расследование, об этом узнал Влад и посчитал нужным вмешаться. Молодых людей тянуло друг к другу, словно магнитом. Они постоянно оказывались вовлеченными в одни и те же сомнительные истории. Еще несколько дней назад такое положение дел казалось бы катастрофическим, но сейчас наконец-то удалось найти выход из щекотливой ситуации. Любовный треугольник больше не был помехой для далекоидущих планов. Осталось только поставить в известность Шешу. Он вернулся из деловой поездки сегодня утром и сразу же ушел на пары.
Король нагов развалился на стуле и с наслаждением раскинул по классу сеть грязно-серых, похожих на уродливые щупальца нитей. Он сидел, прикрыв глаза, и тянул из пишущих контрольное задание лицеистов страх, усталость, ненависть. Иногда даже причмокивал от удовольствия. Елена Владленовна наблюдала за ним сквозь щель приоткрытой двери и ждала. Ей не терпелось поделиться своим простым и гениальным планом.
Прозвенел звонок, и помощница директора торопливо скользнула в кабинет. Желающих задержаться в аудитории не было. Лицеисты рассосались в один миг, оставив взрослых наедине.
– Надеюсь, ты с хорошими вестями. – Шеша потянулся, разминая затекшее тело.
– Я не посмела бы вернуться с плохими, – хитро улыбнулась Елена Владленовна, и в ее глазах мелькнуло змеиное золото. – Вчерашняя поездка прошла не зря. Душевные разговоры с Камой всегда помогают мне найти правильный путь.
– Честно сказать, не ожидал…
– Ты не верил в меня? – усмехнулась женщина и фривольно присела на уголок парты. Узкая юбка задралась, обнажая колено, покрытое тонкой сеточкой чулка.
– Я верил: если решение есть – его найдешь именно ты.
– Спасибо. – Елена Владленовна польщенно улыбнулась. – На самом деле все предельно просто. – Она задумчиво посмотрела на острые носы лакированных туфель на шпильке. – Нужно всего лишь вспомнить подробности ритуала. В последнее время, опасаясь потерять ценный генетический материал, мы искусственно упрощали процесс, ставя в один круг потенциального победителя и беспомощную жертву. Поэтому те, кто получался на выходе, не обладали всеми качествами в полной мере. Все должно проходить совсем иначе. Тогда сила потенциального нага приумножается.
– Не понимаю, о чем ты? Ты же знаешь, из-за чего мы придерживаемся этого пути. Если поставить двух сильных противников, мы точно потеряем одного из них. А быть может, и обоих разом. Годного материала и так слишком мало, чтобы столь необдуманно им разбрасываться.
– Согласна. Но поединок двух достойных противников порождает существо, наделенное сильными качествами и того, и другого. Это улучшенная копия победителя, обладающая частью сущности проигравшего. Два в одном.
– Я слежу за ходом твоих мыслей… – Шеша подался вперед, и его холодная рука с золотым перстнем-печаткой с гербом лицея легла на колено помощницы.
Она холодно улыбнулась и, склонившись к лицу мужчины, едва слышно шепнула ему в губы:
– Нам всего лишь нужно свести в круге Алину и Веронику. Та, которая получится на выходе, и будет идеалом. Все просто. Влад не сможет противостоять, даже если захочет…
– А ведь и правда… – Шеша вмиг повеселел. – Мы ничего не теряем при любом раскладе.
– Ну, расклад, думаю, очевиден. Вероника сильнее. К тому же я начала целенаправленно готовить ее к предстоящему испытанию. Через полтора месяца она будет на высоте.
– Я не могу ждать полтора месяца, – покачал головой Шеша. – Нужно все сделать раньше. Кали убралась слишком быстро.
– Думаешь, она что-то заподозрила?
– Кали очень умна, поэтому чем быстрее мы проведем ритуал, тем будет спокойнее. Не стоит недооценивать противника. Тем более если он хитер и силен, как Многоликая.
– Мне потребуется недели две, не меньше, – покачала головой Елена Владленовна. – Иначе может случиться так, что в круге окажутся только побежденные. Девочка не готова, она пока не понимает, что делает. Действует на сиюминутных желаниях и инстинктах. Этого мало.
– У тебя есть десять дней. Больше дать не могу. Все это время не спускай с Алины глаз. Я должен знать о каждом ее шаге. И молись, чтобы не случилось какой-нибудь неожиданности, иначе придется действовать быстрее.
– Хорошо, постараюсь подготовить Веронику в сжатые сроки. Что же касается Алины… Я нашла того, кто сможет за ней присмотреть.
Елена Владленовна грациозно соскользнула со стола, поправив задравшуюся юбку-карандаш.
– Вероника слишком эмоциональна и слишком заинтересована.
– Не она. У меня есть более ответственный и надежный кандидат.
– Тогда действуй, я в тебя верю.
Шеша поднялся, убрал в папку разложенные на столе бумаги и, придержав дверь для своей помощницы, вместе с ней вышел в коридор.
Алина
Мне очень быстро надоело сидеть и жалеть себя. На смену отчаянию пришла жажда действий. Было просто необходимо предпринять хоть что-то.
После подслушанного разговора я не могла посоветоваться хоть с кем-нибудь. До последнего момента Влад оставался единственным, с кем я была готова поделиться своими опасениями и подозрениями без боязни сойти за сумасшедшую. Но как я и подозревала, он оказался одним из тех, кто причастен к странным происшествиям в лицее. Влад отлично знал, что произошло с Машей, но не хотел информировать меня или Георгия Романовича. Парень так сильно стремился сохранить тайну, что даже подстроил аварию, в которой мы могли серьезно пострадать. При воспоминании у меня до сих пор начинали трястись руки.
Вспомнив пропавшего преподавателя, я поспешно залезла в телефон и отыскала в адресной книге номер, с которого он мне звонил перед нашей злосчастной поездкой. Дрожащими пальцами нажала на кнопку вызова, сильнее всего переживая о том, что и этот абонент окажется «вне зоны действия сети». Я хотела всего лишь убедиться в том, что с Георгием Романовичем все в порядке, и взять у него действующий телефон Машиных родителей. Вдруг получится дозвониться до них и договориться о встрече? Конечно, я подозревала, что вчера вечером Георгий Романович мне врал. Не представляю, что с ним сделал Влад. То ли загипнотизировал, то ли подкупил, то ли запугал… Да и не хотела я сейчас об этом думать. Просто считала преступным упускать пусть и незначительный шанс докопаться до правды. Вдруг по телефону Георгий Романович скажет хоть что-нибудь.
К моей радости, в трубке пошли гудки. Георгий Романович ответил практически сразу, только вот разговора с ним не получилось. Наш бывший преподаватель был удивлен, услышав девчоночий голос. Он не помнил ни меня, ни лицея, ни нашей поездки и утверждал, что только сегодня вернулся из путешествия по Испании.
Я была настолько поражена и раздосадована, что в первый момент кинулась что-то объяснять и доказывать, но Карташов просто отключился, оставив меня в еще большем недоумении.
Выбора больше не было. Последний шанс узнать, что произошло с Машей и почему все так сильно не хотят, чтобы я ехала к ней домой, – это действовать
