ты молодец, смогла.
— Вы знаете? — спросила я резко охрипшим голосом. — Знаете, что со мной произошло?
Затяжка, взгляд, пауза. Пауза такая же тягучая и играющая золотом, как шары из Варшавицы. И грудь будто стискивает — не так просто сделать вдох.
— Как же не знать, милая, когда ты ко мне сама пришла за помощью.
Женщина сделала шаг ко мне, потом ещё один. Не в силах отвести взгляд, я смотрела на неё. Она казалась идеальной: каждое движение, каждый локон, дымок от сигареты — и тот идеален. А ещё от неё пахнет фиалками и ванилью. И похожа на статуэтку, так и хочется взять в руки.
В темных глазах ничего нельзя было прочесть.
И я сама не понимала, почему робею и не в состоянии спросить хоть что-то толковое. А стою только, разинув рот, и на этом и заканчиваются все мои достижения.
— Не помнишь… — с едва различимым сожалением сделала она вывод.
Я только отрицательно помотала головой. Женщина сжала губы, но потом вскинула голову.
— Уж не знаю, радоваться или расстраиваться. И всё у нас получилось, и в то же время потребуется много времени, чтобы восстановить потерянное.
— О чем? Пожалуйста, расскажите мне, — взмолилась я. — А то ничего не понятно…
Она уже раскрыла рот, чтобы ответить, но вдруг прислушалась.
— Ты не одна?
— Нет, там мой… сосед, Лешек. И фамильяр.
— Придешь сегодня в девять вечера, — не терпящим возражений тоном сказала она. — А пока…
Женщина быстро подошла к одной из витрин, достала несколько флакончиков и отдала мне.
— Бери, прекрасные ароматы. Всё остальное — потом. И помни, никто не должен знать, что ты придешь ко мне.
Рукав пиджака соскользнул ниже, и я увидела изящный золотой браслет, на котором было выгравировано «Мария Валевская».
— Иди, Алина, я буду ждать.
Темные глаза сверкнули, неведомая сила развернула меня к выходу. Ноги сами пошли, попытка обернуться не удалась. Но даже покидая магазинчик, я чувствовала взгляд странной женщины.
После шаров с медовым золотом солнечные лучи показались нереально яркими. Я даже зажмурилась. Да уж, вот тебе и зашла. Загадок стало только больше.
Меня невозмутимо подхватили под локоть и увели к машине.
— Ты сама на себя не похожа, — мрачно заметил Лешек, переведя взгляд с моего лица на флакончики духов. — Что произошло?
— Очумела в царстве ароматов, — неуклюже отшутилась я.
Зелёные глаза чуть прищурились. Не верит. Ладно, пойдем другим способом. О!
— Лешек, а тебе рыжие нравятся?
— Рыжие? — оторопел он, явно не ожидав такого поворота. — Ну… да. А что?
Глава 4. Первый жених… пошёл!
Конечно, можно было придумать что-то попроще, чтобы переключить внимание Лешека с моего посещения магазинчика, но «умная мысля приходит опосля».
Поэтому ничего не оставалось, как невозмутимо отдаться в руки мастериц и велеть выкрасить себя в огненно-рыжий цвет. С одной стороны, это прежний цвет моих волос, с которым привычно и хорошо, с другой… Вислава хлопнется в обморок от неожиданности. И это замечательно!
На все ушло часа два, при этом парикмахерша оказалась премилой девочкой и всё щебетала, что использовала и лучшие отвары для ополаскивания, и закрепляющее цвет зелье.
— Продержится год, а то и дольше, вот увидите. Я закончила курсы в Краковаре. А ещё вам с собой заверну бутылочки с бальзамом. Мы его сами варим для наших клиентов.
С собой, так с собой. Уже не первое заведение, откуда я выйду с полными руками.
В этот раз расплатившись самостоятельно, я вышла уже куда бодрее, чем от пани Валевской.
Так, где там припарковался мой замечательный сосед?
В голову вдруг закралась совершенно неразумная и непрактичная мысль. А что если всё же позвать его как-то на чай? Ну там… чисто по-соседски, ничего такого.
«Алина, думай о насущном, — тут же возмутился внутренний голос. — Ты в полной, кхм, пятой точке, а думаешь о симпатичном мужчине!»
М-да, что есть, то есть.
В этот момент я увидела, что черный кабриолет стоит недалеко от парикмахерской, просто надо немножко пройти.
Лешек листал свой ежедневник и что-то говорил парящему рядом Бецику. Кстати… это же чудовище летучее должно днем спать. По логике. Правда… он всё же не совсем натуральная летучая мышь. Может, фамильярам положить на время суток? Надо разобраться.
Машина была развернута к парикмахерской так, что они меня не видели. Поэтому, тихо приблизившись, я услышала обрывок фразы:
— Пока она не видела, я всё-таки взял эти кружевные чулочки! Ты не представляешь, сколько труда…
Лешек усмехнулся и встретился со мной взглядом. Зелёные глаза ошарашенно округлились. Ему уже было всё равно, что болтал Бецик. И что рядом проезжает ещё кто-то. Всё внимание перенеслось на меня.
— Алина? — хрипло сказал он.
— Где? — подпрыгнул Бецик. Потом обернулся и заорал: — А-а-а-а!
— А вы ценители женской красоты, мальчики, — фыркнула я, снова занимая своё место. — А чулочки будешь сам носить, понял?
Бецик сглотнул и тут же спрятался под сиденьем. Видимо, решил, что так безопаснее. Лешека это не смутило, но он рассматривал меня так, словно впервые увидел.
Я повернула к нему голову.
— И? — спросила с намеком.
Нет, безобразие какое-то. На работе вечно мужская часть коллектива приходила в восторг от моей пламенной шевелюры, а тут… Прямо обидно.
— Тебе идет, — сказал он совершенно серьёзно. А ещё посмотрел так, что сердце почему-то пропустило удар.
— Спасибо, — буркнула я.
Со стороны казалось, что недовольно, но на самом деле немного смущённо. Потому что комплименты так не делают. И не смотрят так, будто вдруг разглядели что-то безумно важное.
Лешек чуть нахмурился, но больше ничего не говорил. Домой мы доехали в молчании. Даже неугомонный фамильяр мудро помалкивал.
И только когда вышли, Лешек всё же забрал все мои пакеты, не дав утащить награбленное, тьфу, накупленное самостоятельно.
Уже стоя возле двери, я брякнула совершенную глупость:
— Зайдешь?
Во-первых, он и без этого собирался зайти, чтобы занести вещи. Во-вторых, как-то и не особо и смущался. С прежней Алиной явно был если не в близких отношениях, то в крепких дружеских, потому и спокойно входил в дом. Без лишних приглашений.
Тем не менее, подкалывать или говорить что-то ехидное не стал. Просто кивнул.
Мне стало неловко. Спешно распахнув дверь, я вошла в коридор. Тьма тут же рассеялась светом. Я моргнула, не поняв откуда он, ведь я ещё не успела ничего включить. Повертела головой и заметила, как в зеркале отразилась… свеча. Так-так, а это ещё что?
Из гостиной вдруг донесся взрыв хохота. Так, Вислава ржет аки лошадь. И сестрички, судя по всему, ей
