— Как пожелаете, Юпа Джек, — сказал Голвин. В двенадцатом часу, через два часа, в Большом зале собраний состоится обед в вашу честь.
У Джека внезапно пересохло во рту.
Голвин сделал вид, будто хочет сказать что-то ещё, но, видимо, передумал и направился обратно к колоннам.
— Джек? — с тревогой прошептал Дрейкос.
— Я в порядке, — сказал Джек, глядя на шлем — шляпу, в руках. Я просто… Он глубоко вздохнул. — Вот оно, Дрейкос. Это тот самый шлем, его, как я помню, носили мои родители.
К’да сдвинулась на его коже, и Джек почувствовал лёгкое давление на рубашку, когда голова с золотой чешуёй прижалась к ткани, чтобы как следует рассмотреть шляпу. — Ты уверен?
— Абсолютно, — сказал Джек, воспоминания снова промелькнули в его голове. У меня где-то год была одна такая, пока дядя Вирджил не нашёл её и не отобрал.
— И он сказал тебе, что это шахтёрская каска?
— Да, — сказал Джек, нахмурившись, но этого не может быть, не так ли?
— Маловероятно, — сказал Дрейкос, — материал слишком мягкий для защиты от опасных воздействий.
— Если только это не каска начальника, — предположил Джек.
— Она действительно выглядит как символ власти, — сказал Дрейкос. Но ты сказал, что дядя Вирджил говорил, что твои родители были шахтёрами.
— Верно, так оно и было, — признал Джек. В любом случае, как они могли погибнуть при взрыве на шахте, если они были начальниками? Значит, дядя Вирджил солгал. Не в первый раз. Но если это не шахтёрская каска, то что это?
— Мы знаем, что работа Юпы предполагает принятие неких решений, — сказал Дрейкос. В группе были Голвины, которые высказывали свою точку зрения. Может быть, это что-то вроде посредника или арбитра?
— Это соответствовало бы неуклюжей попытке Одчесе подлизаться ко мне, — согласился Джек. И если твоя теория именования Голвинов верна, она начинается с Джу и Па.
И во второй раз за две минуты Джек почувствовал, что у него перехватило дыхание. Он поднял шляпу и уставился на неё, как будто видел впервые. — В каком-то смысле он был Джу Па, Дрейкос. Судья-Паладин.
— Мои родители были членами самой высокопоставленной судебной группы во всём “Рукаве Ориона”.
Дрейкос смотрел на шляпу через прореху в рубашке Джека с новым уважением. Он всегда считал, что характер Джека не соответствует характеру вора, который его воспитал. Логичным было предположить, что родители успели пред смертью привить ему свои ценности.
Но то, что Джек происходил из такого рода семьи, было поворотом, которого он никак не ожидал. — Это невероятно, — пробормотал он. Как дядя Вирджил мог хранить от тебя такой секрет все эти годы?
— Легко, — сказал Джек, всё ещё немного ошеломлённый. Все мои книжные знания взяты из компьютера Эссенейя. Своим распластанным телом Дрейкос почувствовал, как мышцы мальчика снова напряглись. — Эссеней. С и А. Стюарт и Ариэль.
— Именно так, как предложила Элисон ещё на Ро Скорви, — напомнил ему Дрейкос.
— Я уверен, что ей понравится, если она окажется права, — сказал Джек. Интересно какая же у меня настоящая фамилия? В любом случае, как я уже говорил, всё, что я когда-либо узнал о Судьях-Паладинах, было получено из компьютера Эссенейя. Дяде Вирджилу не составило бы труда удалить все фотографии из корабельных энциклопедий.
— Да, — пробормотал Дрейкос, — я знаю, ты уже упоминал о Судьях-Паладинах, кажется, в связи с продолжающейся работорговлей. Но ты никогда не говорил мне, кто они такие.
— Это не секрет, — сказал Джек, вертя шляпу в руках, — они были ответом Интерноса на отсутствие судов и настоящих судей в некоторых малонаселённых мирах. Что-то вроде старых судей — методистов, которые были на Земле.
Они путешествовали от планеты к планете, от региона к региону, рассматривая все дела, накопившиеся с тех пор, как они были там в последний раз.
— Что пошло не так?
Джек пожал плечами. — Насколько я знаю, ничего, кроме того, что их почти не осталось. Как я уже сказал, всё началось как обычное человеческое начинание, только для миров Интерноса. Но многие инопланетные правительства в остальной части Торговой Ассоциации решили, что им нравиться эта идея, и проект “Судья-Паладин” был распространён практически на весь “Рукав Ориона”.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Он замолчал и фыркнул: — На этих высококлассных кораблях с межмировыми передатчиками и высокоуровневыми P/S компьютерами-симуляторами личности. — Вот ведь… Элисон снова оказалась права. Эссеней, — это не уровень дяди Вирджила.
— Что приводит к вопросу о том, как он его получил, — сказал Дрейкос.
И тут же пожалел, что не держал рот на замке. Был один очевидный ответ, как вор и мошенник вроде Вирджила Моргана мог это сделать, и в данный момент Дрейкос не хотел обременять Джека подобным бременем.
К счастью, собственные мысли Джека уже устремились в совершенно ином направлении. — И тут я задаюсь вопросом, почему Элисон такая умная, — буркнул он. Слишком умная для той, кто утверждает, что просто проворачивает афёры с отрядами наёмников.
— Вероятно, мы далеко не всё о ней знаем, — прошептал Дрейкос.
— Держу пари, — дружище. Джек посмотрел на небо над ними. Интересно только, что она делает там, в одиночестве, с моим кораблём?
— Дядя Вирдж отвечает перед тобой, а не перед ней, — напомнил ему Дрейкос. Чего я не понимаю, так это почему не хватились твоих родителей.
— Не знаю, — сказал Джек. Может быть, их расписание было настолько случайным, что никто не мог определить, где они были, когда исчезли. Он выпустил воздух сквозь зубы. А может быть, никто и не старался.
— Ты сказал, что все инопланетные правительства одобряют эту программу.
— Центральные правительства, да, — мрачно сказал Джек, — но не всем местным властным верхушкам нравится идея, что чужаки снуют на их территории.
— Отсюда и встроенное оружие Эссенея?
Джек пожал плечами. — Я полагаю, что это часть того, что дядя Вирджил добавил потом, как и оболочку — хамелеон, — сказал он. Но теперь; кто знает? Он сгорбил плечи. — Если уж на то пошло, я даже не знаю, почему я до сих пор жив.
— Небо заметно потемнело, заметил Дрейкос, выглядывая через воротник рубашки Джека. Они должны скоро вернуться. То стихотворение, которое напевала тебе мать, в котором было неизвестное слово?
— Ты имеешь в виду “drue”? - “Мы в первых рядах и мы ряды замыкаем, мы ищем “drue” сердцем и разумом?
— Да, это, — сказал Дрейкос. Интересно, может, ты просто неправильно запомнил слово?
— И ты думаешь, что это должно быть…?
— Истина.
Джек посмотрел на шляпу в своих руках.
“ — Мы в первых рядах, — нерешительно начал он, — и мы ряды замыкаем; Нас в поисках истины сердце и разум ведут. От звезды к звезде, отделяем зёрна от плевел. Чтобы ни одна душа не была брошена на произвол судьбы. — Мы те немногие, кто стоит меж Тьмой и Светом. Наши взгляд остр и ясен: Чтобы отыскать истину, мы ищем и просеиваем. — Мы трудимся в одиночку, это наша ноша, Чтобы утешить всех тех, кто в смятении, Вернуть надежду там, где она потеряна: Наши жизни во имя их жизни, — таков наш дар”. “ — We seek the truth with heart and mind. From sun to sun the dross refined, Lest any soul be cast adrift. — We are the few who stand between the darkness and the noontime sheen. Our eyes and vision clear and keen: To find the truth, we seek and sift. — We toil alone, we bear the cost, To soothe all those in turmoil tossed, And give back hope, where hope was lost: Our lives, for them, shall be our gift.”
