стала колдовать над моими волосами. Обожаю, когда касаются моих волос, головы – могу сидеть так бесконечно. Я даже зажмурилась от удовольствия, но все было закончено очень быстро. Открыв глаза, я пожалела, что не взяла с собой фотоаппарат – запечатлеть красоту. С такой прической можно сразу под венец – вот, правда, не с кем! Какие-то пряди подколоты булавочками, какие-то небрежно ниспадали, прикрывая уши, но все выглядело нарядно-стильно-сексуально. Парикмахеры подходили оценить, в глазах чувствовалось одобрение.
• Красивые волосы! – хвалили они.
• Спасибо, – улыбалась я.
• Красивый цвет! – подошел парень-стилист ко мне. – Это натуральный?
• Почти! – улыбнулась я.
Я не тратила сотни долларов на парикмахерские-салоны. Это не входило в мою статью расходов. Всего один раз в жизни покрасив волосы в одном из салонов Москвы, я глубоко пожалела об этом: моя шевелюра приобрела неестественно-петушиный цвет. В тот же день мне необходимо было сфотографироваться на заграничный паспорт. Каждый раз выезжая за границу по вышеупомянутому документу, я лицезрела яркое напоминание того, что нельзя посещать неизвестные салоны. Крашусь я сама и каждый раз люди интересуются, натуральный ли это цвет. Это же относится и к стрижке – я не привыкла доверять свои волосы кому ни попадя. Да, наверное для парикмахера тоже приятно работать с хорошими волосами, а не с пушком, которым покрыты черепа большей части клиентов этого салона.
• Пойдем, помоем голову, – прервала мои мысли Лина. – В принципе, они должны дать человека, чтобы тебе помыли, помассировали голову, промыли все хорошенько – ведь я использовала лак для прически.
Однако, салон не выделил никого для мытья волос и Лина проделала это сама. Подстригла она меня быстро и, на мой взгляд, немного короче, чем я ожидала, но конечный результат меня удовлетворил. Кажется, он понравился и менеджеру, который проверял Линину работу.
• Ну вот и все! – сказала она, снимая с меня полотенце.– Мы с тобой свободны. Они мне позвонят.
• Я думаю, тебя возьмут, – обнадежила я ее. – Ты классный мастер!
• Надеюсь! Очень хотелось бы здесь работать. Я обожаю Манхэттен – жить не могу без него. Приезжаю часто сюда одна, просто побродить по улицам, по магазинам, иногда даже в кино одна хожу, – призналась мне Лина, когда мы вышли из салона.
• А что же Казимир?
• У нас с ним расписания не совпадают… – грустно улыбнулась она. – Да нет, просто он не любитель Манхэттена. Он домосед. Он даже не любит ходить кушать куда-то, старается уговорить меня готовить дома. А я не хозяйка. Я ему сразу сказала, когда познакомились. Оба мои мужа здесь, в Америке, были американцами, вот Казик – первый русский. Надо же, угораздило!
• А почему имя польское? – поинтересовалась я.
• Да он из Белоруссии, там поляков много, у него тоже корни есть. Я все эти годы была так далека от русской жизни, культуры! Сейчас возвращаюсь в забытое прошлое – русское телевидение, русские магазины. До Казимира я даже завтрак дома не готовила. У американцев принято ходить завтракать в дайнинг, ресторан.
• У тебя же трое детей!– удивилась я. – Как же ты завтраки не готовила?
• Да как-то обходилось! А сейчас его не вытащить лишний раз! Ты домой сейчас? – поинтересовалась Лина у меня.
• Нет, я должна встретиться с приятельницей – нашей соседкой Машей. Знаешь ее?
• Я вообще никого не знаю из соседей. Вот Эдика только. Ну и тебя, вот, узнала!
• Маша тоже благодаря Эдику оказалась в нашем здании, – стала объяснять я Лине. – У нас дети дружат, ну и мы, как-то уже… Она сейчас в “Four Seasons”. Знаешь, где это?
• Да, конечно, это недалеко!
• Хочешь пойдем вместе, посидим, выпьем по напитку и поедем домой, – предложила я.
• С удовольствием, но в следующий раз как-нибудь. Казик ждет меня дома, – ответила Лина. – Пойду на автобус. Пока. И еще раз спасибо за помощь. Созвонимся!
• Не за что. Спасибо за стрижку, – поблагодарила я.
Все это время я набирала номер Машиного мобильного, но безрезультатно. И вот, наконец, она отозвалась.
• Ника, подходи, я здесь в баре отеля – это на втором этаже, увидишь меня. – ее голос поглощал шум, раздающийся вокруг – музыка, голоса.
• Хорошо, до встречи! – ответила я.
Не знаю, зачем я согласилась пойти в этот бар – это совсем не входило в мои планы. Однако, я заметила странную закономерность: приезжая в Манхэттен, становишься совсем другим человеком. Окунувшись в этот стремительный водоворот, не хочется побыстрее вынырнуть из него, а наоборот, продолжать уходить все глубже и глубже под воду. Мощная энергетика Манхэттена засасывала и уезжать отсюда в наш тихий пригород мне сейчас совсем не хотелось.
Машу я нашла на втором этаже известного в Манхэттене отеля «Четыре сезона», в баре. Протолкнуться сквозь толпу людей, заполнивших бар, было нелегко. Мужчины и женщины тридцати-сорока, работающие в Манхэттене и пришедшие сюда кто на свидание, а кто просто так. Четверг, день получения чеков во многих компаниях, по активности посещения баров и ресторанов приравнивается к пятнице – концу недели. Свободных сидячих мест не было, основная масса толпилась возле барной стойки, за которой восседала Маша. Рядом топтался какой-то видавший виды мужичок неопределенного возраста, на голову ниже ее. Она, по всей видимости, уже после пары напитков, расслабившись, откинулась ему на плечо, кокетничая. У него уже начали течь слюни в предвкушении приятного вечера. Но, несчастный, он не знал, как он ошибался, думая, что русские отдаются за пару напитков! Ну уж нет! Равной по игре в «динамо» Маше, не было.
• Привет ! – поцеловала она меня. – Познакомься, это Гарри!
• Гарри, это моя подруга – Ника! Что тебе заказать?
• Не знаю… Вино красное, наверное!
• Гарри, бокал вина! – скомандовала она по-хозяйски.
Гарри пошел пробиваться к бармену сквозь толпу.
• Где ты его нашла? – обратилась я к ней.
• Да прямо здесь и нашла! – засмеялась она.
• Слушай, я, наверное, пойду! Как-то неудобно! У тебя уже как свидание, а я мешаю.
• Ты что, о чем ты говоришь, какое свидание? Он еще покормит нас сегодня!
• ??? Маш, я так не могу!– запротестовала я.
• Все ты можешь! Расслабься! В этом ничего страшного нет – не обеднеет! Если хочет произвести на меня впечатление…, – добавила она.
В этот момент подошел Гарри с бокалом вина. Стал о чем-то спрашивать меня. Как обычно: сколько лет, как я приехала в Америку, нравится ли мне здесь, кем работаю. Анкетирование, одним словом. Из-за шума приходилось переспрашивать по нескольку раз. Нет, это не моя обстановка. Правда, мы оставались здесь недолго и, выйдя на улицу, я почувствовала несказанное облегчение.
• Я, наверное, поеду домой! – сказала я им. Гарри уже по-хозяйски взял Машу под руку.
• Нет, сейчас пойдем покушаем, а потом вместе поедем. Гарри, скажи, ты обещал вкусный итальянский ресторан, – капризно протянула Маша – она уже была в хорошем подпитии.
• Да-да, – как-то вяло закивал головой Гарри, – пойдем, Ника,
