не будет готов, пока не станет такой же знаменитостью, как Марлон Брандо и Ричард Бэртон вместе взятые. Неужели он не знает о своем таланте и о том, что ему обязательно повезет? Поэтому ее план был — забеременеть «случайно»: от таблеток у нее болела голова, а резиновые изделия она считала отвратительними. Ги сказал на это, что подсознательно она продолжает оставаться доброй католичкой, хотя никаких дальнейших объяснений она ему не давала. Он снисходительно изучал ее календарь и избегал «опасных» дней, хотя каждый раз она говорила: «Нет, сегодня можно. Я уверена, что сегодня безопасно».
И вот снова в этом месяце он выиграл, а она проиграла в их недостойном соревновании, о котором он даже не подозревал.
— Проклятье! — Она с силой стукнула банкой по плиге.
Из комнаты отозвался Ги:
— Что там случилось?
— Я ударила локоть!
Теперь, по крайней мере, она поняла причину своей сегодняшней депрессии.
Черт побери! Если бы они не были женаты, она бы уже раз сто успела забеременеть!
Глава седьмая
На следующий вечер, сразу после ужина, Ги отправился к Кастиветам. Розмари размышляла, чем ей лучше заняться после уборки кухни: сделать подушечки на подоконники или забраться в кровать с романом «Дитя в земле обетованной», но неожиданно в дверь позвонили. Это была миссис Кастивет со своей подругой — низенькой, пухлой, улыбающейся, и с большим значком на груди, призывающим выбрать Бакли в мэры города. Подруга была в зеленом платье.
— Привет, дорогая. Мы тебе не помешали? — спросила миссис Кастивет, как только Розмари открыла дверь. — Это моя близкая подруга Лаура Луиза Макберни, она живет на двенадцатом этаже. Лаура Луиза, а это жена Ги — Розмари.
— Здравствуй, Розмари. Добро пожаловать в Брэм- форд!
— Лаура Луиза только что познакомилась у нас с Ги и захотела познакомиться с тобой, поэтому мы и пришли. Ги сказал, что ты осталась дома и ничем не занята. Можно войти?
Розмари вежливо проводила их в гостиную.
— О, у вас новые стулья, — заметила миссис Кастивет. — Какие красивые!
— Их привезли сегодня утром.
— Ты себя хорошо чувствуешь, дорогая? Ты выглядишь разбитой.
— Все в порядке, — ответила Розмари. — Просто у меня первый день месячных.
— И ты осталась совсем одна? — удивилась Лаура Луиза, присаживаясь. Когда у меня были первые дни, я не могла ни двигаться, ни есть, вообще ничего не могла делать. Дэн давал мне джин через соломинку, чтобы боль утихала. Вообще мы с ним — стопроцентная сдержанность, кроме вот таких дней.
— Девушки сегодня лучше справляются с трудностями, чем мы, бывало. — Миссис Кастивет тоже присела на стул. — Они крепче нас благодаря витаминам и хорошему медицинскому обслуживанию.
Женщины принесли с собой совершенно одинаковые зеленые мешочки для ручной работы, и, к удивлению Розмари, Лаура Луиза вынула оттуда вышивание, а миссис Кастивет — штопку, приготавливаясь к длинному вечеру, работе и разговорам.
— А что это там у тебя? — спросила миссис Кастивет. — Чехлы для стульев?
— Подушечки для подоконников, — ответила Розмари и, подумав: «Ну ладно, будем работать», взяла вышивание и присоединилась к женщинам.
— Ты сильно изменила эту квартиру, Розмари, — заметила Лаура Луиза.
— Да, пока я не забыла, — перебила миссис Кастивет. — Это тебе от меня и Романа… — Она дала Розмари маленький сверток из розовой подарочной бумаги, внутри которого находилось что-то твердое.
— Мне? — переспросила Розмари. — Я не понимаю.
— Это небольшой подарок. — Миссис Кастивет махнула рукой, как бы развеивая удивление Розмари. — В связи с вашим переездом.
— Но вам не стоило так беспокоиться… — Розмари развернула помятую бумагу. Внутри лежал талисман Терри — филигранный серебряный шарик с цепочкой. Резкий запах из шарика заставил Розмари отпрянуть.
— Он очень старый, — пояснила миссис Кастивет. — Ему более трехсот лет.
— Очень красивый, — ответила Розмари и, разглядывая талисман, размышляла, стоит ли говорить, что Терри ей его показывала. Но теперь было уже поздно, момент упущен.
— То, что находится внутри, называется таннисовый корень, — объяснила миссис Кастивет. — Он приносит счастье.
«Но только не Для Терри», — подумала Розмари, а вслух сказала:
— Очень милый, но я не могу принять такой…
— Ты его уже приняла, — перебила миссис Кастивет, штопая коричневый носок, даже не взглянув при этом на Розмари. — Надевай.
— Ты очень быстро привыкнешь к этому запаху, — добавила Лаура-Луиза.
— Ну, давай, — настаивала миссис Кастивет.
— Спасибо.
Неуверенно Розмари надела цепочку и спрятала шарик под кофточку. На секунду она почувствовала неприятный холодок между грудей. «Как только они уйдут, я его сниму», — решила она.
Лаура Луиза продолжала:
— Один наш общий знакомый сделал эту цепочку вручную. Он бывший зубной врач, а это его хобби — изготовлять всякие ювелирные изделия из золота и серебра. Тыс ним когда-нибудь познакомишься у Минни и Романа, я в этом просто уверена, потому что у них часто бывают гости. Ты, наверное, познакомишься со всеми их друзьями, то есть с нашими друзьями.
Розмари посмотрела на Лауру Луизу, на секунду оторвавшись от своей работы. Та раскраснелась, смутилась и последние слова скомкала. Минни не обратила на это внимания, поглощенная своей работой, Лаура Луиза заулыбалась, и Розмари тоже улыбнулась ей.
— Ты сама себе шьешь? — спросила Лаура Луиза.
— Нет, — ответила Розмари, с удовольствием меняя тему. — Я иногда пытаюсь, но у меня плохо получается.
Вечер удался на славу. Минни рассказала много забавных случаев о своем детстве в Оклахоме, а Лаура Луиза поделилась с Розмари несколькими секретами шитья и пространно объяснила, почему у Бакли, кандидата в мэры от консерваторов, есть реальная возможность выиграть на выборах, хотя положение его сейчас весьма невыгодное.
Ги вернулся в одиннадцать, очень тихий и задумчивый. Он еще раз поздоровался с женщинами, прошел к Розмари, нагнулся и поцеловал ее в щеку.
— Уже одиннадцать? — удивилась Минни. — Боже мой! Пойдемте скорей, Лаура Луиза!
— Приходите ко мне в гости, — сказала на прощанье Лаура-Луиза. — В любое время. — Женщины уложили шитье и штопку в мешочки и быстро удалились.
— Ну как рассказы? Так же захватывающи, как и вчера? — спросила Розмари.
— Да, — ответил Ги. — А ты здесь не скучала?
— Все в порядке. Я занималась вышиванием.
— Вижу.
— А еще подарок получила.
Она показала ему талисман.
— Раньше его носила Терри. Они сначала ей его подарили — она мне показывала. Полиция, наверное… вернула его.
— Может быть, она даже не надевала его, — предположил Ги.
— Нет, надевала. Она им так гордилась, будто это был первый и единственный подарок в ее жизни.
Розмари сняла талисман и положила его на ладонь, потом взялась за цепочку и начала медленно раскачивать шарик.
— Ты будешь его носить? — спросил Ги.
— Он плохо пахнет.
