Иван пошёл домой.
На кухне бабушка и Аделаида пили чай. Весь стол был уставлен банками с вареньем.
- А мы уже по третьему стаканчику! - весело сообщила бабушка. - Налить тебе?
Сидел Иван, без всякого удовольствия пил чай стакан за стаканом, ждал, когда Аделаида заговорит о буксире и прочем, ёрзал на табуретке.
А они разговаривали о варенье.
"Нарочно это она! - думал Иван. - Любит людей мучить. Но я сбегу! Пусть только заикнётся!"
Допили чай, унесли в кладовку банки.
- Можно ему проводить меня? - спросила Аделаида.
- Конечно, конечно, - согласилась бабушка. - Он у меня такой вежливый, такой вежливый! Иди, иди, Ванечка...
УО
Иван был согласен на любой позор, даже на то, чтобы его дразнили женихом, лишь бы увести Аделаиду из дома.
Они вышли на улицу. Бабушка долго махала им вслед рукой. Аделаида оборачивалась и махала ей в ответ.
- Хорошая у тебя бабушка, - сказала она, - только балует тебя очень.
- Зачем приходила?
- Выяснить обстановку.
- Какую обстановку?
- Узнать, в каких условиях ты живёшь, - объяснила Аделаида, - как тебя воспитывают.
- Ну и что выяснила?
- Всё. Теперь я знаю, что ты бабушкин сынок. Нянчится она с тобой. Придётся тебе её с собой в армию брать. Ты ведь даже просыпаться сам не умеешь.
- Врёшь! - неуверенным голосом крикнул Иван.
- Не вру. Это я бабушке немного наврала. Из-за тебя. По телевизору ты выступил ужасно. Я краснела. Стыдно было. Очень стыдно.
- Без тебя знаю, - буркнул Иван, краешком глаза поглядывая по сторонам: не видит ли кто-нибудь из ребят, что он гуляет с девочкой?
- В результате, - продолжала она, - я сделала важное открытие. Я поняла, что ты, может быть, УО.
- УО? - переспросил Иван. - А это что такое?
- УО - значит умственно отсталый.
- Чего, чего? - почти крикнул Иван.
- Ты умственно отсталый ребёнок. Тебя надо перевести в специальную школу.
Иван остановился, вытаращив глаза, и долго с его губ срывались не слова, а какие-то непонятные звуки. Еле-еле овладев собой, он спросил:
- В специальную школу?
- Конечно, - спокойно отозвалась Аделаида. - Тебе же будет лучше. Всё будет в порядке. Ведь почему с тобой мучаются? Потому что считают тебя нормальным. А ты УО. Умственно отсталый.
- Неправда! - жалобно крикнул Иван. - Я умный! Я умственно умный!
- Не кричи. Подумай обо всём спокойно. Вот тебе задание: или ты выучишь сегодня уроки, или я завтра сообщаю всем, что ты УО. До свиданья.
И ушла.
ОЧЕНЬ ГРУСТНОЕ ЗАНЯТИЕ
- Крокодиловская ты дочь! - вслед ей прошептал Иван. - В зоопарк тебя посадить надо! В клетку! За решётку. Тухлой капустой тебя кормить надо!
Аделаида обернулась и помахала ему рукой.
- Сама ты УО, - шептал Иван, - это тебя в крокодильскую школу посадить надо!
Долго он стоял на одном месте. Было ему до того грустно, что хоть плачь. Он даже кулаками помахал немного.
И побрёл домой, опустив большую голову.
Кажется, впервые он призадумался над своей жизнью.
А когда ты совершил немало проступков, занятие это - думать о своей жизни - очень грустное.
Вместо того чтобы по привычке всех ругать, а себя жалеть, он прошептал:
- Бабушкин сынок... УО... умственно отсталый... специальная школа... А почему? Потому что не люблю учиться? Ну и что? Если я таким родился? Вот если бы я не мог учиться, тогда другое дело. А я могу, но не люблю. Ведь мне ничего не стоит быть отличником. Стоит только захотеть.
Эх, обидно-то как! Дураком бы обозвала, лодырем, двоечником, балбесом, ещё как-нибудь, а то - УО, умственно отсталый.
Эти слова звенели у него в ушах. Он даже головой потряс, чтобы они вылетели, - не помогло.
Очень грустное это занятие - думать о своей жизни.
Дома Иван сел на кухне и молчал.
- Что с тобой? - обеспокоенно спрашивала бабушка. - Заболел? Намыкался? Ложись-ка спать, ненаглядненький.
А Иван представил себе, что придёт он завтра в школу, уроки опять не приготовлены, опять его ругать будут, явится Аделаида, крикнет своим крокодильским голосом:
- УО!
Соберётся общешкольная линейка, и все хором крикнут:
- УО! УО! УО!
Анна Антоновна скомандует:
- Семёнов, в специальную школу вон отсюда!
А у подъезда стоит машина "скорой помощи". Посадят в неё Ивана и увезут...
- Я, бабушка, уроки делать буду, - почти со слезами прошептал Иван. Пожалей меня, бабушка!
- Жалею, золотце ты моё, жалею! Была бы моя воля, я бы вовсе уроки запретила в младших классах. Пусть старшие мучаются. Хочешь курочки?
- Нет, - со вздохом отказался Иван. - Буду уроки учить. Потом уж поем. - "Если, конечно, жив останусь", - мысленно добавил он.
Ну что ж... Сел Иван, достал из портфеля тетрадки, учебники, ручку.
Вздохнул.
Притопала лень-матушка, зашептала на ухо:
"Устал ведь ты, миленький. Приляг, отдохни. Я тебе песенку спою, сказку расскажу".
"Ладно, - ответил ей Иван, - лягу. С удовольствием. А завтра? Опять всё сначала? Да ещё в специальную школу отправят? Нетушки! Совершу-ка я сегодня героический поступок - сделаю-ка я уроки!"
И лень-матушка обратно утопала.
ГЕРОИЧЕСКИЙ ПОСТУПОК
Иван трудился, высунув язык; исписал половину страницы - ни одной ошибки не сделал, не поставил ни одной кляксы. И только хотел крикнуть "ура", как...
...с носа упала капелька пота.
Упала прямо в центр буквы "О". Хорошо, что Иван не поленился и написал её вроде колеса - большую и круглую.
Иван осторожно поднёс к ней кончик промокашки, и промокашка выпила каплю.
"Я тебе покажу, какой я умственно отсталый! - подумал Иван, вспомнив Аделаиду. - Как бы тебя в специальную школу не отправили!"
Разделавшись с упражнением по русскому языку, он принялся за арифметику.
Тут у него начался с цифрами самый настоящий бой.
Цифры прыгали у Ивана перед глазами, как лягушки.
Не было никакой возможности отличить их друг от друга.
Тогда он представил, что цифры - его враги, и стал внимательно их выслеживать.
"Понятно, понятно, - решил он, глядя на ненавистные цифры, - вы тоже считаете, что я умственно отсталый. Сейчас разберёмся".
И поднатужился - и решил первый пример.
Ещё поднатужился, крякнул пять раз - и ещё решил один пример.
Ручку кусал, пыхтел от злости, один раз даже порычал Иван, но трудился.
Всё было против него.
Особенно - чернила. Они так и старались собраться на кончике пера в каплю и - хлоп на тетрадный лист.
Однако Иван следил за этим так внимательно, что ухитрился одну каплю схватить в воздухе левой рукой.
Вот тут-то упрямство впервые помогло ему.
И вдруг несчастье!
Глупая муха залезла в чернильницу. Иван проткнул муху пером, не заметил и написал мухой цифру "3". Представляете, что получилось?!
Чуть не заревел Иван! Трахнул муху кулаком - брызги во все стороны.
"Не обращай внимания на умственно отсталых мух, - прошептала ему на ухо лень-матушка, - иди спать".
"Вырви страницу, - прошептало упрямство, - и всё перепиши заново".
"Устал ведь я, - жалобно ответил Иван, - сил моих больше нету ведь!"
"Правильно, правильно, - прошептала лень-матушка, - иди бай-бай. Я тебе песенку спою, сказку расскажу".
"Неужели ты сдашься из-за какой-то дохлой мухи?!" - удивилось упрямство.
Иван осторожно вырвал забрызганный лист и начал переписывать примеры.
До того он увлёкся, что не слышал, как подошла бабушка, стояла рядом и громко вздыхала - будто внуку уколы делали.
БАБУШКА ВЗБУНТОВАЛАСЬ
Утром Ивана будила бабушка.
А сегодня он проснулся сам.
Честное слово! Сам открыл глаза, сам потянулся, сам зевнул и сам сел.
Настроение у него было замечательное, будто ему не в школу надо было отправляться, а на новогоднюю ёлку.
Раз! - встал на голову, подрыгал в воздухе ногами и грохнулся с кровати на пол - словно самая большая кастрюля упала с самой верхней полки.
Лежал на полу и хохотал.
Лежал, пока не замёрз.
Пошёл Иван на кухню, включил электрическую плитку, поставил на неё чайник, быстренько умылся, принёс из кладовки варенье и решил разбудить бабушку.
Открыв глаза и увидев внука, она испуганно вскрикнула. Если бы она верила в бога, то перекрестилась бы!
- Это ты?! - еле выговорила она.
- Я. А что?
- Да как же... кто тебя разбудил?
- Никто. Сам.
- Сам?!
- А что особенного? - обиделся Иван. - Что особенного?
Бабушка не ответила.
Потом она вышла на кухню и в ужасе спросила:
- И чайник сам поставил?! И варенье сам принёс?! - Она села, бессильно опустив руки, словно убитая большим горем. - Да что же это такое происходит?! Совсем от рук отбился. Против бабушки пошёл.
Получается, что я тебе не нужна? Не выйдет! - она стукнула кулаком по столу. - Бабушка я тебе или не бабушка?
- Бабушка, - ответил ошеломлённый Иван.
- Обязан ты меня слушаться или нет?
- Обязан.
- Так вот, - бабушка встала и грозно посмотрела на него. - Я должна просыпаться и будить тебя, а не ты меня. Я должна завтрак готовить, а не ты. Понятно? Я здесь командир.
