Читаем без скачивания Левиафан - Валерий Ковалев

   Дав необходимые распоряжения механику об устранении имеющихся повреждений, и убедившись, что тот все понял, Морев приказал заместителю и старпому захватить с собой оружие и обойти боевые посты.

   - Может не стоит? - засомневался Сокуров. - Получается, мы как бы не доверяем команде.

   - Наоборот, - сжал челюсти Морев. - Это приведет многих в себя.

   - И я так считаю, - согласился с ним Круглов, отпирая оружейный сейф и извлекая оттуда две флотские кобуры с "макаровыми".

   Когда проверив оружие, офицеры исчезли в люке, Морев нажал переключатель "каштана" и поднес ко рту микрофон.

   - Говорит командир, - разнеслось по отсекам. - По приказу Верховного главнокомандующего мы нанесли ракетный удар по Соединенным Штатам Америки и следуем в базу. За качественное выполнение боевой задачи, экипажу объявляю благодарность.

   - Есть первый, есть второй, есть третий..., - поочередно замигали световые сигналы на пульте.

   Через полчаса вернулись заместитель со старпомом и сообщили, что боевые посты проверены, личный состав в порядке.

   - Добро, - кивнул головой Морев. - Михаил Иванович, - обратился он к делающему записи в вахтенном журнале помощнику, - объявите отбой боевой тревоги. Команде обедать. Всем двойная порция вина.

   После этого, захватив ПДУ, Морев спустился вниз и отправился в свою каюту. Там, плотно прикрыв за собой дверь и щелкнув замком, он включил настольную лампу, обессилено присел на диван и бездумно уставился в пространство. Затем, тяжело вздохнув, извлек из небольшого, встроенного в переборку холодильника запотевшую бутылку "Каспия" и, отвернув пробку, плеснул янтарной жидкости во взятый с полки стакан. Выпив коньяк и поставив бутылку на место, Морев взглянул на часы.

   - А ведь они отсчитывают новое время, - промелькнуло в голове. И есть ли в нем его жена, дочь и родители? Ростов - на - Дону крупнейший индустриальный центр юга России и по планам НАТО подлежит уничтожению в первую очередь. Это Морев знал наверняка, что еще больше усиливало его душевную боль и тревогу.

   Взяв с книжной полки оправленную в рамку фотографию жены с дочерью, где они были сняты прошлым летом на живописном берегу Дона, веселыми и беззаботными, Морев долго смотрел на нее затуманенным взглядом, а потом осторожно вернул обратно.

   - А сколько таких женщин и детей я убил несколько часов назад? - неожиданно подумал он и вздрогнул от этой мысли. Проклятая служба, - заскрипел он зубами и до боли сжал кулаки. Затем подошел к умывальнику, открыл кран и сунул голову под холодную струю. Стало чуть легче.

   В кают-компании он появился как всегда, в свежей кремовой рубашке с сияющими золотом погонами, свежий и невозмутимый. К этому обязывал статус командира. Обед шел в полном молчании и разительно напоминал поминки. Офицеры выглядели мрачно, подавлено и при взгляде на командира отводили глаза. Морев отлично понимал, что каждый из этих, немало повидавших и далеких от сантиментов людей, испытывают те же чувства, что и он.

   Отказавшись от вина, Морев через силу проглотил обед и попросил сидящего рядом заместителя, вяло ковыряющего вилкой шницель, собрать в кают-компании после обеда, всех командиров боевых частей и начальников служб.

   - Хорошо, - с непроницаемым лицом ответил тот. - С людьми обязательно нужно поговорить. Только что мы им скажем?

   - Я найду что, - нахмурился Морев и, встав из-за стола, направился в центральный пост.

   Через час в кают-компании собрались все приглашенные. Они расселись по своим местам и в ожидании командира тихо обменивались короткими фразами.

   - Товарищи офицеры!, - скомандовал при появлении Морева, сопровождаемого заместителем старпом, и все встали.

   - Садитесь, - махнул тот рукой и занял свое место.

   С минуту Морев неподвижно сидел в кресле, собираясь с мыслями, а затем встал и обвел всех взглядом.

   - Я собрал вас для того, - сказал он тихо, но внушительно, - чтобы напомнить, профессию военного каждый из нас избрал сознательно и добровольно. И то, что произошло сегодня, является ее закономерным проявлением. А поэтому прошу и дальше исполнять свой долг, как того требует присяга и отбросить прочь любые сомнения в правомерности наших действий. Я уверен, эту войну начали не мы.

   Второе - судьба наших родных и близких. Все вы офицеры-атомщики и отлично представляете то, что происходит на суше. А значит, как бы тяжело не было, всяческие переживания и эмоции на этот счет отставить. На вас смотрят подчиненные.

   Теперь третье, и главное - психологическое состояние вашего личного состава. Прошу доложить по боевым частям и службам. Вы первый, Геннадий Алексеевич, - кивнул Морев штурману.

   - С моими штурманскими электриками и боцманами все в порядке, - встал со своего места Гальцев. - Настроение конечно не на высоте, но вахту несут исправно.

   Аналогично высказались и другие, за исключением командира дивизиона живучести. После ракетного залпа с одним из его подчиненных случилась истерика, и он находился в санчасти.

   - Очень уж этот Иевлев впечатлительный, - сокрушенно вздохнул пожилой капитан 3 ранга.- И есть отчего - раньше был журналистом.

   - Сергей Васильевич, - нашел Морев глазами начальника медслужбы, - что с парнем?

   - Ничего страшного, товарищ командир, - ответил тот, - последствия стресса. Дал ему успокоительное, сейчас спит. Кстати, примерно такое же случилось и с особистом. Тому пришлось сделать инъекцию промидола.

   Только сейчас Морев заметил, что Березина нет среди офицеров, что, впрочем, было ему абсолютно безразлично.

   - А можете ли вы что-либо предпринять, чтобы исключить такие случаи? - поинтересовался у врача заместитель.

   - От стресса, да еще в таких условиях, никто гарантирован, - подумав, ответил Алубин. - Но с сегодняшнего дня я увеличу дозу брома в котловом довольствии личного состава. Он успокаивает. И еще бы я попросил вас, Михаил Иванович, - обратился он к помощнику, обязать всех свободных от вахт, ежесуточно посещать бассейн или сауну. Водные процедуры очень полезны для психики.

   - Михаил Иванович, - займись этим вплотную, одобрил предложение доктора Морев. После этого он поинтересовался у начхима состоянием радиационной безопасности на корабле.

   - Радиоактивный фон в пределах нормы, пробы воздуха и воды опасений не вызывают, - без колебаний ответил тот. Кроме того, я приказал усилить дозиметрический контроль в отсеках.

   - Принимается, - кивнул головой Морев. - С сегодняшнего дня, вместе со старпомом, организуйте тренировки личного состава по защите от оружия массового поражения, а заодно проведите ревизию всех имеющихся на корабле индивидуальных средств химзащиты. Кстати, Иван Артемович, я уж и не припомню, когда это делалось в последний раз.

   - Слушаюсь, - потупился капитан-лейтенант и сел на свое место.

   - Надеюсь, все понятно? - обвел Морев взглядом присутствующих. - В таком случае, все свободны. Прошу приступить к своим обязанностям.

   Как только он появился в центральном, стоявший на вахте Пыльников встревожено сообщил, что ему пришлось уменьшить глубину хода, вследствие резкого повышения рельефа дна.

   - Какое еще изменение? - уставился на него Морев. - По лоции, в этом районе она больше пяти километров.

   - Именно так, - согласился Пыльников. - Я специально уточнил у штурманов. Но гидроакустики выдают совсем иное - четыреста метров.

   В прошлом Морев сам был штурманом и не раз сталкивался с подобными явлениями. В океане непрерывно происходили глубинные процессы, вызывающие подвижку земной коры и рельеф дна менялась. Но его озадачила слишком уж большая разница. Отклонение в несколько километров, было чем-то новым. После этого в центральный незамедлительно были вызваны начальник РТС со штурманом, каждый из которых стал доказывать свою правоту. Выслушав их, Морев принял сторону акустиков - в данном случае он больше полагался на технику.

   В полночь, удалившись от места атаки на значительное расстояние, подвсплыли на очередной сеанс связи. Поднявшись в сырой полумрак боевой рубки, Морев с внутренним трепетом поднял перископ, ожидая увидеть что-нибудь вроде начала "ядерной зимы" и ошибся. В темном куполе небе, как всегда, блестели мириады звезд, а до горизонта расстилалась фосфоресцирующая от многочисленного планктона, ультрамариновая синь океана.

   Облегченно вздохнув, он стал привычно осматривать горизонт и в это время в рубку поступил доклад об обнаружении станцией РЛС неизвестного объекта. Получив его координаты, Морев довернул перископ вправо и едва не вскрикнул от удивления. На расстоянии нескольких миль, параллельно их курсу шло парусное судно.

   - Что за черт, откуда оно здесь? - пробормотал Морев, вплотную прильнув к пористой резине визира. В нем четко просматривался неизвестный корабль, призраком скользящий по волнам. На палубе, под светлой громадой парусов и высоком мостике на корме, виднелись четкие силуэты людей.