на прохладную поверхность.
Эх! Надо ж было примчаться именно сюда. Пустое огромное помещение, с окнами под потолком. Даже инвентарь надежно заперт в подсобном помещении физрука. Только маты, которые в крайнем случае могут послужить лежанкой.
Передергиваю плечами. Все же надеюсь, что мозгов в голове Руслана больше, чем жажды мести. Хотя…
Ну и денек. Мама! Точно! Она же не оставит просто так, что дочь не придет ночевать. Поднимет всех на уши. После этой мысли настроение улучшается, и я просто жду того момента, когда тут нарисуется моя мамочка и спасет меня из пещеры.
— Что, мышь, никак не можешь выбраться из норы? — слышу насмешливый голос этого гада и рычу от злости.
В крови вскипает злость, и я вскакиваю. Поворачиваюсь к двери, словно готовлюсь отразить смертельную атаку.
— Слышь ты, павлин! Если это месть за то, что я не пала к твоим ногам, то ты слишком жалок!
Оглядываюсь по сторонам, хотя кажется, что за время, пока я тут сижу, уже все изучила вдоль и поперек.
— Повтори-ка! — рычит гад.
Но я не собираюсь тешить его самолюбие.
Мысленно считаю до десяти, чтобы как-то успокоить бешено колотящееся сердце. И так всегда, стоит мне оказаться на расстоянии меньше чем один километр от Руслана. Между нами словно вспыхивают тысячи искр ненависти, а прохожие торопятся отойти от нас подальше. Боятся, что снесет взрывной волной.
— Ты там уснула, что ли, мышь?
Ох, как же он раздражает меня этим прозвищем!
Этот лоб старше меня на четыре года, а мозгов как у рыбки, честное слово.
— Знаешь, когда раздавали мозги, ты точно клеился к очередной бабе, — шиплю я в надежде, что он не услышит.
В двери слышится звук щелчка, и она одним рывком распахивается, являя моему взору взбешенного Руслана.
Голубые глаза мерцают холодом, а пухлые губы изогнуты в высокомерной ухмылке. Распахнутая куртка являет взору натренированное тело, и я с трудом сглатываю. Хочется дать себе подзатыльник за то, что так реагирую на внешность этого индюка.
Парень стремительно сокращает расстояние между нами и вдавливает меня в прохладную стену, нависая разъяренным хищником. Заполняя собой небольшое расстояние между нами.
Делаю судорожный вдох.
— Послушай меня, мышь…
Морщусь от тупого прозвища и выше вздергиваю подбородок, смотря прямо в холодную глубину глаз.
Руслан приближает лицо, и на таком расстоянии я с легкостью могу посчитать темные прожилки на его радужке.
Делаю глубокий вдох и стискиваю кулаки, тем самым пытаясь вернуться в реальность.
— Слушаю, ваше высочество, — с наслаждением замечаю, как желваки ходуном ходят, и дерзко усмехаюсь.
— Еще раз, — стискивает пальцами подбородок явно с намерением причинить боль, — ты в мою сторону посмотришь — пеняй на себя.
— И что же ты сделаешь?
Руслан приближается еще сильнее, обдав горячим дыханием ухо. И этот выдох посылает толпу мурашек по спине.
— Поверь мне…
Его гневную тираду прерывает звонок входящего вызова, и он, не глядя на дисплей, отвечает.
— Слушаю, — по мере ответа он все сильнее хмурится. — Зачем?
Выдыхает с шумом, опаляя меня очередным враждебным взглядом.
— Сейчас буду.
Стоит ему отключиться, как телефон снова оповещает уведомлением. Краем глаза замечаю сообщение: "И веди себя достойно, я буду со спутницей и ее дочерью".
— Какого фига? — удивленно выдыхает Руслан и не глядя вручает мне мои пожитки.
— Живи пока, мышь.
В унисон с репликой Руслана на мой телефон приходит эсэмэс от мамы: "Жду тебя через двадцать минут в кофейне "Маршмелоу”. Буду с Владимиром".
Руслан
Внутри все кипит после очередной стычки с этой занозой, еще и отец огорошивает меня такой "радостной" новостью.
Что там еще за дама сердца нарисовалась? Он после развода с матерью имел какие-то мимолетные интрижки, но ни разу не знакомил меня со своими избранницами. А тут прям что-то новое.
Слегка ошалев от требования отца, даже не до конца разбираюсь с мышью и вылетаю на парковку. Все уже давно разъехались, и на улице успело стемнеть, пока я возвращался, чтобы довести до конца дело с девчонкой.
Черт его знает, почему я не оставил эту заразу куковать в одиночестве в зале после ее выходок. Вот уж точно огонь в крови! Усмехаюсь при воспоминании о ее воинственном виде. Это первая девчонка, которая не торопится пасть мне в ноги, и это…захватывает.
Стычки с ней доставляют какое-то удовлетворение и несут заряд бодрости. До ее появления жизнь была пресыщенной, а тут прям встряхнула она меня.
Звук сигнализации ласкает слух. Не перестаю любоваться своей красавицей, хоть она у меня уже во владении больше года, но смотреть на нее одно удовольствие.
Сажусь за руль и замечаю, как из университета медленно выходит слегка ошарашенная Карина. Порыв ветра вырывает из прически локоны, и девчонка, вздрогнув, кутается в куртку.
Гашу в себе порыв предложить подбросить. Вот еще!
С чего вдруг такое желание-то? Она мои шмотки в унитазе полощет, а я ее подвозить буду?
Вжимаю педаль газа в пол, и машина со свистом срывается с места. Бросаю взгляд в зеркало заднего вида и отчетливо вижу, как девчонка закатывает глаза и направляется к остановке.
Приезжаю в назначенное место через пять минут, и внутри разливается несвойственное волнение. Стискиваю руки на руле, чтобы немного привести разлетающиеся мысли в порядок.
Опыта общения с отцовскими дамами у меня нет, да и приобретать его не особо горю желанием. Мне уже двадцать два и мне до одного места, с кем встречается и проводит время отец. Но мне не дает покоя, что он сегодня решил познакомить меня с кем-то. Это не похоже на него, и меня это не радует.
Телефон зажигается, и я вижу, что звонит отец.
— Да, — отвечаю с неохотой и выключаю зажигание.
— Ну и че ты там мнешься в машине? — бурчит отец. — Я тебя в окно вижу.
Окидываю взглядом кофейню, но отца не вижу. Зато вижу его огромный внедорожник,
