пришёл в себя. — он подошёл ближе, а я поднялся на ноги, с большим трудом, но мне удалось это сделать. — Ты не намерен так легко сдаться и прекратить свои мучения? — он склонил голову вправо и посмотрел на меня внимательно. — Тебе всего лишь надо ответить на наши вопросы и если согласишься нам служить, станешь подданным Давира, а нет, так умрёшь быстрой и безболезненной смертью.
— И как? — спросил я, усмехаясь. — Клюнул кто-нибудь на такое предложение?
— Ты даже не представляешь, как часто соглашаются. — он улыбнулся мне и подошёл ещё ближе. — Так что тебе стоит подумать над моим предложением.
Незнакомец сделал ещё шаг мне навстречу и оказался совсем близко, резко выхватил кусок дерева и со всей силы всадил ему в живот, а потом навалился на него и уронив на пол, навалился всем телом, всаживая импровизированный кинжал всё глубже.
— Ты действительно очень жесток. — раздался голос незнакомца над головой и вскинул взгляд вверх. — Так поступить со своей невестой. Ай-яй-яй. — поцокал он языком, а я в ужасе опустил взгляд на тело под собой.
Иллюзия начала развиваться и подо мной действительно лежала Клаудия. Нет, нет, что я наделал, нет, любимая. Внутри стала подниматься такая сильная ярость, злость и ненависть, что мне совершенно не хотелось её сдерживать, хотелось стереть эту усмешку с его лица, убить, уничтожить их всех. Магия вышла из-под контроля, и захватила моё тело и разум. Резко подскочив на ноги, схватил его за горло, антимагические кандалы накалились, больно обжигая мне кожу, но через несколько секунд они дрогнули и лопнули, слетев с запястий, оставив на коже следы от ожогов.
— Теперь мы можем поиграть. — прорычал я, а в его глазах был ужас, неподдельный ужас. Высвободил магию неуправляемым смерчем огня, она охватывала всё вокруг. Камни накалялись и лопались от температуры, люди вспыхивали, словно сухая листва и сгорали заживо и очень быстро. Слышал крики и мольбы о помощи, но был глух к ним, они хотели увидеть мою силу, так пусть смотрят, пусть почувствуют на своей шкуре ярость дома Вилару, мою ярость. Минут через тридцать стоял среди выжженных руин, от замка, в котором меня держали, остался только обгоревший остов, все, что было менее прочным, обратилось в прах. Сила начала сходить на нет и когда магия снова успокоилась во мне упал в пепел без сил.
Придя в себя, не представлял, сколько прошло времени, но есть, и пить хотел безумно. Поднял взгляд на звёздное небо и, определив направление, куда мне стоит идти, поднялся на ноги и побрёл на север к Аванпосту. Когда на горизонте появились высокие стены пограничной крепости, держался на ногах из последних сил, ноги стёр в кровь, одежда была больше похожа на какое-то тряпьё с помойки, и судя по ощущениям я был похож на скелет, обтянутый кожей. Впереди показались всадники, скачущие в мою сторону. Когда они обступили меня, то без разговоров и вопросов один из них ударил меня по затылку, и я снова погрузился во тьму.
Когда пришёл в себя, понял, что у меня дежавю. Я находился в камере, руки были задраны к потолку и снова висел на крюке, а на запястьях красовались новые антимагические браслеты. Окинул камеру взглядом и рассмеялся. А потом снова повторился ритуал с пытками, только уже со специалистами империи. Как оказалось, Давира всё же как-то узнала часть той информации, что пытались выведать у меня, а так как в плену из офицеров был только я, руководство и решило, что я предал империю и перешёл на сторону противника. Менталисты пытались прочитать мои воспоминания и мысли, но мой иммунитет к подобной магии в отношении меня не давал им этого сделать. Когда решили, что добиться от меня ничего не выйдет, мне объявили, что меня казнят как предателя, о чём было объявлено на всю империю. Род Вилару прервётся на мне, так как мой старший брат погиб в Тёмном лесу. Снова рассмеялся, после такого количества пыток мне было уже всё равно, что будет со мной.
Стоя на эшафоте, смотрел на сослуживцев, которые смотрели на меня и кривились, сплёвывая в презрении, и желали мне вечных мук.
— Марк! — раздался крик из толпы и сквозь толпу солдат прорывался Райан. — Марк! Вы что, совсем ополоумели, он не мог нас предать! Марк! Ты должен доказать им, что они ошибаются! — охранники схватили его и заломив руки в болевом захвате, заставили опуститься на колени. — МАРК! УБЛЮДОК! ТЫ ДОЛЖЕН ВЫЖИТЬ!
— Итак, Марк Вилару, ты готов принять своё наказание?
— Да. — хрипло сказал, а Райан костерил меня на чём свет стоит.
— Так как ты был героем и в знак твоих былых заслуг, мы готовы выполнить твоё желание, кроме отмены казни, естественно. — усмехнулся я его уточнению. — У Вас есть последнее желание?
— Да. — прохрипел я, а потом прокашлявшись, сказал так громко как мог. — Я желаю пройти испытание Инквизитора. — похоже вышло достаточно громко, так как толпа перед эшафотом смолкла мгновенно, в том числе и Райан.
— Вы уверены в своём желании?
— Да.
— В таком случае, до испытания вы останетесь в камере, а дальше Вашу судьбу решат боги.
Стражники увели меня обратно в камеру, а вечером ко мне ворвался Райан, каким образом он этого добился, понять не смог, но этот парень тот ещё прохвост.
— Марк, ты уверен, что стоит так рисковать?
— Ты же хотел, чтобы я выжил, это был единственный шанс. — криво усмехнулся.
— Испытание богов на верность империи убивает каждого второго, если в его мыслях есть хоть немного тьмы.
— Лучше умереть по воле богов, чем по воле тех, кто посчитал меня предателем. — скривился. — Как долго меня не было? — спросил друга.
— Семь месяцев. — тихо сказал он.
— Понятно. Они похитили со мной и Клаудию и издевались над ней на моих глазах, а потом я убил её.
— Что?! — удивился Райан. — Ты уверен? Я видел её несколько месяцев назад. Она недолго горевала без тебя и окрутила уже кого-то.
— Что?! — теперь удивился я.
— Да. Когда ты пропал, я видел её на следующий день. Пытался у неё узнать, что с тобой случилось и где ты. — он скривился. — Она довольно грубо мне ответила, что ты её бросил и ещё и насмехался над ней, а потому, её совершенно не интересует, что с тобой случилось. Мне это показалось странным, а теперь после твоих слов и вообще что-то странное выходит.
— Похоже, она шпион Давира. — проговорил я.
— Хм-м, у меня есть друг в разведке, я ему шепну про неё.
— Если это
