Читаем без скачивания Гвардия Бога Войны - Дэвид Вебер

– Мне? – Вейжон выпрямился, изумленно подняв брови.

Хартан пожал плечами.

– Мы же говорим о градани, Вейжон. И добрая четверть из них – Кровавые Мечи, – терпеливо пояснил он. – Мы только что решили, что они не должны присягать Базелу. И мне тоже, потому что я его близкий родственник. То же самое касается Гарнала, даже если он и смог бы сдержаться и не выхватывать поминутно оружие при виде Кровавых Мечей. Значит, остаетесь только вы с Керитой. Но скажи мне, будь так добр, ты представляешь себе Кровавого Меча, приносящего клятву воину-женщине?

– Не вижу проблемы, – возразил Вейжон после секундного размышления. На этот раз брови Хартана удивленно поползли вверх, а плечами пожал Вейжон. – Не сомневаюсь, поначалу они скептически отнесутся к ней как к воину, но, как ты только что сам заметил, мы говорим о градани. А кого ваш народ предпочитает видеть в роли государственных советников и судей?

– В этом ты прав, мальчик, – вмешался Базел, прежде чем его кузен успел ответить, – но мне кажется, ты не совсем понял Хартана. Женщины у нас служат судьями, послами и советниками, это так. Но они никогда не были военачальниками, даже у Железных Топоров. Во всем мире не найдется и дюжины Кровавых Мечей, согласных принести Клятву Томанаку, если ее будет принимать женщина.

– Тогда им лучше не являться и ко мне, – с угрозой в голосе произнес Вейжон. – Если Керри им недостаточно хороша…

– Ты слишком долго прожил среди градани, Вейжон! – со смехом прервал его Хартан. – Есть способ разрешить конфликт, не вынимая мечей. Думаю, если ты все разъяснишь им как следует, никто не подвергнет сомнению право Керри находиться среди нас. А если они все равно этого не усвоят, сомневаюсь, что ей понадобится твоя или чья-то еще помощь, чтобы оттаскать маловеров за уши. – Вейжон залился румянцем, потом рассмеялся. Хартан пожал плечами. – Но, не познакомившись с ней поближе, они не осознают, кто она такая. Если ты не собираешься сразу же изрубить их в куски и тем самым покончить со всеми разногласиями раз и навсегда, лучше принять во внимание предрассудки градани, выслушивая их первую клятву.

– Если этого не может сделать Базел или ты, есть же еще Харкар, Эрих, Шалак…

– Да, конечно, но все они Конокрады, – поддержал Хартана Базел. – К тому же никто их них не является избранником, значит, выбора у нас просто нет… господин избранник.

Вейжон, собиравшийся что-то ответить, закрыл рот и посмотрел на Базела.

– Ладно, – со вздохом согласился он. – Пусть будет так.

Князь Бахнак Каратсон отвернул крышку кожаного футляра, который протянул ему покрытый грязью гонец, и достал записку. Старшие офицеры расступились, давая князю пройти к столу, все разговоры почтительно затихли. Как и Бахнак, многие из них узнали на футляре печать его третьего сына, Тормака. Само письмо тоже было написано рукой Тормака, словно он побоялся доверить его писцу. Когда Бахнак пробежал глазами аккуратные строчки, он понял почему.

Дочитав письмо, князь снова скатал его в трубочку и принялся задумчиво постукивать им по левой ладони, внимательно всматриваясь в карту. Он чувствовал, что офицеры не сводят с него глаз и почти физически ощущал их нетерпение. Все они были Конокрадами. Половина – из его собственных Железных Топоров, но остальные представляли другие крупные кланы. В отличие от давних союзников, они были плохо знакомы с его привычками. С другой стороны, все они знали, что в последней войне его тактика привела к блистательной победе, поэтому даже самые консервативные из них не осмелились бы возражать ему вслух.

При этой мысли он усмехнулся, припоминая дни, когда ему приходилось орать во всю силу своей мощной глотки, чтобы заставить родной клан прислушаться к его «радикальным» идеям. Он не забыл, как его отец впервые заговорил о необходимости карт и какой вой при этом подняли консерваторы. Его собственные нововведения действительно были гораздо радикальнее… в том смысле, что они были всем заметны. Лично он всегда верил в полезность карт, о которой толковал Карат. А настоящий переворот свершился, когда Бахнаку удалось настоять на тщательном планировании всех деталей будущей битвы, хотя большинству воинов было не понять, в чем тут прок.

Бахнак нашел глазами Дургаж, город на севере Харграма. Сообщение Тормака подтверждало, среди прочего, что очередной груз тайно прибыл из Даранфела. Бахнак в очередной раз изумился, как Килтандакнартасу удалось подкупить Харалдана IV, чтобы тот позволил пропустить корабль. Зато доставить груз до места было нелегко из-за весенней распутицы на дорогах в большинстве Приграничных Королевств. Более того, дороги от границ Даранфела до Дургажа вообще не было, и для перехода Тормаку пришлось разделить груз на небольшие порции, которые могли везти мулы. Но, как и в большинстве государств-соседей, в Даранфеле недолюбливали градани. Известие о том, что на кораблях находится груз для Бахнака, да еще оружие, должно взбудоражить весь даранфелский двор.

Конечно, только если королю Харалдану IV вообще хоть что-нибудь об этом известно, подумал Бахнак. Монарх Даранфела не любил градани и не доверял им, к сожалению, не без основания. По-видимому, Конокрадов он не любил чуть меньше, чем Кровавых Мечей, но особого различия между ними не делал. Не каждый купец согласился бы пойти на риск разгневать правителя, пусть даже и небольшого государства. Хотя, конечно, Килтан из Серебряных Пещер не был обычным купцом… и без сомнения, было бы лучше, если бы он просто не счел нужным поведать Харалдану о своих планах.

Главное, Килтану все же удалось осуществить доставку груза – неважно, что ему пришлось для этого предпринять. Кузницы Серебряных Пещер снабдили Бахнака доспехами, алебардами, мечами и топорами в количестве достаточном, чтобы заново вооружить всю его десятитысячную армию. Если его солдаты будут пользоваться нагрудниками и кольчугами гномьей работы, то смогут передать доспехи собственного производства союзникам. Конечно, найдутся те, кто станет бурчать «на тебе, боже, что нам не гоже», но их быстро заставят умолкнуть – все знают, что главный удар примет на себя клан Железного Топора. К тому же то, «что нам не гоже», все равно намного превосходило имевшееся у других кланов.

Ситуация складывается наилучшим для Конокрадов образом, подумал Бахнак, мысленно возвращаясь к другим фактам, изложенным в письме Тормака. Гонец от одного из агентов Марглиты, прибывший в Дургаж едва живым от усталости, передавал, что Чернаж казнил Халашу и еще двоих своих ближайших советников. Вестник должен был привезти это сообщение прямо сюда, к Марглите, но Чернаж разослал по территориям между Навахком и Харграмом многочисленные патрули. Судя по всему, гонцу потребовалось везение самого Норфрама, чтобы добраться даже до Дургажа. И хотя его отчет запоздал, в нем содержались сведения, позволявшие сделать ряд любопытных предположений.