Сайрус Смит правильно обрисовал положение. Он говорил совершенно спокойно, как будто речь шла не о битве с сомнительным исходом, а о самых обыденных работах.
Колонисты без единого возражения одобрили план инженера.
Теперь нужно было всем поспешить занять свои посты, прежде чем рассеется туман.
Наб и Пенкроф принесли из Гранитного дворца запасы пуль и пороха. Гедеон Спилет и Айртон, оба отличные стрелки, получили по карабину, бившему на целую милю. Остальные колонисты взяли каждый по винтовке.
Вот как были распределены посты.
Сайрус Смит и Герберт должны были укрыться в Камине, откуда можно было обстреливать берег у подножия Гранитного дворца.
Гедеону Спилету и Набу следовало спрятаться среди скал в устье реки Благодарности, все мостики через которую были подняты, чтобы затруднить высадку на левый берег реки.
Айртон и Пенкроф спустили на воду пирогу и приготовились занять каждый по посту на островке Спасения.
Выстрелы из четырёх различных точек побережья должны были внушить нападающим представление, что остров населён большим количеством людей и надёжно защищён.
Если пираты высадятся на берег островка, несмотря на обстрел, Айртон и Пенкроф должны будут немедленно сесть в пирогу и присоединиться к другим колонистам; то же самое они должны сделать, если лодка с брига направится в пролив, отделяющий островок Спасения от берега острова Линкольна, чтобы не быть отрезанными от остальных колонистов.
Прежде чем разойтись по местам, колонисты в последний раз пожали друг другу руки. Пенкроф должен был напрячь все силы, чтобы скрыть волнение, прощаясь с Гербертом, которого он любил как родного сына. Затем все расстались.
Сайрус Смит и Герберт первые заняли свой пост. Через две-три минуты Гедеон Спилет и Наб также скрылись среди скал, а ещё через пять минут Пенкроф и Айртон, благополучно переправившиеся через пролив, высадились на островок Спасения и заняли указанные им места за выступами скал на восточном его берегу.
Туман был ещё настолько густым, что их никто не заметил, да и сами они едва нашли дорогу.
Было шесть с половиной часов утра.
Вскоре верхние слои тумана стали рассеиваться. В течение нескольких минут большие клочья его ещё плыли над поверхностью воды. Затем поднялся ветерок и окончательно разогнал туман.
«Быстрый» показался во всей своей красе; он стоял на двух якорях, носом к северу, обратившись к острову своим правым бортом. Как и говорил накануне Сайрус Смит, бриг находился не больше чем в миле с четвертью от острова.
Зловещий чёрный флаг развевался на его мачте.
Инженер в бинокль увидел, что пушки правого борта брига были направлены на остров.
Очевидно, пушкари готовы были открыть огонь по первому приказу.
На палубе «Быстрого» находилось человек тридцать пиратов. Некоторые из них праздно слонялись из стороны в сторону. Другие сидели на баке. Двое, взобравшись на марс, пристально смотрели на остров в подзорные трубы.
Очевидно, Боб Гарвей и его спутники терялись в догадках насчёт происшествия прошлой ночи. Спасся ли этот полуголый человек, пытавшийся взорвать пороховой погреб, дравшийся, как тигр, выпустивший в них шесть зарядов из своего револьвера, убив одного и тяжело ранив двух их товарищей? Откуда он явился? Зачем забрался на борт брига? Действительно ли он думал взорвать бриг, как это предполагал Боб Гарвей? Все эти вопросы оставались без ответа. Но зато у пиратов теперь не было сомнений в том, что неизвестный остров, у берегов которого они бросили якорь, был обитаем и что, по-видимому, обитатели его готовились защищаться. Но, с другой стороны, сколько пираты ни всматривались, они не видели ни живой души. Побережье казалось совершенно пустынным. Может быть, обитатели острова поселились в глубине его?
Надо полагать, что предводитель пиратов задавал себе все эти вопросы и, не получая ответа на них, решил соблюдать величайшую осторожность.
В продолжение полутора часов на бриге нельзя было заметить никаких приготовлений к высадке. Ясно было, что Боб Гарвей колеблется. В лучший бинокль нельзя было рассмотреть колонистов, притаившихся среди скал. Конечно, пирату не пришло в голову заподозрить, что под завесой зелени, на высоте восьмидесяти футов над берегом, в толще огромной гладкой гранитной стены расположено жилое помещение.
Вся видимая с брига часть острова — от мыса Когтя до мыса Северной челюсти — ничем не выдавала присутствия человека на острове.
Однако в восемь часов утра на борту «Быстрого» началось какое-то движение. Заскрипели блоки, и на воду спустилась шлюпка. В неё сели семь человек, вооружённых винтовками. Один из них взялся за руль, четверо за вёсла, а двое последних уселись на носу, держа винтовки наизготовку. Очевидно, это были только разведчики, а не десантный отряд.
Пенкроф и Айртон, скрытые среди скал, затаились, ожидая приближения лодки на ружейный выстрел.
Шлюпка подвигалась к берегу чрезвычайно осторожно. Вёсла опускались в воду с большими интервалами. Видно было, как один из пиратов на носу всё время измеряет глубину лотом, ища фарватер в устье реки Благодарности. Ясно было, что Боб Гарвей решил подвести бриг возможно ближе к берегу. Человек тридцать пиратов, взобравшись на ванты, провожали глазами своих товарищей.
В двух кабельтовых от берега шлюпка остановилась. Рулевой её встал и осмотрел побережье, ища безопасное место для причала.
В эту минуту раздались два выстрела, и лёгкий дымок поднялся над прибрежными скалами. Рулевой и пират, измерявший глубину фарватера, одновременно рухнули на дно шлюпки. Пули Айртона и Пенкрофа уложили их на месте.
Отчаянные проклятия раздались на шлюпке, которая тотчас же снова тронулась в путь. На место убитого рулевого сел один из гребцов.
Почти в тот же миг раздался страшный грохот, клуб дыма вырвался из борта брига, и в скалу, под которой скрывался Айртон, ударило ядро. Стрелок, однако, остался невредимым.
Но вместо того чтобы возвратиться на бриг, как это можно было ожидать, шлюпка быстро поплыла вдоль берега островка, стремясь обогнуть его с юга. Пираты гребли изо всех сил, чтобы поскорее уйти за пределы досягаемости выстрелов.
Их замысел был ясен — они хотели войти в пролив, чтобы стрелки на острове, сколько бы их там ни было, очутились между двух огней — с лодки и с брига.
В течение следующей четверти часа шлюпка беспрепятственно подвигалась вдоль берега островка в полной тишине.
Пенкроф и Айртон, отлично понявшие манёвр пиратов, стремившихся отрезать их от острова, тем не менее не покидали своих постов, то ли не желая выдать себя и попасть под обстрел судовой артиллерии, то ли в надежде, что журналист и Наб, с одной стороны, и инженер с Гербертом — с другой, придут к ним на помощь, открыв стрельбу по пиратской шлюпке.
