во всяком случае, со стороны всё выглядело очень легко. Некромант вставал над могилой, простирал раскрытые ладони над холмиком, читал формулу призыва и ждал, пока пробуждённый мертвец выкопается на поверхность.
Наверно, когда некроманты занимались здесь без нас, всё именно так и происходило, но сейчас со всех сторон звучало:
— Ещё пафоснее лицо сделать можешь?
— А чего ты ноги так широко расставил?
— А почему так тихо? Я ничего не слышу, вообще-то!
— А какой план, генерал? — крикнул, привлекая внимание преподавателя, Лашир.
Я рядом с ним стояла и видела, что у парня одного из первых могила зашевелилась.
Ответ последовал незамедлительно:
— Вы нечисть пробуждаете, чародеи пытаются подчинить и не умереть в процессе.
Реакцией на слова некроманта стал издевательский вой со стороны адептов Военной академии. У кого «У-у-у!», у кого «О-о-о!».
— Это надолго, — некроманты принялись предвкушающе потирать ладони с истинно кровожадными ухмылками.
Такими, каким и голодные умертвия позавидовали бы.
— У нас две пары, — уведомил, подходя ближе, магистр Йозеф.
Я порадовалась тому, что лично у меня всего одна. Потом вспомнила, где я проведу вторую, и резко стало очень грустно и немного даже страшно.
— Ты чего? — заметил изменения в моём настроении Лашир.
Мы с ним давно знакомы, с детства практически. У некроманта отец в императорском совете, поэтому сам он неоднократно появлялся во дворце и на различных собраниях и советах.
— Ничего, — улыбнулась и беззаботно поинтересовалась: — Сегодня что-то будет?
Парень задумался и отрицательно качнул головой.
— Ничего, о чём я бы знал, — и вдруг спросил: — Получила письмо?
Просто кивнула в ответ и отвернулась, сделав вид, что наблюдаю за тем, как умертвия выползают из своих могил.
Несколько долгих мгновений Лашир, не моргая, напряжённо смотрел на меня, чтобы в конечном итоге тихо пообещать:
— Я скажу Эрику.
Повернув голову, подавила поднимающийся из глубины души страх и заверила:
— Всё хорошо.
Соврала, как обычно, потому что «хорошо» не было уже давно.
* * *
Последующие два часа мы развлекались попытками не умереть.
Нет, в теории всё было просто. Подчиняющая печать относилась всего лишь к третьему классу из семи существующих, на её создание требовалось всего несколько минут, на напитку — не так уж и много энергии…
Впрочем, мало кто из нас узнал, сколько именно энергии требуется, потому что до напитки практически никто за два часа так и не дошёл.
А вся беда в чём? Да в том, что зомби стоять и терпеливо ждать, пока мы с печатями закончим, не желали. Они желали искусать и изодрать нас зубами! Когтями! Обломками рук!
— О! — обрадовался Хэм, пока я пыталась оттолкнуть корягой возжелавшего моего мясца зомбака. — Это же потеряшка!
— Какая потеряшка? — заинтересовались некроманты, которые развлекались больше всех.
Нет, правда, стояли и ржали!
Не отвечая на вопрос, адепт Уистин отбежал в сторону, присел, подхватил что-то с земли и радостный поспешил к нам.
— Э, парень! — закричал издалека. — Я твою руку нашёл, слышишь? Руку забери!
Зомби слышать не желал. Его в данный момент я куда сильнее интересовала.
Дальше случилось неприятное. У меня после трёх суток напряжённого колдовства болели руки и плохо слушались мышцы. Я корягу держала с трудом, сжимая зубы и игнорируя неприятные ощущения и слабость.
Но тут мертвяк навалился посильнее. Под кожей взорвалась острая боль, заставляя меня глухо зашипеть, а руки дрогнуть и уронить то единственное, что сохраняло мою жизнь. Более ничем не удерживаемое умертвие громко счастливо зарычало и поспешило ко мне! Зубами вперёд!
Решив, что хватит с меня мучений, я таки применила тактику, до этого уже успешно опробованную семью чародеями из группы: швырнула под ноги умертвия обездвиживающую печать, и пока рычащее создание Тьмы безуспешно боролось с щупальцами, скрутившими его по рукам и ногам, быстро сплела печать подчинения и обрушила её на зомби тысячей искрящихся и переливающихся искр.
Радости не было, напротив, какое-то мрачное неудовольствие. Я пыталась обойтись без обездвижки, но в итоге всё равно её использовала. Тесное общение с боевиками давно научило: в бою нет ничего хуже предсказуемости.
Тьма.
Плюнув на всё, подбежав к магистру Йозефу, коротко перевела дыхание, а то запыхалась с этим зомбаком, и выпалила скороговоркой:
— Магистр, мне нужно идти. Отпустите, пожалуйста?
Мужчина внимательно посмотрел в мои глаза и сурово потребовал:
— Куда?
— Его величество вызывает, — скрывать не собиралась.
Глаза чародея сощурились, но император — не тот, чьи приказы можно игнорировать, а я ранее на лжи поймана не была.
Мне коротко кивнули, разрешая идти, и вернулись к цепкому наблюдению за действиями адептов.
Пошла, какой у меня выбор был? Отбежав в сторону, скинула перед собой портальную печать и позволила граням затянуть, унося с кладбища.
* * *
Вышла сразу во дворце и мгновенно услышала от каменной статуи, держащей в когтях большой горшок с пышно цветущей белой гортензией:
— Ожидайте в малом зале совещаний, — бесстрастный формальный тон и скрежещущий, как камнем по камню, голос.
Малый зал этажом ниже.
— Благодарю, — короткий величественный кивок статуе и шаг в новый портал. У меня не было никакого желания передвигаться по дворцу коридорами.
Малый зал совещаний лишь назывался так, фактически же выполнял роль второго, не личного, рабочего кабинета. Очень светлый из-за многочисленных больших окон, белых стен, потолка и мебели. Только широкий массивный стол выделялся овальной мраморной столешницей.
А внутри никого.
Выйдя из портала, я не удержалась и едва заметно перевела дыхание, чувствуя, как от напряжения и страха сводит плечи. Хотелось прижаться к стене, ещё лучше — упасть в одно из многочисленных кресел вокруг каменного стола, но я хорошо понимала, что его темнейшество может появиться внезапно, как и всегда. Уж лучше постою.
Ожидания оправдались, и уже буквально через минуту я ощутила, как становится тяжелее дышать. Задрожали колени, поплыла голова, а кабинет стал темнеть прямо на глазах.
Я не врала, говоря, что император является сильнейшим, страшнейшим и опаснейшим магом современности. Его мощь была столь сокрушительной и колоссальной, что первой в малый зал совещаний проникла именно она.
Затем рывком распахнулись двустворчатые двери и в кабинет ворвалась тьма.
Самая настоящая тьма.
Говорят, когда-то давно его темнейшество даже был похож на человека. Высокий, крепкий мужчина с уверенными движениями, серыми, как у его сына, глазами и выдающимся уровнем магии. Он был молод и горяч, и собирался взять на себя правление страной, когда мятежники попытались устроить государственный переворот. Отец, мать, младшие брат и сестра и любимая невеста — все они погибли в один день. Обезумевший от горя, но не способный противостоять мятежной армии Аластар Вескер воззвал к
