Несколько раз на подходе к лагерю и пару раз после въезда в него Наиля и Микона останавливали патрули, выясняя их личности. Напарники терпеливо предъявляли свои жетоны королевских разведчиков, после чего спокойно проезжали дальше. Постепенно перед их взорами выростала мощная крепостная стена, тянувшаяся в обе стороны вдоль границы. Через определенные промежутки на стене были построены смотровые башни, с которых велось наблюдение за действиями вражеских сил на хальминской стороне. Стены расходились в стороны от города-крепости с внушительными круглыми башнями по периметру и просто исполинским донжоном, поднимавшимся над тремя кольцами защитных стен. Все это сияло в магическом зрении просто безумным количеством энергии, намекая на еще один, а может, и не один слой обороны.
Город-крепость гордо носил название «Восточная застава». Именно он сейчас был основной преградой силам Хальмина на пути в земли Альзарда. Несколько лет назад крепость была взята врагом и разрушена, но после того как Дарнак, возглавив Восточную армию, смог отбросить захватчиков обратно за линию границы, крепость была восстановлена и укреплена дополнительно. Наиль во время работы в комендатуре Затона, слышал, что после победы над Хальмином генерал лично приехал в столицу и устроил королю форменный скандал, попутно дав кулаком в зубы попытавшемуся его осадить военному министру, Дарнак на пальцах разъяснил, что происходит и чем грозит попустительство. К счастью, Альзард Второй, хоть и был узколобым упрямцем, но в ведении войны толк знал. Он не только не наказал наглеца, но, напротив, зауважал его после случившегося. Альзард сам обладал подобным прямым характером, так что легко пошел навстречу запросу генерала, приказав обеспечить пограничную крепость всем необходимым. И, хотя у Микона к королю было множество претензий, Дарнак с правителем умудрился завести крепкую дружбу. Возможно, потому что оба были солдафонами до мозга костей. Вот только генерал, в отличие от короля, умел мыслить шире. И лишь благодаря этому он смог добиться абсолютной преданности Микона, без которого ему вряд ли удалось бы достичь тех же успехов.
— Стоять! — громко приказал один из караульных на въезде в крепость.
— Королевская разведка! — сообщил Микон, снимая маску и протягивая жетон. — Я — Микон, «темная рука» генерала Дарнака, личность Фантома — государственная тайна.
Ситуация с проверкой магической защиты на жетонах королевской разведки в очередной раз повторилась. Убедившись в личности двух убийц, караульные уважительно пропустили их в город.
Лошадиные подковы звонко ударили по идеально-чистой каменной мостовой, разнося эхо стука копыт по округе. Город создавал угнетающее впечатление. Здесь было необычайно тихо, на улицах не слонялись прохожие, почти все дома представляли собой жилье для военнослужащих с их семьями. Ставни таких домов сейчас оставались плотно закрыты, а изнутри не доносилось ни звука, хотя Наиль отчетливо ощущал, что дома не пустовали. Изнутри каждого жилища исходили волны самых разнообразных чувств, провоцируя у парня стойкую мигрень.
Попав в окружение людей, Наиль осознал, что ему трудно здесь находиться. Человеческие эмоции оказались гораздо сложнее и многообразнее эмоций животных, потому установленные ранее блоки не справлялись с нагрузкой, вызывая головную боль, постепенно становящуюся все сильнее и сильнее.
«Тебе срочно нужен учитель ментальной магии», — заметил Зиргрин. — «Похоже, мои методы просто не полностью подходят для твоего случая. Помнишь мага, которого ты пытал? Если уж решил подчиниться государству, то взамен попробуй выпросить его себе в учителя. Мозги ему уже должны были к этому времени промыть».
Юноша только покривился, пытаясь представить себе, как в его ситуации вообще что-то можно выпрашивать. По всему выходило, что он был на крючке и не мог диктовать свои условия, если хотел обеспечить будущее своей сестры и приемлемую жизнь для себя.
— Ты знаешь, куда нам ехать вообще? — спросил Наиль, когда очередной конный патруль из десятка гвардейцев, проверив их личности, скрылся за поворотом.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Конечно, мы уже почти на месте. Вон, видишь на площади две палатки? Это наши. Личных убийц генерала никогда не селят в жилых домах, если только они не охраняют кого-либо. А палатки ставят рядом со зданием штаба, чтобы при надобности можно было нас с тобой быстро вызвать.
Подъехав к коновязи, напарники оставили своих лошадей молодому младшему секретарю, почему-то поставленному на выполнение подобных обязанностей, скорее всего, за какую-то провинность. Парень приблизительно того же возраста что и Наиль, с восхищением смотрел на скрывающую лицо маску убийцы, протянувшего ему поводья своей лошади. Наиль только тяжело вздохнул и отвернулся. Они одного возраста, но живут в совершенно разных мирах.
Внутри штаба перед парочкой убийц все уважительно расступались, провожая их опасливыми взглядами, сверлившими спины.
«Рано или поздно ты привыкнешь к этому», — посочувствовал Зиргрин, по укрепившейся связи четко ощущавший, как некомфортно было его ученику в таких ситуациях.
Когда Зиргрин стал королевской тенью, к нему было еще более опасливое отношение. Где бы он ни появлялся — люди старались держаться как можно дальше. Королевские тени в Керме, хоть и были личными телохранителями королевской семьи, но вызывали ужас тем, что подчинялись только лишь одному своему хозяину, всех остальных заведомо воспринимая в качестве угрозы. Королевские тени не могли убивать всех подряд по своему желанию, но если у них появлялся повод… В общем, в те времена у Зиргрина не было никого, кроме своего хозяина, да и тот использовал его в качестве инструмента. Дружба между ним и будущим королем Керма зародилась далеко не сразу, да и в то время это сложно было считать дружбой. Возможно, такое понятие не было к ним применимо даже после того, как Зиргрин был освобожден от подчиняющего заклятия. Он до сих пор не уверен, почему остался рядом с Ренаном…
— Доложи, — коротко приказал Микон сидевшему за столом перед кабинетом Дарнака секретарю.
Секретарь привычно кивнул, тут же постучав в дверь кабинета командующего. После разрешающего рявка, он скрылся в кабинете, а через несколько минут вновь появился, оставляя дверь приглашающее открытой.
Кабинет генерала был действительно огромным. Как и в деревне, здесь также большую часть помещения занимал огромный стол с картой. Единственное окно было высоким, но узким, почти не пропуская внутрь дневной свет. Из-за этого помещение освещалось магическими лампами, дающими несколько неестественный свет. Вдоль стен стояли стеллажи с различными книгами и свитками, а по углам были установлены разнообразные доспехи, от легких кольчужных и кожаных, до тяжелых рыцарских. Все они явно принадлежали Дарнаку, поскольку имели его размеры, кои не так просто встретить даже среди рыцарей королевской гвардии.
— Явились, — недовольно сверкнул глазами сидевший за заваленным бумагами столом Дарнак, когда его секретарь услужливо закрыл дверь с другой стороны, отрезая кабинет от внешнего мира. На стенах, полу и потолке вспыхнуло тусклое сияние изолирующей защиты, указывая на то, что это место невозможно прослушать. — Где вас носило?
Наиль стоял без движения, позволяя Микону рассказать обо всем, что происходило во время выполнения задания по устранению хальминского стратега. Дарнак слушал, не перебивая своего подручного, но на его лице поселилось хмурое выражение, которое с каждой «новостью» становилось все более холодным.
— Так, — отбросил от себя перо Дарнак, измазав чернилами на его кончике сразу несколько лежавших на столе документов. — Наиль, здесь ты можешь снять маску. И вообще, — генерал указал на стул с высокой спинкой возле его стола, — присядь. Нам с тобой нужно поговорить.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Юноша, все последнее время пытавшийся морально себя подготовить к этому разговору, тяжело вздохнул, после чего стащил маску и сел на указанный стул.
— У меня проблемы, верно? Микон уже обрисовал мне мою ситуацию.
