– Ты знаешь, я думаю, с ним нужно серьезно поговорить. И вероятно, он, когда получит наследство, согласится поделиться с сестрами. Ну в конце концов, не такой уж Леонтий и крохобор.
– Поделиться? Ага, кинет нам какую-нибудь тыщонку, как нищенкам, и сделает ручкой. Ты видела рожу Алиски, когда она узнала про завещание? Светилась, как новогодняя елка! Она меня ненавидит и все уши Леонтию прожужжит, только бы он не делился с нами богатством старой маразматички.
Лиана зевнула.
– Другого выхода я не вижу. А касательно твоей беременности… Тут ты погорячилась, сестра. Даже если тебе и подфартит, время упущено. Алиска должна родить в августе, при любом раскладе она тебя опередит.
Полина саданула кулаком по подушке.
– Почему всегда везет дуракам? Ну, скажи…
– Не знаю, я хочу спать.
А еще через неделю Лиана проснулась от хихиканья Полины.
– Господи, Полька, ты прям как собака на сене. Сама не спишь, так, значит, можно ржать во весь голос, наплевав на сон сестры?
– Извини, не сдержалась. Я думала.
– О чем?
– Все о том же. И знаешь… – Поля лукаво улыбнулась. – А ведь я могу испортить братцу всю малину.
– Как?
– Ха! Ты даже не представляешь, Лианка, на что я способна ради больших денег.
– Смотри, не лишись рассудка, а то закончишь жизнь в клинике для душевнобольных.
– Моя милая глупая сестренка, я подумаю над твоими словами. – Расхохотавшись, Поля вышла из комнаты.
Лиана пожала плечами и, повернувшись на другой бок, заснула…
В мае, за неделю до своего двадцать четвертого дня рождения, Полина сказала следующее:
– Мне надоело каждый год сидеть дома и есть салат оливье. Теперь, когда с легкой руки тетушки Веры мы получаем ежемесячное пособие, могу закатить грандиозную вечеринку. Мой день рождения будем отмечать в пансионате. Я уже обо всем договорилась, забронировала нам номера, и вам остается лишь купить мне подарки.
Алиса, полноватая брюнеточка с миловидным личиком, радостно закивала.
– Полинка, здорово. А что за пансионат?
– Классное местечко, тебе понравится. Едем в пятницу, гудим все выходные.
– Народу много будет? – спросила Антонина Алексеевна.
– Нет, только наше семейство и Кира.
– Ты пригласила Кирку одну, без Валерки?
– Валерка в командировке, поэтому моя лучшая подружка будет веселиться без супруга.
Через неделю в пансионате Полина была королевой бала. Девушка много смеялась, шутила, а под конец вечера, подняв вверх руку, призвала всех к полной тишине.
Взяв бокал шампанского, Поля встала из-за стола и, приблизившись к брату, слегка заплетающимся языком сказала:
– А теперь давайте выпьем за нашего дорогого мистера миллионера. В скором времени Леонтий превратится в Рокфеллера.
– Полина, не надо… – Антонина Алексеевна напряглась и попыталась остановить дочь.
– Успокойся, мамуля. Имею я право поздравить братца со свалившимся на его голову богатством? Жаль, что Алиска не смогла сегодня приехать. Как это, наверное, прекрасно – быть беременной. В предвкушении большого куша она трясется над своим неродившимся ребенком с маниакальной одержимостью.
– Алиса плохо себя чувствует, и ты это прекрасно знаешь, – поморщился Леонтий.
– Конечно, конечно, она теперь как настоящая клуша! Стоит почувствовать легкое недомогание, сразу вызывает «Скорую помощь». Еще бы, кому охота лишиться денег старой грымзы, черт бы ее побрал.
– Сбавь обороты, – прогудел Виноградов.
– А почему я должна их сбавлять? Сегодня мой день, что хочу, то и говорю.
– Тогда я уезжаю.
– Нет, нет, братик, останься, у меня для всех вас есть сюрприз.
Кира Большова, кареглазая шатенка, переглянулась с бледной Лианой.
– С Полькой все в порядке? Она себя странно ведет.
Вместо ответа Лиана встала.
– Полина, ты перебрала, давай я помогу тебе подняться в номер…
– Ах, посмотрите, кто заговорил – моя рассудительная сестричка! Ты же у нас само благоразумие… Ну-ну, и что ты нам скажешь?
– Поля!
– Отвали от меня. Сядь на место и слушай.
Пощечина от Лианы застала Полину врасплох.
– Ты меня ударила? Ты?
– Другого выхода не было. Веди себя достойно.
Полина облизала кровоточащую губу.
– Ну что ж, тогда объявляю вечер закрытым. Расходитесь по номерам, завтра вас ждет продолжение банкета.
Лиана подошла к матери.
– Мам, прости, не знаю, что на меня нашло.
Антонина погладила дочь по голове.
– Ты правильно сделала, Полька не ведает, что творит. И вообще, дочка, у меня нехорошее предчувствие.
– Я сама как на иголках.
Лиана поднялась на второй этаж, а мать подошла к Леонтию.
Ночью Антонина Алексеевна вскочила от пронзительного визга, доносившегося из коридора. Выбежав из номера, она увидела перепуганную до смерти Лиану.
– Что случилось?
– Мама, мамочка, там Полина…
Дверь в номер Полины была открыта. Антонина забежала внутрь, и… душераздирающий крик пронесся по пансионату.
Поля лежала на кровати, на животе девушки виднелись ножевые раны, из которых на белоснежную простыню стекала кровь.
Антонина Алексеевна сделала шаг вперед… Ноги несчастной матери ослабли, в глазах потемнело – женщина лишилась чувств.
В себя Виноградова пришла, когда номер заполнился людьми. Началась паника, суматоха. Милиция, врачи, шум-гам – все смешалось воедино…
Но это еще не конец истории. Под кроватью сотрудники правоохранительных органов обнаружили зажигалку.
Не понимая, как его вещица оказалась в номере Полины, Леонтий протянул руку и…
– Зажигалка принадлежит вам?
– Д-да.
– Вы были ночью у сестры?
– Нет.
Дальше – больше: обнаружили, что капли крови ведут в номер Леонтия. И колесо страшных событий закрутилось с бешеной силой. В шкафу Виноградова нашли окровавленные перчатки и нож.
Судебный процесс завершился спустя три месяца после похорон Полины. Леонтия приговорили к десяти годам лишения свободы.
Антонина Алексеевна не смогла пережить трагедии…
ГЛАВА 5
Лиана попросила у Катки разрешения закурить.
– Не могу больше сдерживаться.
– Кури.
На несколько минут в «Фиате» повисла тяжелая пауза.
– Теперь вы понимаете мое состояние? – вопрошала Виноградова.
– Теперь понимаю.
– Леонтий отсидел семь лет, несколько месяцев назад его досрочно освободили. Провести в тюрьме семь долгих лет за преступление, которого не совершал, – ужасно. Его подставили! Да-да, кто-то очень хитрый и коварный подставил моего брата!
– А перчатки, нож, зажигалка?
– Их подбросили.
– Откуда ты знаешь?
– Мне сказал Леонтий. И я ему верю. Я свято верю каждому слову брата. Хоть на части меня режьте, а он не убивал Полину!
– Ты не задумывалась, откуда Алла Денисовна могла узнать об этой истории?
– Я и сейчас думаю, но в голове пусто.
– Ситуация действительно странная.
– Более чем.
– Лиана, если я правильно поняла, состояние Веры досталось Леонтию?
– А вот и нет.
– Но его жена, Алиса… Она же ждала ребенка…
Виноградова выбросила окурок в окно.
– Ждала, но не дождалась.
– В смысле?
– У нее случился выкидыш.
– От пережитого стресса?
Лиана заерзала на сиденье.
– Вообще-то нет.
– Не понимаю.
– Алиска упала с лестницы. Но я не хочу об этом говорить.
– Подожди, подожди! Как упала?
– Молча. Вышла из квартиры вынести мусор, стала спускаться к мусоропроводу и упала.
– Ты что-то недоговариваешь, я по глазам вижу.
Виноградова тряхнула головой.
– Алиса утверждала, что ее кто-то толкнул в спину.
– Та-а-ак…
– Миллионы Веры Маккларен так и остались бесхозными.
Копейкина теребила брелок.
– С какого же бока здесь замешана Савушкина? Слушай, а ты говорила с братом? Ты ему сказала о звонке Аллы?
– Нет.
– Зря, он мог ее знать.
– С какой стати?
Катка накручивала на палец прядь волос.
– Так, так, так… В деле появилось много новой информации. Я бы даже сказала: ее слишком много. Мне необходимо подумать. Твою сестру убили, и если Леонтий невиновен, значит, убийца до сих пор бродит на свободе. А смерть Аллы Денисовны? Ведь ее тоже убили!
– Хотите сказать, она умерла, потому что знала настоящего убийцу Полины?
– Вполне возможно.
– Но тогда мне непонятно, как убийца узнал, что Савушкина в курсе.
– Хм, я тоже не знаю. Пока. Но выясню, обязательно распутаю клубок! Не сомневайся. Мне может потребоваться твоя помощь, оставь свои координаты.
Лиана продиктовала номер сотового.
– А домашний?
Виноградова замялась.
– Ну… вообще-то я сейчас живу не дома.
– Как так?
– С сегодняшнего дня я обосновалась у крестной.
– Почему?
Лиана занервничала.
– Какая вам разница? Обосновалась – и все.
– Но телефон дать можешь?
– Ладно, пишите…
Поколебавшись, Катка попросила:
– Еще ты должна дать мне адреса всех тех, кто семь лет назад присутствовал на праздновании дня рождения Полины.
