Читаем без скачивания Проданный смех - Наталья Корнилова

Знаю, что читать чужие письма нельзя. Но у меня особый случай – я сыщик, человек без морали и принципов. Обратного адреса не было. Вместо фамилии в графе «От кого» стояла оригинальная подпись – «Ты знаешь, кто это». Внутри находилась открытка с милым детским рисунком – зайчик в джинсах дарит громадный букет ромашек заиньке. И пять слов: «Малыш, я скоро вернусь. Жди». Из всего семейства Заречных только одна особа подходила под описание малыша – пропавшая дочь. Штемпель был московский. Я с трудом разобрала цифры на почтовом штемпеле и отправила Родиону SMS-сообщение, чтобы определил, из какого района отправлено письмо. Хотя вряд ли это что-то даст. Я сунула письмо в сумку и отправилась в баню.

Глава 3

Я заранее поинтересовалась у Заречной, где здесь находится ближайшая общественная баня. Оказалось, совсем рядом – буквально перейти улицу. Полотенце и прочие банные принадлежности у меня с собой были, так что я просто оплатила душевой номер. Вышла другим человеком. Чистым и почти счастливым. Господи, благодарю тебя за те маленькие радости, которые ты нам даришь! Перекусив в ближайшем кафе, я отправилась на обход подруг Ольги, которые жили в этом же городе. Сергей с невыясненной немецкой фамилией жил в Саратове, но лучше уж я сразу опрошу здешних подруг. Не хватало еще туда-сюда мотаться в этих ужасных автобусах. Московское метро тоже не сахар, но оно хотя бы свое, родное… Ближе всех, а точнее, в соседнем доме, жила тезка Заречной – Ольга Каширина. Но эта девушка оказалась на пляже. Далее шла Светлана. Она тоже отправилась загорать. По телефону мне ответили, что третья, она же последняя, подруга пропавшей девушки, Татьяна, также находится на пляже. Я поспорила сама с собой, вместе они там или врозь? Ставлю сто против одного, что вместе. Фотографии всех трех у меня были. Как сказала мать Заречной, ее дочь очень не любила фотографироваться, поэтому такие общие снимки редкость. Значит, мне повезло.

Поскольку данные о молодом человеке Ольги у меня практически отсутствовали, я могла хоть что-то узнать о нем у ее близких подруг. На чтение дневника Ольги у меня пока времени не было, да там могло ничего и не быть – многие люди не указывают конкретных имен в дневниках, мало ли кому он попадет в руки. Хотя странно, конечно, что дочь не познакомила близких ей людей – мать и жениха. Что же там за Сергей?

– Обычный парень, – равнодушно сказала Татьяна, та, что была в зеленом купальнике и с обесцвеченными волосами, на руке у которой сияло обручальное кольцо. – Я бы даже сказала, ничего особенного. Хотя бабло есть.

– Да нет, он нормальный, – прибавила другая, сидящая в шезлонге Ольга Каширина. У нее были длинные рыжие волосы, которые она в данный момент, чертыхаясь, расчесывала, они отчаянно спутывались. Задорная усмешка открывала очень белые ровные зубы. Фигура у девушки была почти мужская – с широкими плечами и сильными руками. Тип кустодиевской «Сибирячки». Жизненная сила так и хлестала из нее через край, а румяные щеки говорили либо о повышенном давлении, либо о крепчайшем здоровье. Она буквально не могла спокойно усидеть ни секунды, постоянно что-то делала: то перебирала волосы, то играла с мобильником.

Полной противоположностью ей была болезненного вида Светлана, которая молча сидела прямо на песке и курила, практически не обращая на наш разговор внимания. Однако на вопрос, насколько серьезными были отношения Ольги и Сергея, она ответила, словно очнувшись от своих грез. Правда, ответ был кратким:

– Он ей не подходит.

Я ждала продолжения, но Светлана все так же молча вынула новую сигарету из пачки «Собрания» и щелкнула пластиковой зажигалкой. На мой взгляд, цена этих сигарет никак не соответствовала старому дешевому купальнику и общему какому-то тусклому облику девушки. Весь ее вид просто кричал о пагубных наклонностях. Неужели наркотики?.. Однако выводов я делать не стала.

– Почему вы так думаете? – поинтересовалась я.

Светлана снова взглянула на меня так, будто увидела впервые, и пожала плечами. Я отметила болезненную худобу девушки. Болезненную в том смысле, что кожа на ней будто бы висела. Словно когда-то Света была полной, а потом неожиданно похудела, причем резко, иначе откуда такие растяжки на коже. Резкие скачки веса, сыпь на коже, бледность, зябкость – я заметила, как Светлана вздрагивает от ветра, хотя он был теплым, а ее белая кожа совершенно сухой, – все это мне очень не понравилось. Как бы в ее зрачки заглянуть? Не удивлюсь, если они расширены. Но девушка была в темных солнцезащитных очках, которые не позволяли мне поставить окончательный диагноз.

– Не знаю, – ответила она, – просто сложилось такое ощущение. Когда я его впервые увидела, он мне не понравился.

«Так он и не должен нравится тебе, – мысленно поправила я. – Главное, чтобы он нравился той, кто с ним встречается. А твое мнение тут не очень-то важно. Или важно?..»

На данный момент у меня было не так уж много информации об этом молодом человеке. Его имя – Сергей, возраст – двадцать два года. Место работы – какой-то компьютерный салон, название, как мне сообщили девушки, связано с компьютерами (последнее замечание меня умилило: в самом деле, какая редкость – включить в название соответствующей фирмы слово «компьютер», просто ищи – не хочу). Фамилию его так никто толком и не вспомнил – то ли Бург, то ли Берк, но что-то односложное. Это была уже зацепка – несмотря на то что в Саратове много немцев, найти Сергея с такими инициалами будет нетрудно. Кроме того, было известно, что он живет в Саратове, на центральной улице – Московской. Конкретного адреса не знали, зато сказали, что в доме находится мебельный магазин, а на самом здании висит большущий плакат, изображающий модно одетого мужчину. Описание внешности Сергея также не создавало внятного образа – русоволосый, глаза серо-зеленые, роста чуть выше среднего, симпатичный, но из толпы ничем, в общем-то, не выделяется. Таких тысячи, если не больше.

Гораздо больше души было вложено Ольгой Кашириной в описание другого молодого человека, который был другом Сергея. Каширина, которая познакомилась с саратовской компанией своей подруги на дне ее рождения, мечтательно вздохнула в ответ на мою просьбу дать какие-нибудь характеристики тем людям, с которыми, как я думала, Заречная и уехала в неизвестность. По тону Кашириной мне стало ясно, что некий Андрей до сих пор владеет ее сердцем.

– Андрея описать? – воодушевилась она. – О! Он такой… Такой, знаете, большой! Рост под два метра, фигура атлетическая, лицо – ну просто молодой бог! Представляете, загорелый брюнет, глаза такие голубые, красивые… – на этом дифирамбы неожиданно прекратились: – Но мы с ним расстались… Знаете, это была любовь с первого взгляда…

– Просто переспали, – прокомментировала Татьяна. Ольга не обратила на ее подначку внимания.

– Нам было очень хорошо, но только мы не сошлись характерами… Эх, а все так хорошо начиналось!.. Луна, река, теплая летняя ночь…

Она с комической грустью вздохнула, но, взглянув на меня, не выдержала и фыркнула. Жизнелюбие ее не могло не привлекать.

Я уточнила:

– Но у вас остался номер телефона Андрея? Как, кстати, его фамилия?

– Андреев. Андрей Андреев, прикольно, да? Он при том и Андреевич. Говорил, что в его семье всех мальчиков так называют. Номер телефона? – наморщила лоб Каширина и отчего-то подозрительно посмотрела на меня. – А зачем вам?

Я объяснила, что через него хочу найти Сергея. Каширина достала сотовый, и вскоре у меня был номер еще одного знакомого Заречной.

– Только он вам ничем не поможет. Насколько я знаю, – сказала Каширина, – Андрюха не поехал вместе с Серым, Ольгой и остальными.

– Почему вы так думаете?

– Ревнует, – вклинилась Татьяна, плавным жестом поправляя блондинистую челку. – Ему Ольга нравится, а она с Сереженькой гуляет. Вот и на тебя внимание обратил, я тебе давно это говорила! А ты – любовь, страсть…

Вот тут Каширина не выдержала, вспыхнув и горячо возразив:

– Знаешь что, хватит уже! Если у тебя в личной жизни полный застой, так нечего других подтыкать! Ты от этого ни умнее, ни счастливее не станешь!

– Я скоро выхожу замуж и очень счастлива, между прочим! – напористо возразила Татьяна.

Каширина пробормотала:

– Ага, только про счастье мне не надо лапшу вешать. Тоже ведь на бабки клюнула. – И, уже обращаясь ко мне, сказала: – Андрей не поехал на дачу, потому что у него сейчас горячая пора на работе. Их компания «Отто» запустила рекламу по телику, и народ бросился компы покупать. А он сборщик. Отпуск у него был в марте, как раз тогда, когда у нас завязались отношения, так что сейчас бы его при всем желании никто не отпустил. А они поехали на дачу на несколько дней.

– А куда, вы не знаете? – уже безнадежно спросила я. Вначале этот вопрос уже звучал, но подруги заверили – вернее, Каширина заверила меня, что не знает, куда отправилась Ольга Заречная.