Где мне было раздобыть новые до утра? Да и денег пока лишних нет, чтоб по магазинам расхаживать. Вот доход с дополнительных ночных смен в баре как раз и пойдёт на то, чтобы купить рабочую одежду для офиса. А пока что похожу в чем есть.
Ещё раз дёргаю себя за пуговицы, чтобы проверить их на прочность. Вчера вечером, как только приехала домой, села и все до одной перешила, чтобы не дай бог опять не отвалились в самый неподходящий момент.
— Ладно, Ев, мне бежать пора, — отвернувшись от зеркала, подхватываю лежащую на стуле сумку и закидываю её себе на плечо. — А то опоздаю в первый день и моя головокружительная карьера в недвижимости закончится, так и не начавшись.
* * *
Ровно через сорок пять минут я уже перебегаю дорогу к большому бизнес-центру, принадлежащему корпорации ГорКонсалт.
Ну, как перебегаю… скорее очень быстро семеню, потому что проклятая юбка, завалявшаяся у меня в шкафу со школьных времён уже мне несколько маловата. Да блин, она очень сильно мне маловата, я её в последний раз в девятом классе надевала! Всё везде давит. Пуговица впивается в пузо, а форма юбки — карандаш, мешает нормально расставлять ноги при ходьбе.
Чёрт… я надеюсь моя работа будет по большей части протекать возле компьютера. Я в этой удавке долго не прохожу. Ощущение такое, будто мне ноги скотчем вместе примотали…
— Здравствуйте, — добравшись, наконец, до нужного мне этажа бизнес-центра упираюсь ладонями в стойку ресепшн и улыбаюсь сидящей за ней девушке. — Светлана, верно?
— Совершенно верно, — смотрит на меня с плохо скрываемым интересом.
Ну ещё бы. Я бы на её месте тоже заинтересовалась таким кадром. Вначале с собеседования в порванной блузке выбежала, потом жалобу на их менеджера по персоналу накатала, и после этого ещё и должность каким-то макаром получила.
— Простите, Светлана, я тут пока что ничего не знаю. Вы не подскажете мне, что я сейчас должна сделать? Может, нужно пойти в отдел кадров что-то подписать или сразу на рабочее место? Только я даже не знаю, где оно у меня находится…
— Вам вначале нужно дождаться нашего генерального. Он сказал, что лично проведёт с вами инструктаж и всё объяснит, — отлично. Так, наверно, даже лучше. Тем более, я пока что даже не знаю, с кем мне придётся работать. — Вы пока присядьте в кресло. Он с минуты на минуту должен подойти.
— Спасибо, — послав девушке самую добродушную улыбку на которую только способен мой организм с недосыпа, отхожу от ресепшена и иду к кулеру, который заприметила ещё в прошлый раз.
Несмотря на раннее время на улице уже жуткая жара. Пока я семенила в своей «школьной» юбке от метро до офиса, с меня три ручья пота успели сойти и пить хочется невыносимо, аж язык к нёбу прилипает.
Подойдя к кулеру, вытаскиваю пластиковый стакан и доверху наполняю его холодной водой.
— Елизавета Алексеевна, — слышу у себя за спиной до зубного скрежета знакомый голос. — Я тебя заждался. Уж думал, что не придёшь.
Во сволочь. Все-таки не уволили тебя, кобель проклятый.
Спокойно, Лиза, главное держать себя в руках и не поддаваться на провокации. Ты теперь сотрудник фирмы. Личный помощник генерального директора. Пусть только попробует что-нибудь ляпнуть.
Выдохнув, медленно оборачиваюсь и смотрю на стоящего напротив меня мужчину. Сегодня он в сером костюме-тройка, только пиджак этот козёл, видимо, снял. На нём только брюки и жилет под которым белая рубашка, с традиционно закатанными до локтя рукавами. И ещё галстук. Красный. Такое сочетание цветов кажется мне странным, но, на удивление, щетинистому говнюку оно идёт. Да, щетина всё там же, на месте. Как и слегка взъерошенные волосы. И запах. Чёрт, от него так приятно пахнет его этим морским одеколоном, что хочется подойти ближе и вдохнуть глубже. И это ещё больше меня раздражает.
Не знаю почему, но вместо того, чтобы что-то ответить, я стою и как полная дура продолжаю его разглядывать. С ухмыляющегося лица опускаю взгляд на слегка оттянутый вниз галстук и ниже на жилет… на котором мои глаза начинаю расширяться, а сердце в панике колотить по рёбрам.
Только сейчас я замечаю, что справа на жилете у мужчины приколот золотистый бейджик… на котором черными буквами выведено «Горский Кирилл Сергеевич. Генеральный директор ГорКонсалт».
Чувствую, как кровь шандарахает мне по вискам и отдаётся там истерической пульсацией. Мне и так было жарко, а сейчас и вовсе кажется, что температура в помещении накалилась до сотни градусов.
Голова из-за этого, а может тупо из-за паники начинает кружиться и пространство вокруг меня сужается до чёртова бейджика на груди у похотливого козла. Того самого козла, на которого я накатала жалобу генеральному директору. То есть, получается ему на него же самого жалобу и накатала…
Боже… Мне плохо… Кажется, меня сейчас стошнит. Да, определённо утренний бутерброд с сыром уже подкатывает к горлу и вот-вот вырвется наружу…
Это не может быть правдой! Не может! Этот козёл не может быть генеральным директором. Он ведь… он на него не похож! Разве ему не должно быть тогда глубоко за сорок? Благородная седина, строгий деловой костюм…
А этот… Он хоть и старше меня лет на десять, но адекватно не старый. Да и вообще…
А если правда? Если он действительно генеральный, то… То не светит тебе никакой новой должности, Лиза!
Боже, ну конечно! А я-то дура всё гадала, почему же меня всё-таки взяли?
В голове тут же всплывает наше собеседование. Точнее, его эпичный финал, когда я послала Горского в жопу! Боже, я послала в задницу генерального директора крупнейшей строительной корпорации в нашем городе! Этого он мне точно не простит…
Сглотнув вязкую слюну, закрываю глаза и судорожно втягиваю носом воздух, пытаясь успокоиться, но не выходит ни черта. Потому что перед глазами как красная тряпка стоят строчки из моей жалобы. Я там в эпитетах вообще не стеснялась…
— Ты воды в рот набрала?
— А? — резко отрываю взгляд от бейджика и, подняв голову, смотрю в ухмыляющееся лицо козла Кирилла Сергеевича.
— Я спрашиваю, ты воды в рот набрала? — выгнув тёмную бровь, кивает на пластиковый стаканчик в моей руке.
— Н-нет…
— Ну да, не похоже. Стакан-то полный, — тянет задумчиво. — Кстати, спасибо. Я как раз пить хотел.
Прежде, чем я успеваю сообразить, о чём идёт речь, Горский подходит, обхватывает своей огромной рукой мою, сжимающую стакан, ладонь, подносит её к губам и делает несколько жадных глотков. При этом на последнем глотке, я чувствую, как кончик его языка как
