— Вы успокоились? — поинтересовался Макс.
Он походил на щенка, который прыгает по комнате, полный энергии, таща бог знает что на ковер, но никто на него не сердится, потому что щенок есть щенок и его нельзя изменить.
— Мне очень жаль, — начала Дейзи, — но у меня нет времени, чтобы подготовиться к конкурсу. Мы оба провалимся. — Она вздохнула, заметив, что его мальчишеская ухмылка исчезла и на лице появилось выражение отчаяния. Но это не могло ее поколебать. — Честно говоря, меня не привлекает сотрудничество с сетью отелей. Моя мечта — свой собственный магазин шоколадных изделий ручной работы. Уникальных изделий. То, что вы предлагаете, мне неинтересно. Извините. Я уверена, вы найдете для участия в конкурсе кого-нибудь другого.
Дейзи улыбнулась и протянула ему руку. Макс обхватил длинными загорелыми пальцами ее маленькую кисть и мягко пожал. Его рука была горячей, с мозолями на ладони. Это была рука человека, работающего на земле, — с шершавой кожей и обломанными ногтями. Это была честная рука, и Дейзи наслаждалась этим прикосновением.
— По крайней мере, скажите, что вы думаете об этом. — Зазвонил его мобильный телефон. — Извините, я должен ответить.
Дейзи заметила, что крышка пластиковой коробки с какао, которую Макс вытащил из своего бездонного рюкзака, все еще приоткрыта. Когда она попыталась ее закрыть, немного порошка высыпалось. Совершенно инстинктивно, даже не понимая, что она делает, Дейзи взяла щепотку и отправила ее в рот.
Она чуть не зашаталась от взрыва вкуса, аромата и ощущения блаженства.
Дейзи закрыла глаза и наслаждалась изысканным вкусом самого замечательного какао, который она когда-либо пробовала. В уме она уже перебирала свои рецепты, ища те, которые могли бы сочетаться с таким интенсивным вкусом, и насчитала их двенадцать. Это не просто шоколад. Это нечто изумительное. Если одна крошечная щепотка повергла ее в такое состояние… Какао «Тревелейн истейт» лучше, чем секс. Английские девушки будут ходить с улыбками на устах, если этот шоколад попадет на рынок.
— У меня один вопрос, — наконец удалось прошептать ей, когда Макс вернулся к столу, окончив телефонный разговор.
— Спрашивайте.
— Почему, черт возьми, вы не засунули этот шоколад в мой рот раньше? Я изменила свое решение. Я сделаю это. Я поеду на конференцию. Я одержу победу. Для нас обоих. Теперь скажите, когда вы хотите начать работу? Потому что времени мало. Да, и вы можете, если хотите, называть меня Дейзи, мистер Орманди.
Макс радостно ухмыльнулся:
— Хорошо. Мы в чем-то уже пришли к согласию. И поскольку мы собираемся вместе работать, вы должны знать, что Орманди — девичья фамилия Кейт. Она вернула ее после нашего развода. Итак, позвольте представиться. — Он слегка поклонился. — Чарлз Максимилиан Тревелейн, к вашим услугам. Но, как я просил, пожалуйста, зовите меня Макс. — Он опять сверкнул улыбкой. — Вы можете приехать ко мне в среду утром?
* * *
Часом позже Макс встретился с другой, не менее проблемной особой женского пола.
— Скорее, папа! Мы здорово опаздываем. — Фрея театрально вздохнула.
Макс крепко сжимал ее маленькую ручку и делал вид, что она его тащит. Они побежали через дорогу в фешенебельном лондонском пригороде, где жила Кейт. Когда они оказались в безопасности на тротуаре, он рассмеялся:
— Послушай, для чего надо было спешить? Стесняешься, что тебя увидят с твоим старым папкой? Да? Если хочешь, я могу снять пиджак и закутать им голову. Или, может, хочешь, чтобы я посадил тебя на плечо?
— Нет. Глупый папа. Моя телепрограмма начинается через десять минут.
Фрея хихикнула, так как Макс нарочно замедлил шаг. Просто чтобы продлить эти драгоценные минуты, когда он чувствовал себя настоящим отцом, забирающим свою дочь из школы, а не каким-то туристом, который иногда легким бризом проносится в ее жизни. Не важно, как часто они разговаривают по телефону, встреча — совсем другое дело.
Фрея унаследовала от матери красивые светлые волосы, маленький носик и тонкие черты лица, но ее голубые глаза, которые в настоящий момент с нежностью смотрели на витрину, где были выставлены невероятно дорогие маленькие пирожные, были теми же, что он видел каждый день в зеркале. Очень скоро это убийственное сочетание будет разбивать мальчишечьи сердца.
К счастью для него, в ее генах были заложены хороший аппетит и любовь к сладостям.
— Смотри, пап, смотри! Мама забыла заказать в супермаркете печенье. Опять. А Трейси скоро придет ко мне поиграть. — Фрея жестом попросила отца нагнуться и прошептала ему на ухо: — Я собираюсь устроить вечеринку в плавательном бассейне. Но обещай никому об этом не говорить, потому что это огромный секрет. — Она приложила указательный палец к губам, затем снова зашептала: — Это сюрприз. Но Трейси я скажу, потому что нам надо договориться, что мы будем делать, и что мы наденем, и во что мы будем играть, и еще про массу всяких вещей. Я так волнуюсь, что всю ночь не спала. Это будет удивительно. И круто.
Макс кивнул со всей серьезностью.
— Ни слова, — сказал он. Затем прищурился, посмотрел направо, налево и, наконец, в широко раскрытые голубые глаза дочери. — Я надеюсь, ты не забыла самую важную вещь?
— Какую? — взволнованно прошептала Фрея.
— Шоколадных кроликов, конечно.
Девочка округлила глаза:
— Они мне нравились, когда мне было пять лет. Мы с Трейси больше не едим шоколадных кроликов, папа.
— Неужели? — подмигнул он. — А как насчет мороженого? Или домашних пирожных? Или пончиков со сливками, джемом и сахарной глазурью и со всевозможными сиропами? Ты их ешь?
Фрея кивнула, облизала губы и одновременно потерла животик.
— Ладно, — кивнул Макс. — В таком случае нам надо научиться их печь. Но что, если мы купим несколько этих пирожных и возьмем их домой, чтобы потренироваться для начала?
Ему не нужно было повторять дважды. Фрея вбежала в кондитерскую, совершенно не осознавая, какую сердечную боль она причинила отцу рассказом о праздновании ее дня рождения.
Максу хотелось отпраздновать этот день в его коттедже, только с ней и с Кейт, над тортом из супермаркета и шипучим лимонадом. Но его бывшая жена запланировала изысканную вечеринку. Судя по последним сообщениям, в ней будут задействованы тренеры по плаванию, эстрадные артисты и компании, устраивающие банкеты и праздники.
И Фрея хочет этого. Было бы жестоко лишить ее праздника.
Его маленькая девочка растет. Без него.
Это только начало, но все приметы налицо. Однажды Фрея не захочет, чтобы отец забирал ее из школы, потому что, по ее мнению, он неудачник. Мечтатель, который проводит жизнь в глупых мечтах о выгодной продаже экологически чистых какао-бобов. Отец, которого не было рядом, когда она нуждалась в нем. Отец, который ее разочаровал.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
