— Действительно, пора спать! — согласился с ним Карандаш. — Забирайтесь в ракету, будем ужинать.
— Смотрите, что это там, наверху? — спросил Чижик, показывая пальцем куда-то вверх.
— Наверно, какая-то пещера, — удивился профессор Пыхтелкин. — Интересно, я не знал, что в этих горах есть пещеры.
— Идите, идите, завтра все узнаем, — сказал Самоделкин.
За весь день ребята страшно проголодались. Путешественники так увлеклись прогулкой по Луне, что забыли пообедать. Поэтому когда Карандаш напомнил им о еде, ребята со всех ног бросились к ракете.
Дырка метнулся следом за ребятами, но БульБуль остановил своего приятеля и прошептал ему на ухо:
— Ты видел пещеру, которую заприметил этот маленький негодяйчик?
— Видел, ну и что? — пытался вырваться шпион, которому очень сильно хотелось есть.
— А то, что в этой пещере могут лежать спрятанные сокровища, — пояснил Буль-Буль. — Нам нужно ночью удрать из ракеты и пробраться в эту пещеру. Только тихо! Молчи, никому ни слова!
Шпион согласно кивнул головой, и разбойники отправились ужинать следом за ребятами, плотно прикрыв за собой тяжёлую крышку люка.
Наступила лунная ночь. После ужина путешественники разошлись по каютами уснули. Самоделкин проверил, хорошо ли работают все приборы и, потушив свет, отправился к себе спать.
Тихо и темно стало на космическом корабле. Все спали, только космическим пиратам не спалось. Разбойники ходили из угла в угол и ждали, когда все заснут. Шпион Дырка стал от нетерпения грызть ногти и случайно сам себя укусил за палец.
— Ай! — громко взвизгнул он.
— Ты что, ошалел, что ли?! — показал ему кулак пират Буль-Буль. — Хочешь, чтобы все проснулись и помешали провернуть нам это дело?
— Я с-с-случайно, я больше не буду! — испуганно затрясся Дырка.
— Кажется, все спят, — приоткрыв дверь, прошептал капитан Буль-Буль. — Пошли, только тихо, на цыпочках!
По длинному узкому коридору, оглядываясь по сторонам, шли две тени — толстая и тонкая. Бандиты прошли каюту ребят, каюту профессора Пыхтелкина и каюту Карандаша с Самоделкиным.
Они так боялись разбудить Самоделкина, что даже дыхание затаили, когда шли мимо его каюты.
Отвинтив крышку люка, пираты выбрались на поверхность Луны. Сообразительные разбойники перед этим забежали в каюту управления ракетой и включили прибор, который выдувал из трубы воздух. Теперь им нечего было опасаться.
— Ух, какие высокие горы! — восхищённо произнёс Дырка. — Пещера вон там; но как мы до неё доберёмся?
— Ничего, как-нибудь вскарабкаемся. Я прихватил все самое необходимое для этого, — пробурчал пират и вывалил перед Дыркой верёвку, два небольших фонарика, ботинки с шипами и даже два ледоруба.
Все это Буль-Буль украл из комнаты, где они раньше прятались. Он заприметил это ещё в первую ночь, но лишь теперь это понадобилось разбойникам. Нацепив на себя верёвки, ботинки и остальные вещи, жулики стали карабкаться по лунным горам.
— Нам бы только до пещеры добраться! — кряхтел Буль-Буль. — А там мы наверняка разыщем древние сокровища лунатиков.
— Хорошо бы там алмазов да разных рубинов было бы побольше! — высунув от старания язык, выдохнул шпион Дырка. — Тогда на эти денежки мы сможем всю жизнь бездельничать и валять дурака.
— Правильно, и никто не заставит нас работать! А ещё мы купим большой пиратский корабль и поплывём на нём в кругосветное путешествие. Я буду капитаном корабля, а ты моим матросом и первым помощником. Я буду командовать: «Право руля! Лево руля! Полный вперёд!» А ты будешь бегать и выполнять все мои приказания!
Неожиданно нога Дырки соскользнула с отвесного склона. Ещё чуть-чуть — и длинноносый шпион сорвался бы вниз, но его верный друг в последний момент успел схватить Дырку за его длинный нос.
— Ай! Мамочки! — заорал нечеловеческим голосом Дырка, болтаясь над пропастью.
Он отчаянно махал руками и ногами, но зацепиться за склон у разбойника никак не получалось. Буль-Буль продолжал крепко держать шпиона за мокрый и скользкий нос, а сам он вцепился свободной рукой за небольшой выступ.
— Капитан, спасите меня! — надрывался Дырка. — Я сейчас грохнусь!
— Карабкайся! — кряхтел Буль-Буль. — Я не могу тебя так долго держать, у тебя нос скользкий!
— Ой, я сейчас упаду! — барахтался Дырка как уж на сковородке.
Толстый пират собрал последние силы и быстрым рывком поднял несчастного шпиона на небольшой выступ.
— Уф, — выдохнул Буль-Буль. — Какой ты тяжёлый! А с виду вроде худенький. Если ещё раз сорвёшься, я тебя больше ловить не буду.
— Спасибо, капитан, по гроб жизни не забуду! — потирая распухший нос, сказал Дырка. — Ещё чуть-чуть и я бы сорвался в пропасть.
— Смотри, до пещеры осталось совсем немного! — воскликнул толстобрюхий пират. — Поспешим, и мы — у цели!
Разбойники полезли дальше. Дырке теперь было страшновато, и он карабкался по горам, изо всех сил цепляясь за камни и выступы.
Через пять минут пираты добрались до намеченной цели. Прямо над выступом виднелся узкий проход в настоящую лунную пещеру. Немного передохнув, космические пираты достали карманные фонарики и нырнули в проход.
— Скорей включай свой фонарь! — командовал Буль-Буль. — Ты разве не видишь, как здесь темно и страшно?
— Сейчас включу, уважаемый Буль-Буль! Ага, теперь стало немного светлей. Интересно, куда ведёт этот проход?
— Нужно идти вперёд, — сказал Буль-Буль. — Тогда все узнаем.
— А вдруг мы заблудимся? — перетрусил Дырка. — Смотри, какой извилистый коридор. Вдруг мы назад не выберемся?
— Не бойся, как-нибудь выберемся, — успокоил его Буль-Буль.
— А я и не боюсь, так, на всякий случай спросил.
Разбойники двинулись в глубь пещеры. Дырка шёл впереди и освещал узкий тёмный проход маленьким, но ярким фонариком. Пират Буль-Буль шёл чуть-чуть позади и делал пометки мелом на стене, чтобы не заблудиться. Мелок Буль-Буль стащил ещё вечером у Настеньки — девочка рисовала им картинки на маленькой доске, которую ей подарил Карандаш.
Извилистые проходы старинной пещеры виляли то влево, то вправо. Пиратам было страшновато, но мысль о сокровищах гнала их вперёд. Со стен свешивались красные, синие и зелёные сосульки. Это были особые сосульки, которые встречаются лишь в лунных пещерах. Шпион Дырка останавливался возле каждой сосульки и обнюхивал их длинным носом, как настоящая охотничья собака. Некоторые наросты он даже пробовал лизнуть языком.
— Солёненькие, — сказал Дырка, указывая на лунные сосульки.
— Хватит грызть всякую гадость! — одёрнул его Буль-Буль. — Нам нужно спешить, здесь становится прохладно.
Разбойники отправились дальше. Пещера была действительно очень извилистая и постоянно петляла. Потолок становился то очень высоким, то вдруг таким маленьким, что космическим пиратам приходилось ползти на коленях, чтобы пробраться дальше. Тем временем воздуха в пещере становилось всё меньше и меньше. И все потому, что разбойники ушли слишком далеко в глубь пещеры и мощности воздуховыдувательной машины Самоделкина не хватало, чтобы так далеко загонять земной воздух.
— Нам нужно возвращаться, — тяжело дыша произнёс Буль-Буль. — В этой дурацкой пещере совсем не осталось воздуха. Ещё немного — и нам совсем нечем будет дышать.
— Глядите, капитан, мне кажется, я что-то вижу! — вдруг нечеловеческим голосом закричал шпион Дырка. — Там что-то блестит!
— Неужели это сокровища?! — хрипло закричал пират Буль-Буль. — Бежим быстрее, я хочу скорее увидеть драгоценности и алмазы.
Но в тот самый момент, когда разбойники были так близки к цели, когда их жадные глаза заблестели от радости, случилась непоправимая, ужасная беда.
«Пок!» — фонарик шпиона Дырки перегорел.
«Ч-пок!» — выключился и фонарик пирата БульБуля.
Разбойники оказались в кромешной темноте.
Пещера была такой глубокой и такой извилистой, что солнечный свет сюда вовсе не проникал.
— Что это? — заметался Дырка. — Капитан, что случилось?
— Мы пропали! — завыл Буль-Буль. — Наши фонарики перегорели, у них сели батарейки. Теперь мы не сможем ни найти сокровища, ни найти дорогу домой…
ГЛАВА 12 Поиски беглецов. Пещера. Встреча с чудовищами. Сокровища.
Маленькие механические часы пробили девять раз, а это означало, что наступило утро. Самоделкин выпрыгнул из кровати и, раскачиваясь на своих пружинках, стал делать зарядку и напевать весёлую песенку:
Я железный Самоделкин,Обожаю я скакать,Но мои пружинки в ножкахНе дают мне постоять.
Я хотел бы отдохнуть,Полежать или чихнуть,Но пружинки — звяк да звяк:«Ох, не любим мы зевак!»
Я присел бы на минутку,Но пружинки не дают.Скачут, прыгают, играют,Отдыхать не разрешают.
От этой весёлой звонкой песенки проснулся волшебный художник Карандаш, он сладко потянулся и, выпрыгнув из кровати, стал скакать рядом с Самоделкиным. Напрыгавшись вдоволь, Карандаш и Самоделкин пошли будить своих маленьких учеников и профессора Пыхтелкина.
