— То, что ты смеешь пользоваться магией, уже оскорбление всем чародеям, — цепи сильнее сжались на теле и шее Гильсара.
Запахло палёной шерстью шубы и кожей, звенья жгли раскалённым железом, но Младший не издал ни звука. Под давлением магической цепи капюшон, до того хорошо скрывавший лицо Младшего, сполз, но загадочности это гиганту не убавило. На голову Гильсара был надет плотный коричневый мешок с двумя круглыми прорезями для глаз и одной плоской для рта. Глаза громадины светились белым, свет лёгкой дымкой расплывался сквозь дырки в маске, туго затянутой грядой узлов на затылке.
— Благодарю, господин магик, — с улыбкой обратился к чародею Командующий Бранд. — Моё предложение всё ещё в силе, милсдари, али мастер ведьмак ещё захочет себя как-нибудь проявить?
— Воздержусь, — Дарён отрицательно покачал головой, — подобное не входило в мой контракт.
— А что входило? Резать людей в корчме? Эх, что ни ведьмак, то разочарование, — вставил чародей.
— Нет, резать людей тоже не входило. Входило лишь то, что я должен защищать братьев от чудовищ в их пути туда и обратно. А вам в последнее время много ведьмаков на глаза попадалось, милсдарь магик?
Дарёну были безразличны надменные моралистские замечания, но он решил, что не имеет смысла скрывать суть своего задания.
«Ну, а цель братьев спросите их самих, посмотрим, что вам скажет этот тролль в мешке и рыжий безумец.»
— Куда — туда? — у Командующего лицо стало таким довольным, как будто ведьмак прямо сейчас вывалит ему всё-всё-всё, что Бранд захочет знать, вплоть до великой тайны расположения крепости Рогатого льва, но он заблуждался.
Дарён почувствовал, как чародей начал его сканировать, пытаться забраться в мысли ведьмака, но чародей был слишком самонадеян.
«Берем белую рыбу, фаршируем её яйцами и специями и лимоном. Добавляем орехи по вкусу, потом рыбу тушим и распихиваем по куриным тушкам вымазанным в корченной паприке и куркуме…» Дарён начал на офирском вспоминать про себя рецепт фаршированного верблюда, который он давным давно прочёл в одной поварской книге. Ведьмак беспрерывно думал о верблюжьем горбе, и это никак не мешало ему говорить совсем на другую тему.
— Куда поведут, господин Командующий. У меня контракт на неделю, куда они — туда и я, а куда именно — мне безразлично. Я знаю лишь то, что, если на них нападет утопец, гуль, леший, волколак, на худой конец, вампир, тогда я вступаю в игру.
«…и продолжаем тушить на среднем огне. После этого уже готовой курятиной под завязку фаршируем молодого барашка, начиненного розмарином и чесноком, и кладём на угли…» Ведьмак чувствовал, что чародей не сильно старается, видимо приходилось еще тратить силы на сдерживание Гильсара.
— Хватит перечислять бестиарий, ведьмак, не прикидывайся дураком! Это никакие не игры, — вспылил явно разочарованный Командующий. Гадостная улыбка появилась на лице Старшего, но лишь на секунду.
— Говорю как есть, — Дарён выдержал пронизывающий взгляд Бранда.
«Когда баран готов, погружаем его в верблюда и отправляем тушить до готовности, при подаче украсьте блюдо свежей кинзой.» Дарён покончил с рецептом, сконцентрировал волю и вытолкнул чародея из своей головы. Волшебник криво усмехнулся.
— Что? — недоумевающе спросил Бранд.
— Ничего важного, — ответил поглаживающий козлиную бородку чародей.
— Ничего важного, значит, ну и ладно, хватит словами разбрасываться. Вы, милсдари, ещё раз вас спрашиваю, согласны, пусть уже и не так мирно, но всё же сдать оружие и проследовать с нами в крепость? Если честно, у меня уже начала затекать рука, и не будь вы Иларионсоны — я бы с вами цацкаться не стал, — лучники вновь натянули стрелы, в этот раз тетива заскрипела больше обычного.
— Согласны, — ответил Старший, у которого было достаточно времени взвесить все «за» и «против». — Кандалы обязательны? Раз уж мы знатного рода.
— Для него — да, — ответил чародей и ещё раз ударил посохом. Магические цепи отделились от камня и хваткой анаконды обвили тело Гильсара. Чары уже не жгли, но он не мог пошевелить и пальцем руки, ноги гиганта были свободны.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Сдайте всё оружие, позвольте связать руки и можете садиться на лошадей. К вашим спинам будут приставлены арбалетчики, так что только подумайте дёрнуться — повторите незавидную судьбу моего шлема. А господин волшебник лично проследит за вашим пугалом. Старший и Дарён повиновались, один из солдат забрал у них оружие, другой дополнительно обыскал. У каждого нашлось по ножу, о которых их забывчивые владельцы запамятовали сообщить. Дарён не сомневался, что у Сардара ещё где-то припрятан клинок-другой. Солдаты проверили поклажу на лошадях троицы, забрали серебряный меч Дарёна. Пеньковые канаты на руках завязали туго, но неумело. Лезвие, спрятанное под передним валиком седла Дарёна, не нашли, его эликсиры и бомбы с нагрудного ремня также не заинтересовали незатейливых солдат. Пока пленных подготавливали к транспортировке, Командующий Бранд и не назвавшийся чародей отъехали пообщаться в стороне. Старшему разрешили оставить кисет, он быстро свернул самокрутку, и их троих усадили в сёдла под прицелами луков и арбалетов. Старший обводил взглядом солдат, никто не осмеливался встречаться с ним глазами. Младший, опустив голову, уставился в гриву своего мощного скакуна.
«Ну что? Отказался от заказа, пока было время? В общем, как обычно, Дарён, как обычно…» Ведьмак откинулся в седле, через плечо посмотрел на двух всадников, целящихся ему в спину из арбалетов, и зевнул. Желудок вновь недовольно заурчал, ведьмак достал из кармана кусок вяленой конины и начал неспешно разжёвывать.
«Надо было вспоминать детские песни, а не этот паскудный горб, дери его черти».
========== Дым и ваниль. Глава V ==========
Свет от огня зажжённых свечей отбрасывал зловещие тени на каменные стены роскошной палаты. Дрова в камине подёрнулись пеплом и почти рассыпались в уголь. Над массивной каминной полкой возвышалась полноростовая картина с могучим воином в тяжёлых доспехах и знаменем с кабаньей головой в разгар сражения. Полотно было обрамлено в золотую тяжёлую раму в виде венков из лесных цветов, мечей, топоров, копий и стрел. Лёгкий поток свежего воздуха из открытого окна потревожил успокаивающийся жар. Уголья налились рубинами, маленький уголёк с треском выстрелил и покатился по полу комнаты, подняв небольшое пепельное облачко над очагом. В дверь комнаты деликатно постучали и вошли.
— Граф Альрик, нордлингские наёмники прибыли, сундук при них, — сказал сухой старый голос.
Граф Глиган Альрик Второй стоял у открытого окна. Огромная туша, облачённая в расшитый изумрудом бордовый опашень, заслоняла собой практически всё окно. Альрик не спешил с ответом, он задёрнул плотные пыльные шторы, затоптал дымящийся уголёк и повернулся к вошедшему.
— Бросьте их в яму, а утром повесьте как шпионов. Не стоит забывать потешить чернь, Тарс, — пробасил граф.
— Слушаюсь, господин, — ответил Тарс. — Ещё реданцы меняли лошадей и оставили часть людей в «Медвежьем углу», как поступить с ними? — голос Тарса был сух как песок, будто рот его владельца никогда и не был знаком со слюной. Стёкла круглых пенсне на носу прислужника поблёскивали в тусклом свете свечей.
— Отправь Бранда с двумя отрядами, и пусть они перебьют оставшихся, — граф пошерудил кочергой угли и подкинул полено. — Ещё, где этот чёртов магик? Прикажи ему отправляться с Брандом — чувствую, что лишним он там не будет. И передай ему, наконец, угомонить это пожарище: пусть вызовет снег, дождь, да что угодно! Дым уже доносится и до нас, дышать невозможно! — повысил свой низкий вибрирующий голос граф Альрик.
— Он уже этим занимается, господин, — ответил Тарс.
Граф ненадолго задумался, слуга стоял неподвижно, как памятник покорности.
— Сундук принести ко мне в покои, и отправь воронов нашим друзьям. Хм-м… Всем командирам прикажи подготовить войска на смотр, разбейте лагерь перед городом, возведите баррикады и рогатки, — граф взял ажурный кубок с каминной доски и жадно отпил, руки его слегка тряслись. — Я всё сказал, исполняй, — нервно отрезал Альрик Второй.
