остальными.
Но, несмотря на полную нищету, я был счастлив, что с Николь все было хорошо. Я услышал ее крик, когда показывал лесопилку, долго не думая схватил топор и кинулся ее спасать.
Но увидев эти глаза, замялся. Всего на секунду, прежде чем Эдвард нанес мне удар. Вуулен подоспел вовремя. Стрелял он дерьмово. Пока я встал с земли, Николь уже без страха успела загородить Эдварда собой.
Оценил ли мой брат то, что она спасла ему жизнь? Я не знал. Он никогда ничего не ценил. Зато у него хватило ума, чтобы убежать.
Я прижимал к себе трясущееся тело жены и был счастлив, что с ней все было хорошо. Помимо Эдварда ее запросто мог застрелить пьяный Вуулен.
Когда мы остались один, я долго успокаивал Николь. Она рыдала и тряслась, а еще жалела меня, из-за чего мне становилось больно за нее.
Она рассказала о письмах, о Кэтрин, об Эдварде и подтвердила, что я и так знал. Мой отец конченый мерзавец.
Я пообещал Николь найти, где Кэтрин похоронили, и придать ее земле как полагается. Это немного успокоило мою жену.
А еще она рассказала про Эдварда и проклятье. И о том, что его можно снять. Только в момент, когда вспоминал об этом, ее глаза загорелись, немного успокоилась. На нашу кровать прыгнул рыжий кот. Николь радовалась как маленькая, что с ним все хорошо. По словам Николь она убежала только благодаря коту.
Кот лег рядом с моей женой и громко замурлыкал, Николь стала спокойнее. Ее потянуло в сон.
- Прости меня, Дэйрон, – уже засыпая, говорила она. – Я тебя разорила…
- Это неважно. Я еще заработаю деньги, – говорил я, гладя Николь по волосам, словно маленькую девочку.
- Я люблю тебя, – сказала она, всхлипнув все еще мокрым носом.
- Я тоже тебя люблю, – искренне ответил, отчего Николь улыбнулась и даже немного покраснела. Это заставило меня наклонится и поцеловать ее. – Хочешь, расскажу, как работает лесопилка.
Николь кивнула скорее из вежливости, чем из настоящего интереса. Но я знал, что ей сейчас это было необходимо. - Сначала нужно найти хорошее дерево, – начал я рассказ, сам зевая.
На середине интереснейшего доклада, Николь заснула, и я готовился сделать тоже самое. Пока в дверь ни раздался стук.
Больше всего я боялся, что он разбудит Николь, поэтому старался выйти и спуститься как можно быстрее. Добежав до первого этажа, я открыл дверь и увидел неожиданного гостя.
Передо мной стоял доверенный нашей семьи и выглядел он крайне серьезно.
- Что-то случилось с золотой жилой?
Испугался я, Сорн и в извиняющем жесте снял шляпу.
- Прощу прощения, что побеспокоил вас, лорд Дэйрон. У лорда Нельсона все прекрасно. Работа идет. Я по личному делу… Позвольте войти.
Я отступил от двери, позволяя Сорну войти. Совершенно не представляя, что именно может сказать мне доверенный. Возможно, Эдвард вернулся и больше Сорн служить мне не будет. Но стоило ли ради этого ехать? Отправил бы письмо.
Сорн прямо в холле открыл чемодан, вытаскивая одну единственную бумагу и вручая ее мне - Свидетельство о браке? – вскинул я бровь, всматриваясь в обычное подтверждение, которое говорило, что мы с Николь муж и жена.
- Так и есть, только вчера оформили, и я поспешил выехать и поздравить вас с этим.
- Благодарю, – искренне улыбнулся я. – Вы проделали такой долгий путь, чтобы сообщить, что бумага готова? Думаю, я могу предложить вам чай.
- Не стоит, – сказала Сорн, доставая еще одну бумагу.
- Я хотел бы огласить завещание вашего отца.
Я поморщился от напоминания, что у меня вообще есть отец. Но Сорна это не смутило.
- Согласно последнему слову, все завещание рода Лэстер достается наследнику рода Лэстер, только после того, как тот получит официальное подтверждение брака с леди Николь Нельсон. В ином случае требую отдать все мое имущество многочисленным теткам. Оставив наследника без наследства.
Сорн выдохнул, всовывая мне в руки бумагу, пока я стоял ошарашенно и обдумывая услышанные слова.
- И что это значит?
- Позвольте пояснить. Лорд Эдвард, во время помолвки с леди Николь, позволил себе интрижку с другой девушкой. С чем он и пришел к вашему отцу.
Я поморщился. Это было обычное дело для моего любвеобильного брата.
- Тогда лорд Лэстер пришел в ярость, он был так зол, что клялся лишить его наследства, и вызвал меня, чтобы я составил завещание, так сказать, его последнюю волю.
- И Эдвард знал…
- Нет, – уверенно сказал Сорн, покачав головой. Лорд Лэстер не велел говорить. А потом он захворал и слег. Эдвард Лэстер узнал об этом завещании, когда пытался обналичить чековую книжку и получил отказ.
Теперь все стало окончательно ясно. Вот в чем было дело. Он и не думал жениться на Николь до тех пор, пока не узнал о последней воле отца. Поэтому он посылал письма, и открыл Николь мою тайну.
Но кое-что, все же не складывалось в общую картину.
- Но здесь нет имени, – начал я понимать, к чему был этот разговор. – Отец бы не допустил такую ошибку…
- Я допустил, – как-то странно сказал Сорн. – Должно быть, не заметил.
Я посмотрел в глаза доверенного.
- Я знал вашу матушку, – неожиданно сказал он. – Она была очень хорошим человеком. Доброй с чистой душой. Если бы я знал, как ей было сложно, я бы обязательно пришел к ней на помощь. Но, увы, помочь ей не представилось возможным. Но я верю, что она здесь рядом, следит за вами в виде духа и оберегает.
И пока я обдумывал услышанное, не в силах поверить, на лестнице раздался голос…
- Дэйрон, господин Сорн, – Николь встала как вкопанная. – Что-то случилось? С папой…
Голос Николь сорвался. Я читал в ее глазах испуг.
- Кажется, мы только что стали богатыми, – сказал я еще неуверенный в своих словах.
- Богатыми? – удивленно спросила она, не отойдя ото сна, и смотрев то на меня, то на Сорна. – Но как?
- Скажем так, - улыбнулся я. – Мне досталась самая дорогая жена всей столицы.
Глава 49
Часы на стенке продолжали тикать. Стрелка словно не двигалась, застыв и никак не желая ускорить свой ход.
Я то вставала, то снова садилась, стараясь не ходить от нервов и не пачкать белое платье.
