себе гнездо вить.Ну, или логово строить, раз он зверь, а не птица.
Дополнительно патронов Максим все же купил. И с мелкой дробью и еще с пулями и картечью. Благо теперь после продажи мяса у него уже денег аж три сотни рублей набиралось. Считай зарплата какого-нибудь рабочего за целый год, а для крестьянина, в основном своим хозяйством живущего,так и вовсе сумма почти немыслимая. А еще купил сеть, чтобы рыбу ловить, и удочку с бамбуковым удилищем. Удочка вроде и не нужна была, раз сеть есть, но уж больно она парню приглянулась.
- Максим, - поинтересовался у Артемьева его сосед по парте на следующее утро. – Ты точно согласен в женскую гимназию на новогодний бал идти?
- Да, а в чем дело? – Недоумевающе воззрился он на соседа. Больно уж тон вопроса был необычным.
- А ты вальсировать вообще умеешь? – Было видно, что и Серегу тоже очень беспокоит этот вопрос. Не в смысле, умеет ли танцевать Максим, а скорее в собственных способностях был не уверен.
- Еще не знаю. Никогда не пробовал.
- Тоже мне, шутник! Вот и дамы тоже этого опасаются, поэтому приглашают в выходные на совместное обучение. Мать у Наташки когда-то бальные танцы аристократам преподавала. Обещала научить.
- Когда и куда приходить?
- Давай сначала ко мне, к часу пополудни. Вместе пойдем.
Занятий в гимназии в этот день было немного, так что успел до назначенного срока еще и домой забежать, сумку со школьными принадлежностями кинуть. А вот переодеваться во что-нибудь другое вообще не требовалось. У них в гимназии было заведено обязательное ношение формы не только на уроках, но и во всех прочих людных местах тоже. Форма повседневная, она же выходная и даже парадная. Вот такие правила!
Подругу Серегиной сестры, с которой ему предстояло танцевать на новогоднем балу, звали Наташей. И была она, несмотря на то, что училась в классе на год младше, столь высокой, что макушкой была практически на уровне глаз кавалера. А Максим, между прочим, был самым высоким из парней в классе. Неудивительно, что выбор его соседа по парте пал именно на него. Но в остальном, не считая роста, девица была просто восхитительной. Фигурка – крепко сбитая, с попой грушевидной формы и выдающейся вперед грудью, но при этом талия, что называется, осиная. И на личико – чистая, светлая, без единой родинки или оспинки кожа, голубые глаза, взирающие на мир с безупречно симметричного лица, греческий профиль носа. Не фея, слишком великовата, но нимфа или валькирия. Тем более, вроде по скандинавским мифам валькирии тоже сплошь блондинками были.
Познакомились. Видно было, что и Наталье предоставленный ей кавалер понравился. Вон, как облегченно разулыбалась. Дарья Никифоровна, так звали их учительницу танцев, показала первые па, и началась учеба. По движениям сразу заметно стало, что девушек танцам уже учили. Танцевали они уверенно. Но и Максим, временно повысивший свою ловкость заклинанием, не сильно огорчал свою партнершу. По крайней мере, ноги и туфли ее остались в полной сохранности.
Оттанцевали намеченное для урока время, и кавалеров восвояси выпроводили. Максим только и успел, набравшись нахальства, несколькими словами с Натальей в самом конце перемолвиться. Ну, и порядки же у них, в женской гимназии. Считай, почти тюрьма. Живут в общежитиях построенных на территории гимназии. Выход в город только группами, под присмотром воспитательницы. Домой на одно только воскресенье отпускают, и то, родители должны и забирать, и приводить в понедельник утром свою дочу лично. Но все же парень не отчаивался. Время еще есть, авось что и сладится. Тем более, и Наташа пообещала на эту тему подумать.
Выдворенные на улицу парни пожали друг другу руки и разошлись в разные стороны. Серега домой потопал, а Максим все в ту же оружейную лавку. Решил, что в условиях нового мира с его неизвестными опасностями, чтобы спасти свою жизнь, двух выстрелов из ружья может не хватить. Пистолет марки Кольт М1902. Дорого, конечно, но жизненно необходимо. Все же восемь дополнительных выстрелов – это серьезно. Уже знакомый приказчик сопроводил покупку странным взглядом, но продал затребованное оружие, патроны, кобуру и пару запасных магазинов без лишних вопросов.
А на острове была все та же идиллия. После недолгих раздумий Макс все же отказался от охоты на пернатых. Очень уж красивыми те были. Жалко стало такую красоту губить. Зато против рыбной ловли у него абсолютно никаких предубеждений не было. Сетью перегородил небольшую мелководную бухточку, что вдавалась в его остров, и уселся с удочкой на большом камне у самой кромки могучего речного потока, выбрав место, где сразу глубина начиналась.
Минут десять до первой поклевки прошло. Поплавок под воду ушел. Потянул, сгибая дугой удилище. Что-то серьезное клюнуло, как бы удочки не лишиться. Но все же вытянул почти до берега добычу. Как вдруг речная гладь взбугрилась. Рыба, которую Максим к себе тянул, оказалась неожиданно проглочена кем-то наподобие плезиозавра. Показывал как-то Андрей ему картинки доисторических чудовищ, когда Максим еще ребенком был.
Зверушка, которой леска во рту ощутимо мешать стала, высунула голову полюбопытствовать, кто же это тут такой наглый, что ящеров на удочки ловит? Наш герой бы от изумления на задницу сел, если бы не сидел уже. А так, на бок с этого самого камня соскользнул, трясущейся рукой расстегивая кобуру со своей недавней покупкой.
Голова побольше лошадиной, а уж зубы в распахнутой пасти!... Еле успел отпрыгнуть, откатиться чуть в сторону, когда эта пасть лязгнула своими зубищами ровнехонько на том месте, где он секунду назад на земле сидел. Точнее, не успел бы, телекинетическим толчком свою траекторию относительно зубастой пасти подправил. Разом освоил магическую технику. А Кольт уже в руках, а морда вот тут, рядом, дотронуться можно. Бах! Бах!... – И так все восемь патронов добил до железки. Прямо в лоб доисторической гадине.
И то не убил! Видно было, как пули в рикошет уходили, а одна, так и вовсе впечаталась, расплющившись, прямо между глаз на манер точки у индийских замужних женщин. Убить не убил, но оглушил сильно. Чудовище распласталось на кромке воды, наполовину вылезя своими плавниками – ластами на берег. Видать, сильно Максим его своей леской раздраконил, что в чуждую среду мстить ринулось.
На удивление, при такой огромной, зубастой голове и длинной шее, тело рептилии оказалось не такое уж и большое. Побольше собаки, конечно, но до лошадиного явно не дотягивает. А у Максима вдруг жадность проснулась. Чудовище же еще живо? Вот бы
