"За рулём" (подписку на работе тянули по жребию, счастливчик в нагрузку должен был еще выписать "Правду" или "Ленинградскую правду"). Поиск деталей к машинам был одним из увлекательнейших видов досуга автолюбителей (знающие люди говорили, что выгоднее всего покупать "Волгу", потому что детали для неё можно найти в любом таксопарке).
_____
Маленький штрих: в советское время, если водитель выходил из автомобиля, то обязательно забирал с собой щётки стеклоочистителя и приёмник / автомагнитолу.
_____
Парадоксально, но факт: из-за существующего дефицита старые автомобили не только не дешевели, но и год от года дорожали. Партия торжественно провозгласила: "Экономика должна быть экономной", поэтому вещи не выбрасывались на помойку, как сейчас – их до бесконечности ремонтировали. Для мелкого ремонта своей машины клиент, например, приезжал на Конюшенную площадь, заранее договорившись со знакомым автослесарем. В обеденный перерыв работяги выходили к машинам и успевали что-то починить прямо здесь.
У моих родственников случилась какая-то беда с их "Жигулями". И зная теперешнее моё место работы, они попросили помочь. В обеденный перерыв, мы с Клёном вышли на площадь – оказалось, хозяин машины пытался снять колесо, но сорвал головку одного из крепящих болтов, и теперь в техобслуживании снимать это колесо отказывались.
Клён присел у колеса, посмотрел, потрогал застрявший, срезанный заподлицо, обломок болта. Для меня было загадкой, как же он будет решать эту задачу (ну, не высверливать же несчастный обломок?!).
Мне Клён приказал смочить какую-нибудь тряпку керосином и приложить её к остатку болта: "Пусть покиснет". А сам взял, кажется, старое свёрлышко, остро, как шило, заточил его на круге, взял молоток и пошёл к машине.
Потом, стоя на коленях перед колесом и упираясь остриём самопального кернышка сбоку в край обломившегося болта, Клён стал осторожно бить молотком по этому кернышку, через небольшие промежутки обходя подобным образом обломок по кругу. И, о чудо! обломок сдвинулся и под ударами молотка стал потихоньку, миллиметр за миллиметром, поворачиваться. Через несколько минут обломок болта был вывернут.
– И это всё?.. – разочарованно спросил мой хорошо обеспеченный родственник. – Сколько я Вам должен?
– Ничего, – не моргнув глазом отвечал Клён.
– Ну, тогда большое спасибо.
Родственник сел и уехал, а меня окатила волна "испанского стыда", я долго извинялся перед Клёном. Потом сбегал в магазин, купил бутылку вина, и это был единственный случай, когда я угощал Клёна.
20. Место позитива
Удивительно, но в этой "неволе" на Конюшне я впервые почувствовал себя свободным человеком, равным другим! В рабочей среде перестаёшь быть человеком второго сорта; здесь нет интриг за твоей спиной, здесь до предела простая, понятная жизнь.
Конечно, меня ни на минуту не отпускала боль от совершённой глупости (от преступления, если кому-то так больше нравится), от удара, нанесённого мною близким людям, осознание, что никогда я уже не буду работать в привычной мне среде какого-нибудь "почтового ящика".
Однако уныние постоянно вытеснялось смехом, я в жизни так много не смеялся, как на Конюшне.
К нам в электроцех стремился забежать каждый, чтобы зарядиться оптимизмом, рассказать или услышать анекдот, похохотать, а если повезет, то и налететь на стакан.
Вот я возвращаюсь с машины, в цехе дым столбом: народ толпится, разливают, закусывают фирменными солёными хлебцами. Клён правит бал, его только и слышно:
– Как скорость больше 60, руль начинает перегреваться. И токи Фуко по кабине бегают, аж глаза ест. А откроешь окно – холодно. Откуда они берутся, чёрт его знает: может, из генератора, а может, из трамблёра. (Это классика репертуара Клёна)
Потом Серёга не выдерживает и начинает первым ржать, повторяя: "Ага, токи Фуко! Токи Фуко!..".
Потом ко мне (показывая на стакан):
– Михалыч, будешь? Тяни!
Я отнекиваюсь.
Клён (традиционно с глубоким недопониманием и обидой):
– Ты что – заболел? (бутылка зависает в вытянутой руке).
Неожиданно на пороге появляется водитель.
Одет он экстравагантно, как одеваются многие водители, приезжающие на ремонт: тельняшка, поверх неё бывший когда-то белым халат. (Особой популярностью у водителей пользуется женская одежда: халатики с рукавами по локоть, старые пальтецо, шляпки – всё это с прорехами, промасленное)
Водителя первым встречает зашедший к нам Дима – новый клёпала, его приняли на место Серёги, который освободился.
Дима бывший таксист, у него детские румяные щеки, сам он высокий, округлый, брюки на широких импортных подтяжках, чем-то напоминает Карлсона. Дима – мастер розыгрышей и прихватов, включается сразу же, радостно приветствуя вошедшего:
– А-а, вот и мой знакомый! Ну, ты меня узнаёшь?
Водитель оглядывается на Диму и робеет:
– Н-нет.
Дима глядит на водителя своими веселыми, нагловатыми глазами:
– Да ты что? Посмотри, как следует!
Тут Дима врубает скорость – начинает энергично тараторить, обрушив на ошалевшего водителя поток вопросов:
– Ну, ты где работаешь? Нет, конкретно? Ты понимаешь, о чём я спрашиваю? Вот, положим, он или я – мы работаем здесь, а ты? Так, значит на работу ты ездишь на "тройке", правильно? Хорошо! Что у тебя не работает? Подфарник? Левый или правый? Та-ак. А фара? Значит, фара нормально? Так или не так? Нет, ты говори прямо, во избежание кривотолков и нареканий. Ага, сказал. А там еще колодочка есть. Видел – там провода подходят? Как у тебя? Красный и голубой, так? Хорошо!..
И так до бесконечности, пока в разговор не вмешивается Клён:
– Что Вы хотели?
Водитель протягивает ему генератор и подписанный наряд.
Клён тут же переходит на "ты" и бодро командует заплетающимся языком:
– Оставляй, всё будет в лучшем виде… Лучше не будет и хуже не сделаем… Как в приличных ателье – на примерку через две недели.
– Как через две недели? Мне завтра выезжать!
– … Приходи после обеда.
Водитель уходит, а Клён разливает по стаканам бормоту и продолжает вещать:
– Сейчас, если печка не работает или, там, приемник, то водитель уже и не выезжает на линию. А ведь раньше ничего не было, даже поворотников; нужно было показать, что поворачиваешь – открываешь дверь.
Своим низким хрипловатым голосом Серёга начинает рассказывать какую-нибудь байку и тут же первым взрывается заразительным смехом, демонстрируя при этом отсутствие бокового зуба (но это Клёна не заботит).
Он с восхищением рассказывает, как недавно Стеклов вёз его на халтуру и гнал на хорошей скорости. Их останавливает гаишник: "Нарушаете! Придется уплатить штраф!". Стеклов спокойно ему через опущенное окно: "А х..ёво не будет?".
Тут же анекдот про гаишников: "Приходит новенький работать в ГАИ, а ничего не умеет. Опытный его учит: "Да что тут сложного? Два действия надо знать: отнимать и делить". Ага, ага, ага – отнимать и делить!"
Репертуар у Клёна действительно обширный, он редко повторяется. Не прочь и хлестануться:
– Я с детства с машинами. Маткин ё…арь шофёром был, брал меня с собой в гараж – мальчишкой я мог за час полмашины разобрать. В ведро детали покидаешь и идёшь себе по гаражу.
Следом байка, как Клён ремонтировал автозак и решил посмотреть, как там внутри, да и застрял;
