– Опять свидетели, – простонала Светлана и потянула Олега к потертому кожаному диванчику, – тогда действительно сядем. Это же, наверняка, на три часа разговоров.
– Ну уж на три… любите вы преувеличивать, Светлана Дмитриевна!
Преувеличение оказалось совсем небольшим – на составление протоколов ушло два с половиной часа. За это время «основные свидетели», принимавшие активное участие в сочинении заковыристых формулировок, успокоились, а Светлана так даже начала находить в создавшейся ситуации нечто забавное. Наконец, все бумаги были подписаны и, получив от Керженцева устную благодарность и фирменный конверт в котором лежали два билета на самолет, Светлана с Олегом направились к дверям.
– Впрочем, что же это я, – остановил их Павел Александрович уже в коридоре. – Дон, подбрось товарищей… куда вас, домой отвезти?
– Лучше ко мне на работу, – Светлана посмотрела на Олега, улыбнулась ему и снова обернулась к Керженцеву, – мне обязательно несколько технических вопросов решить надо. Отпуск оформить, разобраться с текстами кое-какими, авторов передать… вообще, поговорить с начальством о будущем. – При этих словах, Олег чуть сильнее сжал ее руку и Светлана, в ответ, на секунду прижалась щекой к его плечу. – Это не сложно?
– Никаких проблем, – заверил Павел Александрович. – Дон, действуй!
– Простите, – уже в машине спросил Олег, – но меня мучает вульгарное любопытство. Дон, это же не фамилия, а что-то вроде клички…
– Позывной, – сдержанно поправил его Дон.
– Позывной, – поправился Олег, – а почему Дон? В честь реки? Вы родом из тех мест?
– Не-а, – парень вдруг улыбнулся, физиономия его стала совершенно мальчишеской. – На самом деле правильно говорить «благородный дон». Это у Злотникова сериал есть, «Вечный» называется. Там как раз благородные доны действуют, крутые ребята. Вы как, фэнтэзи не интересуетесь?
– Да как-то не очень, – признался Олег.
– А мне нравится. Особенно в стиле экшен. И не веришь ничему, а читать интересно! Вот мне недавно одна книжка попалась…
Ехать до «Подсолнуха» было не больше десяти минут, но за это время Дон, хотя и коротко, но вполне внятно успел изложить содержание аж трех книжек любимого жанра. В одной злобные пришельцы захватывали землю, с целью получения в полное и безраздельное пользование полезные ископаемые в недрах планеты. Попутно, они собирались превратить всех землян в безмозглых рабов, путем распыления над планетой специального порошка. Пришельцев скрутил в бараний рог и мощным пинком выкинул обратно в космос некий, находящийся в отпуске спецназовец. Незначительную поддержку в этом благородном деле, большей частью моральную, ему оказала случайно встреченная девица, которая, являясь химиком-микробиологом по специальности, сумела вовремя разобраться в зловредных свойствах сыплющегося с неба порошка. Вторая книга повествовала о коварных пришельцах, повадившихся похищать землян для последующей продажи третьей стороне в качестве запчастей для ремонта оборудования, выращенного на органической основе. Этих разметелил мастер по ремонту холодильников, который, по оставшимся читателю неведомыми причинам, провел детство в Китае, в Шао-Линьском монастыре и, будучи мальчонкой смышленым и любознательным, выведал у тамошних монахов тщательно охраняемые от посторонних, секреты рукопашного боя. Душевную поддержку, вместо девицы-химика, ему оказывала ручная морская свинка по кличке Дуся – животное редкостного ума и красоты. В третьей книжке, действие было перенесено с Земли на одну из планет дальнего космоса. Там, в разгар гражданской войны, которую с большим энтузиазмом вели аборигены, совершил аварийную посадку звездолет землян. Экипаж звездолета, не разобравшись в ситуации, поддержал сначала не тех, кого следовало. Но уже к середине книги, ребята поняли, что погорячились, развернулись на сто восемьдесят градусов и принялись глушить бывших союзников, помогая той стороне, которая была этого достойна, даже по строгим земным меркам. Отличительной особенностью последнего романа было то, что экипаж был сугубо мужской, а что касается обитателей планеты, то если среди них и встречались женщины и домашние животные, участвовать в действии автор их не пригласил.
Слушая Дона, Светлана тихо давилась от смеха, а Олег проявил такой неподдельно-восторженный интерес, что доставив их на место, парень уехал в полной уверенности – любимый им литературный жанр приобрел с этого дня еще одного верного поклонника.
Только войдя в здание, поздоровавшись с Олечкой и увидев, с каким интересом она уставилась на ее спутника, Светлана сообразила, что привезти Олега сюда было не самым мудрым поступком. Попытка уговорить его выйти на улицу и подождать в кафе, пока она разберется с делами, успехом не увенчалась. Разом перестав веселится, Олег коротко и доходчиво объяснил ей, что натерпевшись такого страха, он не собирается спускать с нее глаз даже в столь безопасном заведении, как литературное агентство. И поэтому будет держать ее на расстоянии вытянутой руки, на коротком поводке, в пределах прямой видимости – одним словом, выбор формулировки он предоставляет ей, как профессионалу. Главное, что суть неизменна: он будет рядом.
– Хорошо, – Светлана даже не пыталась притворяться, что ее огорчает такая позиция. – Только имей в виду, на тебя все будут пялиться.
– Думаю, что смогу это выдержать, – уверенно заявил Олег. – Тем более, дело привычное.
Ха, привычное! Оказалось, что стоять на сцене со скрипкой, пусть на тебя при этом смотрят или, как Светлана выразилась, пялятся, тысяча человек, гораздо проще. Олег, конечно проявлял благородную сдержанность, но удовольствие он получал примерно такое же, как если бы разлегся позагорать на муравейнике.
То есть встретили-то их в комнате с большой черной семеркой на дверях очень чинно. Светлана познакомила его с Лидочкой и Ниной коротко, никак не определяя его статус. Но по мгновенно загоревшимся глазам женщин, было совершенно ясно, что они и так все прекрасно поняли.
– Девочки, мне надо с Леней поговорить, а вы пока Олега кофе угостите, пожалуйста, – распорядилась Светлана и пошла к начальству.
Он дернулся было за ней вслед, но сдержался. Все-таки, «не спускать глаз», было выражением фигуральным. Олег присел на расшатанный деревянный стул и выдал Светланиным сослуживицам самую светскую улыбку из своего арсенала.
После минутной заминки, вызванной не столько смущением, сколько понятным желанием разглядеть его получше, они развили бешенную активность. В один момент был наполнен водой и включен электрический чайник, а в чашки и бокалы был насыпан кофейный порошок, смешанный с сахаром. Чайная ложечка оказалось, почему-то, только одна и, естественно, ее сунули в бокал гостю. Нина, легко преодолев слабое сопротивление Лидочки, отобрала у нее пакет с французским фигурным печеньем, купленный к ужину по поручению мужа-сладкоежки, и, распечатав, выставила на стол.
