— Ты не знаешь, что такое Эрос? У тебя вообще есть деньги, деревенщина? — улыбка с лица лавочника испарилась, и он весь как-то напрягся. Взгляд его стал тяжелым и подозрительным.
Несмотря на раздражение поднявшееся во мне, я сохранил покерфэйс и спокойно посмотрел на Фемиду. Девушка немного стушевалась, но отреагировала быстро. Она вытащила из своего пояса свиток (как только не потеряла?), посмотрела в него и сказала.
— У нас есть 120 Эрос!
Я кивнул ей. Кстати надо бы понять много это или мало. Судя по ценам на рынке скорее мало. Я посмотрел на продавца. Фемида подошла к нему, что-то ткнула в свитке, тот, в свою очередь, достал какую-то табличку. Его напряжение и подозрительность куда-то улетучились, на лице появилась улыбка. Не такая подобострастная, как в первый раз, но всё же вежливая торгашеская улыбка.
— Извините за грубость, милорд и леди! Вот ваши фрукты, — он передал сумку девушке. — Прошу прощения, но мне нужно закрываться.
— Без вопросов! До свидания! — сказал я и, развернувшись на пятке, зашагал в сторону постоялого двора, который я уже приметил по пути на рынок.
По пути в гостиницу я выяснил у Фемиды насчет репутации с НПС и показателя "отношение". Оказалось существовала несколько градаций отношений. В зависимости от взаимодействия с НПС, они менялись. Преданность, уважение, дружелюбие, нейтральность, подозрительность, ненависть. По умолчанию все НПС были нейтральны к Игрокам. А там как пойдет.
Гостиница была не особо шикарной. Средневековье всё же. Грубый двухэтажный бревенчатый дом. Но я посчитал, что комната в таком месте не будет стоить дорого. Зайдя в крохотную, всего на четыре столика, таверну на первом этаже, я подошёл бармену, невысокому плюгавенькому мужичку, который и оказался владельцем постоялого двора. Уточнив стоимость ночлега, я немного подвис. За комнату с двумя кроватями он запросил 60 Эрос. М-да. Местные цены меня уже начинали пугать. Похоже, придется экономить или искать способы как заработать этот самый Эрос. А они должны быть. Надо будет у Фемиды выяснить.
Но сейчас мне было лень искать другое место, да и от всех сегодняшних событий начала зверски болеть голова. Особенно, от тупости моих спутниц. Я молча посмотрел на Фемиду, та перечислила деньги, и мы поднялись в свой «номер». На самом деле я находился в игре уже почти 15 часов, поэтому сначала решил выйти в реал, а уже после, на сытый желудок начинать разборки со своими компаньонами. Во время похода совсем не интеллектуальный помощник рассказала мне, что после выхода в реальный мир и возврата сюда, материализуюсь я на том же месте, где и вышел. Ни слова не говоря, я вышел в реал, едва Эль закрыла за собой дверь комнаты.
В реале меня ждал неприятный сюрприз. Только я вернулся в свою капсулу, меня скрутила жесточайшая голодная судорога. Совсем забыл, что не обедал сегодня. Я быстро толкнул крышку капсулы и схватился за бутылку воды. Первую бутылку я выпил залпом. Затем закинул в рот пару горстей орехов, яростно пережёвывая ядра, запил из второй бутылки и пошатывающейся походкой побрёл на кухню. Но по пути был вынужден, вернутся в уборную. В холодильнике я достал йогурт в пакете. Выдул его полностью, не переливая в стакан. Затем взялся за готовку. Сильно мудрить не стал, сделал омлет, посыпал сверху сыром и зеленью, положил кусочки бекона и помидоров. Съел всё это и пулей вернулся в капсулу.
Когда я снова очутился в магическом мире (так я решил его называть, пока не пойму до конца, что вокруг меня происходит), выяснилось, что спутницы мои также не теряли времени даром. Как раз в этот момент они дожёвывали последнее яблоко и грушу, набив ими щёки. Эль уже держала апельсин, собираясь съесть его, вероятно, с кожурой. Я, удивившись своей прыти, стремительно выхватил апельсин из её рук. Жевательные движения девушек остановились. Я посмотрел на апельсин в своей руке, на пустую сумку, на щёки компаньонок. А ведь я так хотел попробовать яблоко!
Но оценив довольные мордашки моих спутниц, подавил в себе праведный гнев на этих прожорливых девиц. В конце концов, не последнее яблоко в моей жизни надеюсь. В отместку я почистил апельсин и долго, с наслаждением смаковал его долька за долькой под жадными взглядами присутствующих дам. Правда под конец сжалился и угостил их последними дольками.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Закончив с апельсином, я строго взглянул на бойца Фракции Порядка.
— Почему не рассказала мне про Эрос? — с укором спросил я.
— Хозяин, Вы не спрашивали… — ответила девушка, опустив голову.
— О чем ещё вы умолчали? — я продолжил допрос. К моему удивлению, эльфийка подняла руку.
— Говори!
— Когда мы шли к этому городу, по пути я видела несколько деревень, — сообщила она, преданно глядя на меня своими большими фиолетовыми глазищами.
— Мы целый день тащились в этот город, когда могли бы уже давно пристроиться в какой-нибудь деревне? — я подавил в себе желание грязно выругаться.
— Хо. зз. яин, Вы сказали, что нам нужен город, поэтому я не говорила ничего про деревни. — Ответила Эль, дрожа. В уголках её фиолетовых глаз уже начинали собираться слёзы.
— Ах, ты ж, курица тупая! Неужели сложно понять, что мне нужен был любой населённый пункт?! Город, деревня, или даже бл. ь хутор из двух покосившихся избушек! Мне просто нужно было место, где можно было купить еды и добыть информацию! А мы тащились сюда больше ста километров, пройдя мимо нескольких деревень? Твою ж за ногу! — я снова поднял голову вверх и погрозил кулаком потолку. — Система! Верни мне обычных бойцов, забери их отсюда!
Повелительница стрелков уже вовсю рыдала, упав головой в подушку. Фемида настолько сильно вжала голову в плечи, что её ранее длинная и тонкая шейка практически исчезла.
— Хозяин, простите меня! Сейчас уже невозможно вернуть всё, как было. Единственный способ — дать нам умереть, и отказаться от воскрешения. — Сдержанная до этого Фемида побледнела и также готова была расплакаться.
Я внезапно понял, что перегнул палку. Сев на кровать эльфийки я осторожно погладил её по плечу.
— Ну-ну, успокойся! — приговаривал я.
— Ххо-зя-ин, Ввы хот-тите от мменя изб-бавиться? — заикаясь, спросила девушка, подняв голову и посмотрев на меня своими зарёванными глазами. Невероятно прекрасными глазами, надо признать. Даже покрасневшие, с мокрыми слипшимися ресницами, эти глаза выглядели гораздо более красивыми, чем размалёванные и подправленные в видео-редакторе глаза большинства актрис кино и сериалов.
— Нет, ну что ты! Я погорячился. Конечно, я не хочу от тебя избавляться. Ты мне ещё пригодишься. И это… извини меня, Эль. Хозяин был не прав. — Говорил я, бесстыдно гладя нежные, как лучший шёлк, плечи девушки.
Она начала ещё больше плакать и бросилась ко мне на грудь, крепко обняв меня. Я тоже её обнял. Фемида смотрела на нас, с ревностью и завистью кусая губы.
— Итак, Фемида. Ты меня тоже прости. Я сегодня не в духе что-то. Сама понимаешь, столько всего навалилось. — Пока я говорил, руки мои блуждали по тёплой девичьей спине.
— Хозяин, не нужно извиняться, это всё — моя вина. Я не сообщила вовремя важные вещи. — С одной стороны девушка приободрилась, с другой стороны ревность в её глазах разгоралась всё больше.
— Ладно, забыли! Так, что там с Эросами? Что за валюта, где её можно заработать, откуда у нас первоначальный капитал аж в сто двадцать штук? Только коротко и по делу.
— Эрос — главная валюта этого мира.
— Всего мира?
— Да.
— Продолжай.
— Основные способы заработка Эроса — участие в дуэлях и занятие любовью. — Сказала Фемида, и щёки её заалели.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
От второго способа дохода я малость прифигел. Наверно мне сейчас послышалось? Даже остановил поглаживания. Эль тоже притихла, прислушиваясь к нашему разговору. Не дожидаясь моего вопроса, Фемида продолжила.
— Всякий раз, когда мужчина и женщина вступают в интимную связь, у обоих в энергетическом поле начинает накапливаться Эрос, который потом можно переместить в накопитель. Накопителем может быть энергетический кристалл, используемый в качестве физических денег, или в личное хранилище — табличку или свиток. Как у кристаллов, так и хранилищ есть ограничения по вместимости, среди кристаллов…
