стенах и местных девчонок с выбеленными волосами, раскрашенных и растатуированных кто во что горазд. Парень, которого она так и продолжала называть про себя Оргом, хотя он представился Ником, дал за нее кому-то по морде. Тут Кристина поняла, что совершенно пьяна, не столько от горячительных напитков, сколько от усталости, и уснула в уголке под непристойные песни.
Утром Ник любезно предложил подбросить гостью до фуникулера. Вчерашний монстр с бронестеклом, гарпунами и огненными буквами ORG по причине наладившейся погоды остался на парковке возле лагеря. Они отправились в путь на другом, более легком мотоцикле.
Фуникулер не работал. И так получилось, что Ник довез Кристину до самого дома, сделав небольшой крюк через мост, которым на самом деле оказалась крыша метротоннеля. Система безопасности отчаянно вопила им вслед.
Возле потрепанного ветром домика Кристина неловко слезла с мотоцикла, сказала «спасибо», почему-то добавила: «Я замужем» и некстати вспомнила, что еще на горе сняла кольцо.
– В следующий раз не экономь, плати за сигнализацию – посоветовал Ник. – Здесь у нас отдыхающие попадаются – лучше бы дома отдыхали. Как привалит толпа с колониальных рудников… Однажды к нам даже полицаев с космопорта перебрасывали.
Дороже планшета у Кристины ничего с собой не было, а планшет в рюкзаке тащил немного подсевший за вчерашний день «Сервал». Не дослушав Ника, она потянула на себя приоткрытую дверь.
– Вот это кавардак! Часто у вас тут такие ураганы? – спросила она, подняла с пола перевернутый стул и прикрыла распахнутые дверцы шкафа.
– Это не ураган. Тебе дверь выломали.
Ник, так и не вошедший в дом, выразительно ковырнул указательным пальцем перекошенную личинку замка.
– Зачем? Что тут брать? – растерянно улыбнулась Кристина.
– Тебе лучше знать.
– Нет-нет, ерунда. Наверное, кто-то испугался штормовой погоды и залез бурю переждать.
– У вас там все такие? – усмехнулся Ник и выразительно поднял глаза к прояснившимся небесам. – Здесь что-то искали. И если ты в самом деле не знаешь что, то на твоем месте я бы удрал отсюда как можно скорее.
– Зачем? То есть… Куда?!
– Да хоть куда. Собирай барахло, плати наличкой, если есть, и не выходи на связь. Со мной тебя шмонать начнут, как только к цивилизации подкатимся. – Кажется, ее неустрашимый моторыцарь смутился. – Понимаешь, у меня с законом отношения сложные. Если кто узнает, что я опять к космопорту сунулся…
– Все в порядке, я сама доберусь. Большое спасибо, Ник.
Кристина подошла к ершистому парню, державшему под мышкой мотоциклетный шлем, встала на цыпочки и поцеловала его в щеку на прощание. Она не поверила Нику, у которого нелады с законом были разве что не написаны на лбу крупными буквами, что надо бежать от таинственных грабителей. Но после всех треволнений и ночи, проведенной среди чужих людей, она внезапно очень захотела домой – в дальний космос. Этот отпуск они планировали с Карлом. Не стоило ей поддаваться на его уговоры и ехать одной. Все пошло наперекосяк с той глупой ссоры…
Теперь Кристина будет думать об этом до самого возвращения. И всякий эпизод плохой погоды, мелкую кражу или чей-то косой взгляд воспринимать как знак судьбы. Ну уж нет! Она торопливо собрала вещи, оставила посреди комнаты прокатное альпинистское снаряжение, надела рюкзак и, прославляя пониженную гравитацию, зашагала к станции.
Поезд с пневматическим свистом нырнул в тоннель.
Сообщение от Бака, из-за которого Кристина пропустила штормовое предупреждение, открывалось дрожащей как желе омерзительно жирной голой задницей. Кристина прикусила губу, вздохнула и посмотрела в окно. Задница сменилась элегантной парой – он во фраке, она – в подвенечном платье. Сердце, пронзенное стрелой, два гламурных до омерзения котика и роза. Пунцово-красная роза, надломленная у самого бутона, на мятом бархате, в тяжелой раме… А где же порно и сиськи? Заболел их аналитик?
Кристина открыла файл. Обычный массив данных с Цепи, все звенья в активе. Похоже, стандартная рассылка для анализа. Бак не дает отдохнуть от себя ни на секунду, всю память планшетника забил! Надо что-то решать, но сначала – добраться до дома.
Она убрала планшет, откинула столик и сунулась на местный сайт продажи билетов. На ТЗС-Гамма-202 ближайший рейс завтра, мест нет. Она посмотрела стыковочные рейсы – ничего. С билетами на ближайшие дни ситуация была аховая – шторм таки распугал клиентов, хоть Ник и говорил, что отдыхают здесь, на окраине галактики, люди не робкого десятка, многим из которых кислород в воздухе уже за счастье.
Кристина, намеревавшаяся сдать обратный билет, поднесла палец к виртуальному окну идентификации в Сети и убрала руку. Лучше улететь через неделю, чем не улететь совсем, если не подвернется ничего служебного или попутного.
«Экспресс-транзит, – выдал поисковик. – Звездолет АСП МНК-17 “Моника”. Фрахт “Овер-Спэйс-тур”. Наличие свободных мест уточняется. Время старта уточняется. Время в пути уточняется. Время прибытия в порт назначения ТЗС-Гамма-202 по расписанию».
– Это как же так? – прошептала Кристина. – Все уточняется, а прибытие по расписанию?
Она посмотрела на цену билета и загрустила. Вспомнила разгромленный домик, неработающий фуникулер, ледяную метель в зеленом мареве локации, парящие снежинки размером с сюрикен и адреналинового Ника с его неладами с законом, недвусмысленными намеками и параноидальной подозрительностью. Нет. Если и возвращаться, то не туда. Гряда Грез – точно не ее место на этой планете.
– Космопорт! Конечная.
Кристина поправила лямку рюкзака и нащупала в кармане удостоверение. Проходя через пассажирские и служебные зоны космопорта, она предъявляла его на пунктах контроля то людям, то сенсорам автоматического досмотра и врала про служебную необходимость почти не запинаясь, пока не вышла к стартовым платформам «Овер-Спэйс-тур», где стояли под погрузкой малые бортовые звездолеты «Моники». Здесь Кристину ждала первая часть отгадки, из чего складывается цена билета на рейс и почему он значится в категории VIP, если это всего лишь транзит в Гамма-радиус через удаленную заправочную станцию.
Наверное, штормовому мотоциклу Ника ночами снилось, что в следующей жизни он родится одним из таких звездолетов – мощным, брутальным, функциональным, с зачехленными элементами внешних подвесов и трансформируемым корпусом. Машины казались слепыми от преданности – прозрачные изнутри многогранники пилотских кабин отливали матовым блеском. Сопла атмосферных стабилизаторов, замерших в нейтральном положении, мерцали защитными пленками силовых полей. Воздух над ними дрожал. Звездолет, который стоял чуть дальше, прятал в закрытых гнездах носовые орудия. Бортовые люки были открыты, в них грузилась разношерстная толпа туристов, которой руководили двое служащих космопорта и черноволосый красавчик в графитово-серой форме с шевронами гражданского космофлота, крупными буквами АСП и штурманским значком. Форма на нем сидела с иголочки. Дамы из туристической группы невольно оборачивались, спотыкались и рисковали свалиться с коротких трапов, поднимавших их к открытым люкам.
– Здрасьте… – сказала Кристина. Абсолютно некстати она
