Чтобы провести эту работу, важно было иметь хотя бы одного надежного агента, связанного с немцами, пользующегося их доверием.
На кого могло быть возложено такое исключительно ответственное задание?
Офицер, к которому обратился агент С25 по возвращении из Испании, вспомнил о синьоре Мигуэле де Паленсия и составил следующий план: дать возможность германскому принцу бежать из тюрьмы и вернуться на родину с помощью агента С25, чтобы таким образом ввести в главную квартиру противника этого опасного осведомителя.
Для удачного проведения задуманного предприятия, о нем никто не должен был знать. Вот чем объясняется тот факт, что, несмотря на исключительный интерес к этому делу, оно до самого последнего момента сохранилось в полной тайне.
Когда два дня спустя С25 явился к своему начальнику, он был встречен следующими поразившими его словами:
— Вы поможете убежать немецкому принцу, чем заслужите его благодарность и доверие; затем вы вместе с ним вернетесь в Германию, и в будущем должны будете служить у него.
Побег принца
С25 без промедления принялся за выполнение своей задачи. Он отправился в тюрьму, где содержался принц. Чтобы избежать излишних свидетелей и не вызвать подозрения, ему было предложено организовать побег своими собственными средствами.
В точности неизвестны те способы, посредством которых ложному Отто Циммерману удалось выбраться на свободу.
Обоих действующих лиц, принимавших участие в этом побеге, уже нет в живых. С другой стороны, те немногие лица, которые были посвящены в эту тайну, считают, что они не вправе открыть ее для удовлетворения любопытства публики.
Известно только, что С25 проник в камеру принца. Там он увидел блондина среднего роста, находившегося в крайне подавленном состоянии. Убедившись, что никто не подслушивает их, С25 наклонился к заключенному и шепнул ему на ухо:
— Я нахожусь здесь по приказанию генерала Шульца, чтобы освободить вас. Доверьтесь мне, ваше освобождение близко. Завтра в четыре часа утра будьте готовы. Я буду здесь.
Он передал принцу напильник, чтобы перепилить решетку, и веревку с узлами, чтобы спуститься со стены.
В назначенный час автомобиль с потушенными огнями остановился у самой тюрьмы. Через несколько мгновений принц уже сидел в машине вместе со своим освободителем.
Часовой, услышав шум отъезжающего автомобиля, обратил на него внимание, но, не заметив ничего подозрительного, позволил ему удалиться. Тревога поднялась только на заре, но в это время беглецы находились уже далеко.
В то время как принц отдыхал в скромном отеле, С25, не теряя ни минуты, протелеграфировал в Сан-Себастьян:
Погрузка выполнена. Доставка вскоре.
Мигуэль.
Немецкий принц и С25 добрались до границы. Им удалось пробраться в Испанию благодаря второму паспорту, предусмотрительно захваченному из Испании синьором Мигуэлем, в котором принц фигурировал в качестве его личного секретаря.
С25 поспешил сообщить по телефону генералу Шульцу об успешном завершении плана и о предстоящем приезде в Сан-Себастьян.
Генерал, окруженный своим штабом, вышел навстречу именитому путешественнику. Когда автомобиль принца показался на повороте дороги, все офицеры встали во фронт.
— Вы меня освободили, генерал, — сказал принц, — я этого никогда не забуду. Что же касается того человека, благодаря которому я нахожусь здесь, — добавил он, указывая на С25, — то я до самой смерти буду считать себя обязанным ему. Чтобы доказать ему мою глубокую благодарность, я хочу, чтобы с этого времени он постоянно находился при мне.
— Но ведь ваше высочество обязаны немедленно вернуться в Германию, — возразил генерал, — я только что получил приказ самого императора.
— Сообщите его величеству, что я подчиняюсь его воле, но хочу взять с собой моего спасителя, которого я уже считаю своим другом.
С25 сделал вид, что он очень удивлен:
— Вернуться в Германию, блокированную со всех сторон, но разве это возможно?
— Нет ничего легче, — ответил Шульц, — его величество кайзер тотчас по получении радостного известия об освобождении его высочества решил послать за ним корабль, чтобы дать ему возможность вернуться в ставку.
— Я нахожусь в распоряжении принца и готов за ним следовать, но признаюсь, это морское путешествие меня несколько волнует. Корабль наверняка будет взорван или попадет в плен к союзникам, которые господствуют в океанах.
— Меня удивляет ваша наивность, — прервал его довольно сухо генерал. — Его высочество отправится на одном из наших новых подводных крейсеров дальнего плавания, вышедшем со своей базы в Киле. Находясь на борту этого корабля, можно быть совершенно спокойным. Все сторожевые суда противников ничего не могут сделать против подводного флота, созданного адмиралом фон Тирпицем. Скоро вы сами убедитесь, что наш флот принудит наших врагов к капитуляции. Только в течение этой недели тридцать английских пароходов и три транспорта американских войск были отправлены нами в царство Нептуна.
В ожидании подводной лодки «Штаб пяти» провел несколько лихорадочных дней. Крафенберг дежурил все ночи на берегу маленькой пустынной бухты, где должна была пристать лодка. В лачужку рыбаков перенесли запас бензина и продовольствия. Сюда уже много раз заходили подводные лодки для пополнения съестных припасов и горючего.
Наконец, после пяти бессонных ночей ожидания, около полуночи, к назначенному месту пристала маленькая шлюпка. В ней находился сам капитан подводной лодки. Он извинился за опоздание, объяснив, что подводная лодка была обнаружена и подверглась преследованию целой флотилии английских миноносцев.
Чтобы избежать преследования, пришлось опуститься на дно и выжидать два дня в глубине моря.
— Впрочем, мое опоздание, — добавил он, — вызнано тем, что последний месяц нам по высшему приказанию запрещено входить в Па-де-Кале. Чтобы перейти из Северного моря в Атлантический океан, нам теперь приходится огибать Шотландию. Этот новый окружной путь нам приходится делать вследствие новых средств защиты, применяемых союзниками.
Путем каких усовершенствований нашим врагам удалось закрыть нам доступ на Па-де-Кале? Вам, вероятно, это неизвестно… Так знайте же, что эти проклятые англичане насадили в канале плавучие острова, которые являются западнями для подводных лодок[6]. Однако, я на своем корабле сумею благополучно доставить принца, несмотря на все ухищрения наших врагов.
Командир передал принцу собственноручное письмо Вильгельма и добавил, что он польщен той высокой честью, которая ему оказана выбором его для выполнения столь ответственного поручения.
— Ваше высочество, — сказал он, — прошу вас занять мою каюту; я надеюсь, что вам не будет слишком неудобно на борту моего корабля.
— Но где же ваше судно? — спросил генерал.
— Оно находится в двухстах метрах отсюда, в открытом море, в тумане. Я считаю, что было бы более благоразумно, если бы его высочество немедленно переехали на корабль, так как я опасаюсь преследования в испанских водах и хотел бы до рассвета выйти в открытое море.
— Его высочество готов к отъезду, — объявил генерал Шульц, — но я вас предупреждаю, что его высочество берет с собой одного пассажира.
— Это совершенно невозможно, — возразил капитан, — на борту имеется только одно свободное место, и я подучил приказ захватить только принца.
— Да, но его высочество желает вернуться в Германию со своим, новым секретарем, одним иностранцем, который…
— Иностранцем? Простите, что я перебил вас. Ни одному иностранцу не разрешено бывать на борту германской подводной лодки. По этому поводу имеется категорический приказ, и я не могу его нарушить.
Смущенный генерал начал уже довольно резко разговаривать с командиром подводной лодки, когда принц приблизился к последнему и сурово сказал:
— Вы послушаетесь, сударь, так как таково мое желание.
Командир побледнел. Педант до мозга костей, он попросил принца дать ему письменное предписание.
Когда эта официальность была выполнена, все трое сели в шлюпку, и она отчалила от берега.
Скоро С25 заметил выступающую из воды надводную часть большой подводной лодки. С обеих сторон пушки, расположенной на корме подводной лодки, были черной краской нарисованы два огромных креста; они доказывали, что судно уже одержало ряд побед и хорошо послужило своему отечеству.
На борту неприятельской подводной лодки
Когда шлюпка причалила, обоих пассажиров подняли на борт.
В то время как командир торжественно встречал принца, С25 был отведен в каюту величиной со стенной шкаф.
Этот закоулок помещался рядом с носовым торпедным аппаратом, и в нем буквально можно было задохнуться. Наш путешественник жил там в течение всего переезда.
