Джун вспыхнула, Эми зло улыбнулась ей. Такую же злорадную улыбку послала она и Филиппу, подумав заодно, какая же она дура, если вообразила, будто влюблена в этого человека.
— Какое тебе дело, ссоримся мы или нет? — Вопрос ее прозвучал довольно невежливо.
Губы Филиппа непроизвольно сжались, глаза потемнели.
— Мне кажется, ты не слишком далеко ушла от школьницы, Эми.
Если бы не Джун, она не, задумываясь, вылила бы ему на голову тарелку супа. Но пришлось сохранять спокойствие.
— Не знаю почему, но у меня абсолютно пропал аппетит. Оставляю вас друг с другом для важных разговоров. Вы такие скучные люди!
Эми выпорхнула из-за стола с легкостью бабочки. Минут через десять, когда Филипп нашел ее на конюшне, в глазах жены блестели слезы. Слезы гнева и ненависти, однако она сумела взять себя в руки.
— Уже закончили? Быстро же вы обсуждаете свои дела!
— Эми, не глупи.
— Ну, ну, насколько я понимаю, ты пришел объяснить, какой я еще несмышленый ребенок.
— Тема у меня другая — если хочешь, сражайся со мной, когда мы одни, но не в присутствии посторонних.
— Я вообще не хочу сражаться с тобой нигде, Филипп Старк. Это ты унижаешь меня при посторонних! И я спрашиваю: кто ты такой, чтобы так поступать? Если хочешь иметь жену, то и обращайся со мной как с женой.
— Если бы ты была настоящей женой, всего этого не случилось бы.
— Ненавижу тебя. Я действительно была дурой, когда думала… думала…
— Что ты думала?
— Ничего. — Она встала и направилась к выходу.
Он удержал ее за руку.
— Что тебе сказала Джун?
Судя по всему, Филипп догадался, что его секретарь кое-что себе позволила.
— Не намерена тебе этого говорить!
— Какая упрямая у меня жена! Я отослал Джун в Ривербенд, прочитав ей хорошую нотацию.
Глаза Эми удивленно расширились.
— Отослал? Почему?
— Почему? — весело передразнил ее Филипп. — Потому что ты моя жена, а она всего лишь секретарь! И вообще, Эми, я давно хочу сказать: как это трудно — быть твоим мужем. — Взгляд его посуровел, губы плотно сжались.
Комок подкатил к ее горлу.
— Поэтому ты был… был в таком плохом настроении все эти дни? А не потому, что у тебя болела голова?
— Какая голова! — отмахнулся Филипп.
— А я-то… не сумела догадаться раньше… Но я… я же не могу вот так просто отправиться с тобой в постель. Еще минуту назад я так ненавидела тебя.
— Но эта минута прошла! — воскликнул Филипп, и в глазах его появился какой-то блеск.
— Не совсем. Пока я не простила тебя и все еще сержусь.
Эми выпалила эти слова и тут же пожалела о них, увидев, как посмотрел на нее Филипп — словно на маленькую злючку.
— Мы начали неделю в полной гармонии друг с другом. Давай вернемся к этому состоянию, — серьезно предложил он, но серые глаза его снова потеплели.
— Хорошо, — согласно кивнула Эми.
— Отлично. Давай закончим наш ланч. Не знаю, как ты, а я чертовски голоден!
5
Они успокоились, и снова жизнь дома вошла в норму.
Боб по несколько часов в день проводил на огороде и в курятнике, стараясь привести в порядок то, что сам испортил, и получил законное вознаграждение в виде ежедневного катания на тракторе под надзором Филиппа. А Мери, видя, как меняется сын, старательно вела домашнее хозяйство. Он мыла и убирала в доме, стирала белье и готовила еду. Исчезло выражение постоянной растерянности в глазах.
Но Эми понимала, насколько хрупко это идиллическое равновесие, вечно оно продолжаться не может, и нужно принимать какое-то решение. В обстановке этой гармонии ей больше не хотелось бороться с Филиппом.
Часто она спрашивала себя, куда делась вся ее воинственность, и чувствовала при этом, как пылают щеки от стыда за свое поведение, за то, что она изводила Филиппа, заставляя его жалеть о браке с ней. Какими странными казались ей теперь и собственное строптивое желание, и сама мысль о том, что она непременно должна обуздать Филиппа Старка, чтобы не быть порабощенной самой… Что ей предстояло сделать для этого, она пока не знала, однако то, что уже уяснила, было значительным прогрессом в их семейной жизни: теперь замужество уже не казалось ей безрассудным поступком.
Как человек трезвый, Эми отдавала себе отчет, что в глубине души хотела этого. Видимо, она всегда была чуточку влюблена в него. А гнев и ненависть, вспыхивающие порой в ее сердце, возникали от ущемленной гордости. Осознавая это, она прекрасно понимала и другое — Филипп не любит ее так, как она любит его. Что же лучше? Быть замужем за человеком, которого ненавидишь, либо выйти за человека, которого любишь, но который не любит тебя? И главное: коль решила смириться, как сделать последний шаг?
По иронии судьбы, в том, что муж ее не любит, Эми убедила неожиданная встреча с Анной Ленгли, женщиной, чьи отношения с Филиппом были когда-то у всех на виду. Однако в конце концов она вышла замуж за человека намного старше ее, состоятельного и уже дважды разведенного. С Анной Ленгли, о которой она столько слышала, Эми довелось познакомиться в Ривербенде.
Супруги взяли Боба и Мери, чтобы выполнить обещание и покатать их на самолете, а заодно показать земли, намеченные к продаже. Когда они приземлились неподалеку от офиса в Ривербенде, на взлетной полосе стоял еще один самолет, увидев который, Филипп хмуро произнес:
— Ленгли.
Вскоре супруги Старк были в офисе. Увидев их, Джун сконфузилась и, к большому удивлению Эми, покраснела.
— О… Филипп! — помощница начала заикаться. — Здесь… здесь мистер Ленгли, он по… просил разрешения пролететь над нашими землями и взглянуть на них…
— Не волнуйся, Джун, все в порядке, — успокоил ее Филипп и раскланялся с супружеской парой, стоящей у окна.
— Анна, Роджер, как поживаете? Я рад, что мы с Эми вас встретили.
Анна и Эми молча взглянули друг на друга. Пауза затянулась. Анна Ленгли была высокой, темноволосой элегантной женщиной лет тридцати. В ней чувствовалось какое-то необыкновенное внутреннее совершенство, которое Эми запомнила со времени их встречи в Далкейте несколько лет назад. Сейчас она стала еще более утонченной и изысканной.
— Познакомься, Роджер, это Эми. — Анна сделала шаг вперед. — Не знаю, помнишь ли ты ее, дорогой, — спросила она, обращаясь к мужу, господину лет на двадцать старше ее, но все еще в хорошей форме. — Это Эми из Далкейта, соседка Филиппа.
Снова возникла пауза, еще более неловкая. Когда заговорил Филипп, Джун закрыла глаза.
— Мы с Эми недавно поженились, Анна.
Глаза элегантной женщины сверкнули, свидетельствуя, что новость для нее и неожиданна и неприятна. Но уже через секунду она нашлась:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
