В дни, когда армия Тухачевского бесчинствовала в Польше, Всероссийской чрезвычайной комиссией (ВЧК) был сформирован управленческий состав и провозглашена Польская Советская Социалистическая Республика (ПССР). В руководящий состав новообъявленного образования вошли два польских еврея Феликс Эдмундович Дзержинский и его заместитель Иосиф Станиславович Уншлихт.
Но маршал Юзеф Пилсудский, возглавивший Польское государство и национальную армию, устроил для Западного фронта позорный разгром, спасая тем самым не только свое государство, но и Европу от скорого захвата большевиками. Войска маршала Пилсудского остановили кровавое нашествие красных. Любопытно, что в мае 1920 г. лихие поляки даже ворвались в Киев.
Но и после позорного разгрома у Троцкого не пропало дикое, шизофреническое желание развязать войну, которая обязательно бы привела к Мировой революции, или, вернее, к мировой бойне.
Такая попытка осуществлялась на Балканах, когда было организовано покушение на царя Болгарии Бориса.
Осуществлялись попытки начать революцию в Индии, в Китае и других регионах Юго-Восточной Азии.
2
Пройдет совсем немного времени, и Иосиф Виссарионович Сталин, ставший Генсеком партии, впервые как представитель Коминтерна встретится по делам с Владимиром Забрежневым (пользовался отчествами Владимирович, Георгиевич, Николаевич), членом могущественного Коммунистического интернационала и одной из самых таинственных личностей для современных историков. Известно лишь, да и то крайне поверхностно, что В. Забрежнев стоял у истоков большевистской партии, одно время примыкал к анархистам (к его террористическому крылу), имел сношения с Бенито Муссолини и состоял членом ряда масонских лож. В редких источниках можно найти сведения, что этот коминтерновец еще в 1911 г. стал масоном La Grand Orient; в 1915 г. выбирается секретарем центрального комитета (вот он откуда, – классический большевистской бюрократический слог!) франкмасонских лож Парижского округа. Будучи какое-то время в Париже, получил образование анатома и гипнотизера. Являясь членом масонской ложи «Великий Восток Франции», получил звание «мэтр венерабль». Именно эта влиятельная ложа Франции (наравне с другими тайными влиятельными организациями), удовлетворенная итогами провокационно навязанной революции, в 1920 г. прислала приветственную телеграмму всем масонским ложам «новой» России. Завет президента «Великого Востока Франции» и главы Всемирного Израильского союза А. Кремье, высказанный им еще в 1861 году, начинал осуществляться на просторах оккупированной и разграбляемой России: «Иерусалим нового порядка вещей, свято основанный между Востоком и Азией, должен занять место двух сил: королей и пап… Национальности должны исчезнуть. Религии должны перестать существовать. Только Израиль не перестанет существовать, так как этот маленький народ избран Богом». Высшие чины международных масонских кругов открыто говорили о необходимости как можно скорее произвести всеобщую интернациональную революцию, которую Лейба Троцкий-Бронштейн и Владимир Ленин-Бланк возвестили как «мировую революцию».
Многие годы Забрежнев вникал в происходящее, отыскивая и суть, и реальных заказчиков перемен, и в то же время, продолжая сотрудничать с графом Александром Георгиевичем Канкрином, возглавлявшим личную разведку императора Николая II. Став в молодые годы большевистским агентом по распоряжению графа, этот человек так хорошо сжился со своей ролью, что воспринял ее как миссию. В том числе и как… миссию служения Родине – поверженной тайными, но прекрасно обученными за границей силами. В 20-е годы ХХ века Забрежнев активно работает в Коминтерне, а после и возглавляет международный сектор Исполнительного Комитета Коминтерна (ИККИ).
Его уникальный опыт пригодился в годы, когда Иосиф Виссарионович Сталин укреплял свои позиции на вершине большевистской власти.
Встреча Генсека и гостя началась с того, что Владимир Владимирович, не успев поприветствовать хозяина кабинета, обратил внимание на стол, заваленный горами бумаг, отметив, что, даже работая по 18–20 часов в сутки, Сталин вряд ли справляется с документацией.
– Для текущей деятельности вам, Иосиф Виссарионович, следовало бы иметь второго секретаря партии и несколько секретарей, скажем четыре – шесть человек, вот они и будут вести различные направления партийной деятельности.
Лицо Сталина осталось хмурым, Генсек ничего не ответил, лишь молча указал рукой на стул и спросил:
– Ви подготовили мне справку о мероприятиях Коминтерна и участии в нем нашей партии?
– Да, – кротко ответил Забрежнев.
– Тогда задам вам вопрос. Что ви думаете по поводу революции в Германии?
Еще вчера, заканчивая подготовку материалов в преддверие встречи с Генсеком, он буквально на подсознании почувствовал, что именно в процессе разговора может ему пригодиться. Услышав вопрос, Забрежнев молча подал Сталину некие листки, тот так же молча, ничего не спрашивая и не уточняя, взял их в руки и стал внимательно вчитываться. Текст был краток, но весом: в списке, переданном Забрежневым, значились фамилии, выбранные им из списка «Пирамида». Полный (?) список в распоряжение Забрежнева отдал во время их последней встречи граф Канкрин, прежде оговорив многие и многие детали; все, значившиеся в бумагах, были резидентами или агентами, в том числе и агентами влияния, и законсервированными агентами, завербованными или внедренными имперской разведкой в другие страны и крупные международные организации.
Иосиф Виссарионович после прочтение и некоторого раздумья вернул полученные листки. Затем резко встал, прошелся по кабинету, внимательно посматривая на собеседника.
– Это что, люди, причастные к революции в Германии? Или это какие-то другие люди?
– Товарищ Сталин, когда я сказал, что в связи с загруженностью вам следует иметь нескольких секретарей ЦК, в том числе и второго секретаря, я был прав. Думаю, вы сами подберете себе людей для такой работы. Вообще, кадровая работа партии и любого государства, и советского тоже, является наиглавнейшей.
Намек был более чем ясен: люди из списка – это лучшие кадры имперской разведки в Германии, и некоторым из них наверняка придется сотрудничать с ним, товарищем Сталиным. Надо лишь грамотно повести игру. И потом, будущий непререкаемо авторитетный вождь понимал, что ему предоставили лишь часть «золотого запаса» кадровой работы еще недавно мощной и тайной структуры. Да, не зря впоследствии Иосиф Виссарионович выскажет мысль: кадры решают все!
А Забрежнев, словно таясь и не решаясь сказать нечто важное напрямик, спросил Генсека:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
