Лиза же, наоборот, радовалась тому, что толстый свитер и теплая куртка скрывают от Мака реакцию ее тела на ласки. Ее соски напряглись от непрерывного трения о кружевную ткань бюстгальтера и ждали того момента, когда они смогут прильнуть к его обнаженной груди. Лиза старалась взять себя в руки, но охватившие се ощущения становились все сильнее, все настойчивее, и, если бы не плотная одежда, Мак давно бы почувствовал, какой жар снедает ее. Но он и так знал, не мог не знать. Пылавший внутри ее пламень рвался наружу, а сигналы желания уже не могла скрыть никакая одежда.
Внутренний голос предупреждал Лизу, что стоит им войти в тепло дома, как одежда будет сброшена и она уже не сможет скрывать свое возбуждение. Поцелуи надо прекратить – сейчас же, пока ситуация окончательно не вышла из-под контроля, говорила она себе. И тем не менее она не перестала подставлять свое лицо губам Мака – его поцелуи согревали ее, несмотря на зимнюю стужу.
Он наконец оторвался от нее, но вовсе не для того, чтобы положить конец этой вспышке страсти. Зарывшись лицом в ее блестящие волосы, он прошептал внезапно охрипшим, прерывающимся голосом:
– Люби меня, Лиза. Давай вернемся в дом и займемся любовью. Никогда и ничего в жизни я еще так не желал. – И это чистая правда, признался он самому себе.
Глава 3
Лизе показалось, что ее сердце на мгновение остановилось, но лишь для того, чтобы забиться еще быстрее. Слова Мака пульсировали внутри ее, и они были созвучны ее собственным чувствам, но сказать об этом Лиза не могла – голос отказывался ей повиноваться.
Мак держал Лизу в объятиях. Его руки нежно баюкали ее, но он боялся посмотреть ей в глаза, опасаясь, что молчание означает отказ. Желание торопило его. «Стоп, – подумал он, – надо взять себя в руки».
Он понимал нерешительность Лизы. Но он не мог сдерживать страсть вечно. Очень скоро она одержит верх. И прежде чем это случится, надо все объяснить Лизе, она поймет.
– Лиза, – начал он, нежно прижимая ее к себе; его теплое дыхание коснулось ее лба, – в том, что мы делаем, нет ничего дурного. Не важно, что мы мало друг друга знаем. Мы могли быть знакомы неделю, год, час, но чувства были бы те же. – Мак на секунду остановился и наконец решился взглянуть на нее. Лиза не отвела глаз, и у него появилась надежда. – Ты понимаешь, о чем я. – Это было скорее утверждение, чем вопрос. Лиза кивнула:
– Кажется, понимаю. Иногда между людьми происходит…
– Что-то вроде этого. – Мак склонился к ней и коснулся ее губ своими.
Лиза чувствовала, что устоять перед соблазном выше ее сил.
– Да, – прошептала она, – кажется, да. А иногда еще бывают такие волшебные ночи…
– Не похожие ни на какую другую, – подхватил Мак, искренне веря в эти слова. Веря, как и Лиза, в чудо.
– Такие, как сейчас…
Они одновременно повернулись, вглядываясь в темное небо. Казалось, его можно достать рукой. Огромная луна покоилась на верхушках сосен, удобно устроившись на этом необычном ложе. Звезды ярко блестели.
– Это наша ночь, – произнес Мак, когда они вновь повернулись лицом друг к другу.
Ледяной воздух обжигал лицо Лизы, пощипывая ее за щеки, и так румяные от горевшего в ней огня. Она пылала изнутри, и Мак это чувствовал. Они оба равно жаждали продолжения. Ничто не говорило Маку, что он торопит события. «Слишком быстро, – подумал он, – бывает, когда связь не имеет большого значения. А то, что происходит сейчас, не случайная интрижка». Лиза улыбнулась ему, и Мака затопила небывалая нежность, удивившая его самого. Обычно страсть вытесняла все другие чувства, но сейчас его нежность была сильнее желания.
Взяв Лизу за руку, он повел ее обратно в дом.
– Какая холодная ладошка, – сказал он, рывком отворяя дверь в комнату. – А в доме тепло, по крайней мере здесь.
Войдя, они поскорее закрыли дверь. Приятное тепло от камина прогрело комнату, а тень пляшущего пламени рисовала на потолке причудливые узоры. В свете огня комната казалась многоцветной – оранжевой, желтой, красной – и все эти огоньки плясали в глазах Лизы, придавая им совершенно необычный оттенок. Отблески пламени ложились и на ее распущенные волосы, и без того яркие, как огонь.
– Ты прекрасна, – восхитился Мак. – Я любовался тобой еще в магазине, но сейчас… – Он не находил слов от восторга.
– Просто игра света, – обронила Лиза, опустив голову ему на плечо. – Кто угодно станет красавцем.
Мак отрицательно покачал головой.
– Ты украшаешь свет, а не наоборот. – Он был в этом уверен. Благодаря ее присутствию комната преобразилась.
Мак подвел Лизу ближе к камину.
– Остальные комнаты заперты, а здесь нам будет тепло. Останемся здесь, Лиза. Я хочу любить тебя при свете огня.
«Если все-таки отталкивать Мака, то сейчас самое время», – подумала она. От его откровенных слов ее бросало в дрожь. Но она пошла вслед за ним. Несмотря на веские доводы рассудка, она не могла сказать «нет». Только не сегодня. И только не Маку.
Не отпуская от себя Лизу, Мак ухитрился сотворить на полу подобие матраса из раскиданных диванных подушек.
– Это будет наша постель.
Вслед за этими словами последовал медленный, испытующий поцелуй, который на время утолил их жажду. И несмотря на все предшествующие поцелуи, он был словно самый первый.
Мак сбросил ботинки, Лиза последовала его примеру. Они ступили на свое импровизированное ложе, и он расстегнул куртку и откинул ее в сторону. Лиза с улыбкой сделала то же самое.
– Позволь мне раздеть тебя, – прошептал Мак едва слышно.
Они опустились на колени, прильнув телами друг к другу. Их уста слились в жарком поцелуе, открывая все новые лазейки для языков. Они пробовали на вкус и легонько покусывали друг друга. Возбуждение Лизы нарастало: она негромко постанывала, а сжигавший ее внутренний огонь стал таким же ярким, как пламя в камине. Обхватив Мака руками, она чувствовала литые мускулы его тела под легкой тканью рубашки. Лиза сгорала от нетерпения, мечтая скорее коснуться своими пальцами его голой спины. Ей хотелось потрогать его гладкую, упругую кожу под рубашкой, ощутить игру мускулов. Но все еще не хватало смелости.
Мак не был столь застенчив. Он приподнял свитер Лизы и принялся теплыми нетерпеливыми пальцами исследовать атласную поверхность ее кожи.
– Я сниму твой свитер. – Он медленно стянул его, затем блузку. Ее тонкий синий бюстгальтер расстегивался спереди. Мак бережно справился с застежкой и освободил ее груди. Вздох восхищения сорвался с его губ.
– Какие красивые! – произнес он, взвешивая их в своих ладонях.
Немного смутившись, Лиза накрыла его пальцы своими. Легкая улыбка заиграла на губах Мака, но лишь на мгновение. То была улыбка наслаждения. Неуверенный жест Лизы побуждал его к дальнейшим действиям. Она словно обещала преодолеть смущение.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
