– Приятно для разнообразия побыть меньшим злом.
– Тебя еще могут повысить, – сказал Дольф. – Она просто тебя пока не знает как следует.
– Спасибо за то, что в меня веришь. Дольф, я правильно поняла, что никто из вас здесь не появится?
– Прямо сейчас – нет. У нас рук не хватает, пока Зебровски снова не выйдет на службу.
– И как отнесется Дорожная Полиция штата Миссури к участию штатского в расследовании дела об убийстве?
– Я ясно дал ей понять, что ты – ценный член моей группы.
– Спасибо за комплимент, но все равно у меня нет таблички, чтобы ткнуть ей в нос.
– Может, и будет, если войдет в силу новый федеральный закон, – сказал Дольф.
– Не напоминай.
– Разве ты не хочешь быть федеральным маршалом? – Голос Дольфа звучал очень вкрадчиво. Нет, в нем пело удовольствие.
– Я согласна, что нас надо лицензировать, но давать нам то, что полагается федеральным маршалам, – это смешно.
– Ничего, ты справишься.
– А кто еще? Представляешь себе Джона Берка, за которым стоит сила закона? Уволь меня.
– Закон не пройдет, Анита. Провампирское лобби слишком сильное.
– Твои бы слова да Богу в уши. Разве что если при этом отменят необходимость получать ордер на ликвидацию, убивать их не станет ни на капельку легче, а ее ни за что не отменят. Я уже ушла из штата, чтобы истреблять вампиров. И эта вонючая табличка мне не нужна.
Дольф рассмеялся.
– Если влипнешь в беду, зови на помощь.
– Мне это все на самом деле не нравится, Дольф. Торчать здесь, расследуя убийство, и без всякого официального статуса.
– Видишь, все же тебе нужна табличка. – Я услышала в телефоне вздох. – Слушай, Анита, я бы тебя не бросил там одну, не будь у нас тут своих проблем. У нас тоже мертвое тело. Как только смогу, я тебе кого-нибудь пошлю. Черт побери, я бы хотел, чтобы ты была здесь. Ты же наш местный эксперт по монстрам.
– Дай мне детали, и я попробую сыграть в Крескина, консультирующего по телефону.
– Мужчина, старше двадцати лет, без посмертного окоченения.
– Где находится тело?
– В его квартире.
– Как вы так быстро туда попали?
– Соседи услышали драку, позвонили в 911. Оттуда вызвали нас.
– Имя жертвы?
– Фредрик Майкл Саммерс, Фредди Саммерс.
– Есть старые укусы вампиров на теле? Зажившие укусы?
– Да, много. Похож на подушечку для иголок. Как ты узнала?
– Какое первое правило расследования убийств? – спросила я. – Проверь всех родных и близких. Если у него была любовница-вампир, то должны быть зажившие укусы. Чем дольше связь, тем их должно быть больше. Ни один вампир не может укусить жертву три раза в месяц, не рискуя убить ее и поднять вампиром. Иногда бывает, что у человека укусы разных вампиров, но тогда твой Фредди – вампироман. Проверь у соседей, много ли там народу шлялось по ночам.
– Мне и в голову не пришло, что вампир может быть среди чьих-то родных и близких.
– По закону, они люди. Это значит, у них и возлюбленные есть.
– Я посмотрю радиусы укусов, – сказал Дольф. – Если они подходят одному вампиру, значит, любовница, если разные – значит, наш мальчик развлекался с группами.
– Надейся, что это любовница. Если вамп один, мальчик еще может встать из мертвых.
– Вампы сейчас грамотные, знают, что надо перерезать горло или отрезать голову, – сказал он.
– Убийство не кажется спланированным. Может быть, преступление на почве страсти.
– Может быть. Фримонт там держит для тебя тела. Ждет не дождется твоей экспертизы.
– А как же.
– Анита, не доставай ее.
– Дольф, я не собираюсь ничего затевать.
– Веди себя вежливо.
– Всегда, – сказала я, выражая голосом полную готовность.
Он вздохнул.
– Постарайся не забывать, что дорожники могли никогда еще не видеть расчлененки.
Настала моя очередь вздыхать.
– Я буду хорошая, честное скаутское. Ты знаешь, куда ехать? – Я достала блокнот и ручку, заткнутую в его спиральное крепление. Они у меня в кармане комбинезона. Стала носить блокноты как раз на такой случай.
Он дал мне координаты, полученные от Фримонт.
– Если увидишь на месте преступления что-нибудь подозрительное, оставь все как есть, и я постараюсь кого-нибудь прислать. Если нет, осмотри жертву, сообщи дорожникам свое мнение, и пусть делают свою работу.
– Ты действительно думаешь, что Фримонт даст мне прикрыть ее лавочку и заставить ждать РГРПС?
Секундное молчание.
– Сделай что сможешь, Анита. И позвони, если мы сможем что-то сделать.
– Ладно.
– Ты на месте убийства справишься лучше многих моих знакомых копов.
Надо знать Дольфа, чтобы оценить такой комплимент. Он – полисмен до мозга костей.
– Спасибо, Дольф.
Это я сказала в глухую трубку. Дольф уже отключился. Он всегда так. Я нажала выключатель и постояла минуту.
Не нравилось мне находиться на незнакомой территории, с незнакомой полицией и наполовину съеденными жертвами. Присутствие Команды Призраков мне придавало легитимность, достаточно было сказать «Я в составе группы». У меня даже был нагрудный знак – не полицейский, но достаточно официального вида. Но это дома я могла притворяться, зная, что, если что, Дольф меня прикроет. А здесь, без поддержки, – дело другое.
Полицейским начисто отказывает чувство юмора, если при расследовании убийства под ногами путаются штатские. И мне трудно поставить это им в вину. Я на самом деле не штатская, но официального статуса у меня нет никакого. Надавить нечем. Может, действительно от нового закона будет польза.
Я мотнула головой. Теоретически я могла бы зайти в любой полицейский участок страны и потребовать помощи или вмешаться без приглашения в расследование любого дела. Теоретически. На практике копы проявили бы полное отсутствие восторга. Обрадовались бы мне, как мокрой собаке в холодную ночь. Что федеральные, что местные. И вообще лицензированных истребителей вампиров во всей стране на дюжину не наберется. Я могла бы назвать только восьмерых, и двое уже отошли от дел.
Почти все они специализируются на вампирах, а я – одна из немногих, кто может осматривать и другие виды жертв. Ходил слух о новом законе, относящемся ко всем противоестественным событиям. Тогда многие истребители вампиров останутся за бортом. Это знание передается неформально, от мастера к ученику. У меня диплом колледжа по противоестественной биологии, но это исключение, а не правило. Почти все одичавшие ликантропы, случайно озверевший тролль или другие бестии ликвидировались свободными охотниками за скальпами. Но новый закон не давал специальных полномочий этим охотникам. Истребители вампиров – большинство – работают строго в рамках закона. А может, у нас просто пресса получше.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
