— Тебе клиенты из Тулы не звонили?
— Нет. А должны были?
— Ну так телефон у тебя взяли, могли.
— Не заморачивайтесь, могут через полгода позвонить или через год. А могут не позвонить вообще. Надо строить производственный процесс без привязки к случайным клиентам. Будем ориентироваться на Покупателя с большой буквы.
— То есть на кого?
— То есть на средневзвешенного потребителя прекрасного в том смысле, какой он вкладывает в это понятие — с учителями мне проще общаться, они слов знают больше. И моя речь не сбивается на всякие «бдыщь и хренак».
— Саблю попробуем на продажу сделать?
— Категорически нет. Опасно.
— Тут не понял, в чем опасность. Такая же железка, как ты говоришь.
— Понимаете, меч в нашей ментальности есть предмет древний и сказочный. А сабля, сабля ассоциируется с царскими офицерами, с революцией и боевым оружием. Увидит сабельку дед какой и закричит, мол нас в восемнадцатом такой саблей офицерье рубило, когда мы в плен попали под Перекопом! Даже если он сам тогда саблей белых рубил. Даже если его конкретно и не было под Перекопом, в головах сидит глубоко ассоциация: сабля — гражданская война.
— Глубоко мыслишь. Масштабно.
— Так на том стоим, нельзя нам ошибаться.
— Конкретно нам с тобой или вообще нам?
— Конкретно нам, за нами не стоит Организация, наши ошибки только наши. Отвечать придется конкретным нам. Теперь другой вопрос: вы сварку нормально освоили? Нам пора в следующий век переходить, конические шлемы взывают к нам.
— Ну не идеально шов кладу, но уже вполне уверенно с электродом-двойкой управляюсь. Лист два миллиметра сварю.
— Тогда надо начинать пробовать. И в музей, и на продажу потом, как руку набьем.
Да, как ни удивительно, музей в большой степени для моих планов экспериментальный полигон, а не выстраданное детище. А если задуматься, весь Союз Советских Социалистических Республик рассматривался мной как этот самый экспериментальный социально-политический полигон. Вот только чувствовал я себя на том полигоне как ребенок с совочком в песчаном карьере. Инструмент подкачал слегка, даже ведерка не дали, уж не говоря о бульдозере. А был бы у меня бульдозер… никогда не управлял бульдозером.
Бал прошел, и слава сбоку! В очень узких кругах моя причастность к нему была озвучена, а лишней славы мне не надо. Школьная общественность женского полу неделю обсуждала, как здорово было отметиться на балу в платье Золушки, том которое от феи, а не в повседневном. Как здорово учиться в той самой школе, в которой придумывают такие замечательные вещи. Какие идиоты мальчишки, которые не оценили, ну кроме некоторых, которые… Но это уже не для широкой школьной общественности.
После очередной тренировки сидели в раздевалке и собирались с силами. Гоняли мы парней с Александром Алексеевичем не по-детски, сил уходило много у всех, включая меня. Кстати сказать, я уже и зарядку делаю без того былого фанатизма — организму нагрузок хватает. И тут как-то всплыла моя роль в праздновании Восьмого марта.
— Опять Жорж Милославский отметился! Что у нас не случись, везде его руки побывали.
— Нормально же получилось. Нам мозг не выносили с этими цветочками и хоровыми поздравлялками!
— И моей маме понравилась заколка!
— И моей. Чего ты на Жоржа гонишь?
— Да не гоню, просто интересно. Я ж рассказывал, мы в прошлом году с ним из Макарова по мишеням стреляли.
— Ну рассказывал. И что?
— А то, мне тоже вот интересно, почему так выходит, что Милославский во всем особенный. — Во Чайкина понесло, друг называется.
— Ладно ребята, раскололи меня, сдаюсь!
— Чего раскололи? Опять гнать будешь?
— Помните книгу Велтистова «Электроник мальчик из чемодана»?
— Это фильм «Приключения Электроника» которая?
— И что, ты Электроник?
— Не похож! Снова врать будет.
— Я тебе синяк поставил, и у тебя кровь шла из губы!
— Вы будете слушать или галдеть? Я тогда пошел домой, доспехи на вас.
— Не, стой! Молчим, рассказывай!
— В шестидесятые наши ученые начали секретную разработку боевого робота, когда произошла утечка, Велтистову поручили написать книгу, чтоб объяснить всплывшую информацию. А недавно опять где-то потекло, вражеские шпионы не так просто у нас шарят. И сняли фильм, а некоторые разработки использовали как декорации.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— И чо?!
— Через плечо не горячо? Перекинь на другое плечо! А я продолжаю. Американцы не дураки, они тоже в это направление полезли за нами. И через двадцать лет и у нас, и у них почти одновременно всё получилось. В армии начали поступать боевые роботы, а компьютеры начали рассчитывать операции и управлять ядерными ракетами. И в 2025-м году наши армии схлестнулись насмерть! Атомная война, смерть большинства людей, мир в руинах.
— Да ладно!
— Накладно! Последняя довоенная разработка 2022-го года по переносу в прошлое была доведена до ума и в не очень далекое прошлое забросили меня. Дальше кинуть не хватило энергии.
— Зачем?
— Уничтожить разработку раньше, чем у нас и у них поймут, что она такая перспективная. Тогда не начнется атомная война, человечество выживет.
— А почему тебя, а не взрослого?
— Вопросов меньше к ребенку, документы не нужны. Опять-таки, я только выгляжу как мальчик, на самом деле я подготовленный боец.
— А родители?
— А что родители? Они не знают ничего. Жорку настоящего я убил. И в землю закопал. И надпись написал, что у попа была собака, он её любил!
— Да блиииин! Да чуть не поверил же! Да как так!!! — взрыв возмущенных и разочарованных криков взорвал раздевалку. Они попались опять. А пацанам так хотелось верить в тайну, в чудо, в небыль, которая пришла к ним.
— А хотите, я про будущее расскажу?
— Трепло. Хорош уже.
— Расскажи, только правду!
— Только правду. Слушайте, в следующем году наступит 1983-й год.
— Да снова развел, бейте его!
Глава 8 Время порулить
Предсказанное мной событие наступило в апреле, в газете написали о плановом снижении цен на отдельные группы товаров народного потребления, а в «Спорткульттоварах» родного Нижнезадрищенска появилась бумажка, где криво и чуть не от руки покупатели уведомлялись, что в свободную продажу поступили автомобили «Жигули» и «Запорожец». После такого известия родители собрали семейный совет и позвали на него меня, небывалое дело! На Запорожца денег хватает, а уже хочется Жигули. Можно попытаться назанимать в долг у всех на свете, снова попасть в кабалу, голодать и работать везде, где получится. Сдохнуть, зато в Жигулях! Я в курсе, что официально машина уже называется «Лада», но в народе она Жигули на десятки лет. Кстати, чем и кому не угодило слово «Жигули»? А тем, что Европа смеялась над нашими экспортными машинами, у них слово «Жиголо» означает мужчину-содержанку, проститута, то бишь. Над качеством не смеялись, машина отстала уже на пятнадцать лет, и отрыв увеличивался. Зато недорогая, в Британии её продавали чуть не за две с половиной тысячи фунтов — самое то для бедняков и студентов. Её продавали, но покупали не очень. Зато «Ниву» полюбили везде.
— Дорогие родители, куда вы планируете на машине ездить?
— На дачу!
— На природу.
— За покупками по области.
— Исходя из этого давайте думать, какая машина больше подходит нам, во сколько обойдется её эксплуатация, где брать запчасти…
— Сынок, а верно! У Запорожца проходимость выше, бензин А-76 нужен, в ремонте дешевле.
— И не угоняют их. И денег у нас сейчас хватает только на Запорожец. Перед кем шиковать? Я согласна, берем Запорожца!
Естественно, я не участвовал в процессе покупки и оформления. У отца нашлись знающие товарищи, помогли порешать все вопросы, в том числе с оплатой путем внесения наличных денег в кассу магазина. Вы знали, что есть такой цвет «коррида»? А я знаю, это такой позитивно-оранжевый, самое то для поджарого Запорожца без карманов. Блеклый мутный автомобильчик оказался таковым из-за нанесенного консервирующего покрытия, чтоб краска не облупилась до покупки, видимо. Смылся раствором мыла и нашатыря в ведре воды.
