Я не верю ни в какие перемены и прощать Максима не хочу, но почему-то не спорю. Как прилежная ученица, делаю то, что мне сказали. Вытаскиваю телефон и вызываю такси, назвав водителю адрес больницы.
Глава 18
Выхожу из машины, но какое-то время стою, не двигаясь с места. Смотрю на высокое серое здание, находя среди множества окон то, за которым находится кабинет мужа.
Давно здесь не была. Раньше, когда мы только поженились, приезжала довольно часто. Мне нравилось ждать Максима внизу, возле регистратуры и, не стесняясь посторонних людей, бросаться навстречу, стоило ему только появиться в холле. Или подниматься в ординаторскую и чувствовать себя пробравшейся в незнакомый, неведомый мир. Мир, что так много значил для моего любимого. А сейчас и вовсе отнял его у меня.
— Вера? — неожиданно слышится позади меня знакомый голос, и, обернувшись, я вижу перед собой Артема. Расстегнутая куртка накинута прямо на халат. В руках — два стаканчика с кофе. — Ты чего стоишь на холоде, не поднимаешься? А ну-ка идем! — он легонько подталкивает меня плечом и сам смеется над своим жестом. — Прости, руки заняты. Выбежал за кофе, пока вырвалась свободная минута.
— У вас же столовая есть. И автоматы на каждом этаже, — чуть растерянно проговариваю я, но все-таки двигаюсь к входу. Уже нельзя не пойти, Артем обязательно расскажет Максу, что видел меня. И неизвестно, какие выводы тот сделает, если мы не поговорим.
— Пф-ф, — хмыкает мужчина. — Автоматы есть, но только в них — самая настоящая бурда. Про столовую я вообще молчу. Захотелось настоящего.
— Ясно, — я почему-то не знаю, о чем с ним говорить. Впервые в жизни. Они с Максимом дружат давно, он и дома у нас часто бывает. Бывал. Прежде. Последнее время из-за дурацкой работы Макса не до гостей, уже и не вспомню, когда в последний раз кто-то приходил.
— Выглядишь усталой, — констатирует Артем, разглядывая меня. — Не выспалась? Так держи, уверен, Максим только рад будет, что я его порцию тебе отдал, — протягивает мне стакан, а я задумываюсь о том, что мужчина, скорее всего, не знает о нашем с мужем расставании. Иначе вел бы себя по-другому. Задавал бы кучу вопросов, интересовался моими делами. А так, выходит, Макс не поделился с лучшим другом столь важным фактом своей жизни. Интересно, почему?
Благодарно улыбаюсь и, забрав стаканчик, делаю торопливый глоток. Еще довольно горячий, но уже не обжигает. Как раз то, что нужно, чтобы согреться. Я только теперь понимаю, что успела замерзнуть, пока стояла, продрогла до самых костей. Разве что зубы не стучат. Не хочется появляться в таком виде перед мужем. Ну и что, что мы собрались разводиться, это не повод демонстрировать ему свои посиневшие от холода губы.
Артем открывает дверь и пропускает меня вперед. В холле больницы, как всегда, полно людей. Знакомый запах лекарств, и у меня щемит сердце, задевая спрятанные в глубине струны ностальгией. Мы же были так счастливы. Любили друг друга. В какой момент все сломалось?
— О, а вот и он, — восклицает друг мужа, легонько дотрагиваясь до моего плеча и разворачивая меня к гардеробу. И я оказываюсь лицом к лицу с Максимом. Всего в нескольких метрах. Только не могу подойти, вообще ни шага сделать, лишь смотрю, как стройная и явно фигуристая брюнетка трепетно обвивает его шею.
Глава 19
Максим сам замечает меня. Удивляется, на лице появляется что-то вроде улыбки. Но только он ни капли не смущен. Не выглядит ни виноватым, ни испуганным. Хотя, наверно, испуганным я его вообще никогда не видела. Но сейчас-то почему он так себя ведет?
Вспоминаю наши последние с ним встречи и разговоры и то, что сама говорила ему. Неужели решил воспользоваться моим советом и действительно утешиться в объятьях другой женщины? Вот так, посреди дня на виду у всех?
Но тут же думаю о том, что если бы он делал это тайком, было бы еще хуже. Еще больнее. Ведь чувства мои не делись никуда. И что бы я ни доказывала сама себе, на самом деле хочется иного. Тепла и любви. Чтобы он рядом был, обнял, успокоил, убедил в том, что я все еще ему нужна. А вместо этого вынуждена наблюдать такие вот сцены.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Артем, как ни странно, тоже не слишком беспокоится по поводу увиденного. Подходит к Максу и кивает в мою сторону.
— Дружище, прости, ты без кофе. Я твою порцию Вере отдал.
Муж усмехается.
— Правильно сделал, — смотрит на стакан в моих руках и поднимает взгляд на лицо. Говорит, резко становясь серьезным.
— Здравствуй, Вера.
Женщина разжимает руки, отстраняясь от него, оборачивается, и когда я вижу ее лицо, становится еще тоскливее. Она красива. Очень. И моложе меня. Фарфоровое личико с идеальными чертами. Что бы она ни делала рядом с моим мужем, мне это не нравится!
— Что-то случилось? — Максим подходит ближе, но при этом даже не делает попытки меня обнять. — Не ожидал тебя увидеть.
— Прости, что помешала! — не выдерживаю, выплевывая ему то, что кипит внутри. И плевать, что у этой сцены сразу двое свидетелей: лучший друг и девица, которая…
Не могу подобрать подходящего определения — его просто нет. Мне страшно делать выводы и еще страшнее услышать то, что может сказать она сама.
— Это ваша жена, Максим Олегович? — восклицает незнакомка и, не дожидаясь ответа Макса, делает несколько шагов ко мне. — Ваш муж — лучший доктор на свете! Я так ему благодарна…
Неужели пациентка? Я перевожу взгляд на Максима, но совсем не чувствую облегчения. Все равно это неправильно. Чужая женщина из благодарности может висеть у него на шее, прижимаясь всем телом, а ко мне он даже не до конца приблизился.
— Пойдем в кабинет, поговорим там, — проговаривает довольно отстраненно и кивает той на прощанье: — Жду вас на следующей неделе, как договаривались.
Едва мы оказываемся в лифте, я не выдерживаю. Хоть улыбаюсь, сама понимаю, что улыбка выходит корявой и злой.
— Я не вовремя, да? Если бы не пришла, встречу с ней не надо было бы переносить?
Несколько секунд Максим молчит, изумленно рассматривая меня, а потом неожиданно начинает хохотать.
— Вер, ты ревнуешь? Серьезно? Поверить не могу! Это же просто смешно.
Мне не только не смешно — плакать хочется. Особенно из-за такой его реакции. Ну и пусть я не права, мог бы отреагировать как-то иначе. Хотя бы не веселиться так откровенно.
— Если бы на меня кто-то так вешался, ты бы тоже смеялся?
— Она не вешалась, — поясняет муж, но улыбка с его лица не сходит. — Просто пришла выразить признательность после операции отца.
— Как мило, — я злюсь еще сильнее. — И часто тебе ТАК выражают признательность? Ты правда думаешь, что это нормально?
Глава 20
Он как-то в один миг становится серьезным. Смотрит на меня, в упор, а потом, не отводя взгляда, протягивает руку к панели и что-то нажимает. Лифт дергается и замирает, не доехав до нужного этажа.
Такое уже было однажды. Давно, еще до свадьбы. Хотя именно благодаря этой выходке свадьба и состоялась. Тогда Макс отрезал нас от всего мира, заперев в лифте. Заявил, что не выпустит, пока я не соглашусь выйти за него. Хотя я и не думала противиться: влюблена была по уши. Жизни своей не представляла без него. Если бы Максим не сделал мне предложение, сама бы сделала ему.
— Макс, ты что творишь?! — я оглядываюсь по сторонам, почему-то испытывая панику. — Ты что сделал?! Сейчас же разблокируй двери!
Он приподнимает бровь.
— Насколько я помню, клаустрофобией ты никогда не страдала. Боишься остаться со мной наедине? Зачем тогда приехала?
— Точно не для того, чтобы торчать с тобой в лифте, — меня злит эта аналогия с нашим прошлым. Тогда все было иначе. Он добивался меня, старался как можно больше времени провести рядом и уж точно не позволил бы просто исчезнуть. Как и не допустил бы, чтобы какая-то другая женщина вешалась ему на шею.
— Вер, ну, может, хватит обид? — он подходит вплотную, сокращая и без того тесное пространство кабины. — Я устал с тобой ругаться. И дико соскучился.
