? Что у меня кровь бога? Я не хочу становиться королём.
— Это значит, что ты сам должен поверить в себя! А когда ты поверишь, то тебе станет легче. — продолжил Ричард. — я тоже не хотел править королевством, когда был молод и когда твой дед, Телентир дал мне земли, чтобы я правил. Мне тоже не хотелось, но, когда прошло много лет, я перестал жалеть об этом, я даже не знаю кем бы был, если не начал править.
— Я знаю! — выдохнул Жак. — Я знаю. Ты уже говорил.
Принцу приходилось ссориться со своей судьбой. Приходилось смириться, что он сын божий, что он принц.
Прошло несколько минут, прежде чем король опять начал говорить.
— Я помню, что Генри побывал в моей шкуре. Когда была охота, мы вместе с ним отправились далеко в лес, но никого не нашли. Начался дождь, а когда мы выбрались из леса, мы все промокли и замёрзли. Найдя одну деревушку, мы оставили там своего кучера, тот занемог, у него были отморожены ноги и пальцы на руках. Нам пришлось оставить его там. А возвращались уже без него. Одну треть дороги карету вёз Арчибальд, за что я ему вручил награду, ведь он также выполнил свою работу. А остальную часть пути Генри, хоть он постоянно говорил, что награда для генерала ему вручена просто так. Но всё-таки, и Арчибальд и твой брат смогли вернуть нас домой, их никто не просил, и они сами смогли решить данную ситуацию. А ты как ребёнок капризничаешь, но ты уже взрослый! Тебе уже нужно подумать над своим поведением, ты уже ничего не изменишь.
Жак продолжал смотреть в окно.
Спустя полчаса, принц задремал, но его разбудил бубнёж отца. Он сидел с закрытыми глазами и что-то говорил. Жак мало что смог разобрать.
— Олаф был прекрасным человеком, он был хорошим человеком.
— Кто такой Олаф? — спросил отца принц.
— Это мой министр, — ответил тот зевая и прикрывая свой рот, затем протёр глаза. Его синие синяки говорили, что он уже давно не спал и сильно уставал, когда работал. — Спасибо, что разбудил.
— Да, я помню, ты приказал мне будить тебя, потому что тебе снятся одни кошмары. — продолжил Жак. — но всё же, кто такой Олаф.
— Это самый преданный министр, которого я встретил в своей жизни. Я его с самого детства обучал экономике, он был счастлив и уважал меня. Мы вместе прошли много испытаний. Но теперь его с нами нет, его убили сектанты в Белой Башне. А бумаги, которые он привёз туда, все мои графики составленный за многие года правления, украли эти подонки, это министры из королевства Сильвана.
— Мне очень жаль. — грустно произнёс Жак. — я не знал, что вы были настолько близки.
— Ничего страшного.
Карета продолжала ехать к горам.
2 часть. «Они у меня в голове».
Прошло пол дня, когда карета была уже у самой границы. Она пересекла территорию владений Жака. Его владения были самые дальние, а за ними, уже
