Ему оставалось только ждать. И надеяться.
В конце 1966 года и в 1967-м поддерживать надежду стало легче. Причиной тому стал величайший, после изобретения иглы для швейной машинки, прорыв в женской моде: появление мини-юбок, а потом микромини. Мэри Куонт, это же надо, английский модельер, уже покорила Британию и Европу своим бесподобным творением, и теперь вытягивала Америку из трясины психопатической скромности.
Повсюду на суд восхищенных зрителей выставлялись голени, колени и немалая часть бедра. Зрелище это навевало Младшему романтические мысли, и он больше, чем когда бы то ни было, жаждал встречи с идеальной женщиной, идеальной любовницей, второй половинкой своего большого сердца.
И при этом за весь год больше всего ему запомнилась певица-призрак.
18 февраля он вернулся домой во второй половине дня, с семинара, на котором обсуждались принципы вызова духов, и, открыв дверь, услышал голос. Тот самый голос. Та самая ненавистная песня. Голос совсем тихий, иной раз даже пропадающий.
Младший бросился на поиски, но менее чем через минуту в квартире воцарилась тишина. В отличие от декабря, второй раз голос уже не запел.
Более всего Младшего обеспокоило то обстоятельство, что загадочная певунья давала концерт в его отсутствие. Его дом более не был крепостью. В него мог проникнуть кто-то еще.
Конечно, замки никто не взламывал. И он по-прежнему не верил в призраков, поэтому не думал, что кто-то из их братии слонялся по комнатам, пока он сидел на семинаре.
Однако ощущение, что в доме кто-то побывал, не пропадало. Раздраженный, поставленный в тупик, Младший еще долго кружил по молчаливым комнатам.
* * *
19 апреля, в тот самый день, когда непилотируемый «Сер-вейер-3» после мягкой посадки на поверхность Луны начал передавать изображения на Землю, Младший, выйдя из душа, вновь услышал это странное пение, которое доносилось из мест более далеких, более инопланетных, чем Луна.
Голый, с капающей с тела водой, Младший обследовал всю квартиру. Как и ночью 13 декабря, голос словно звучал из воздуха, впереди него, потом позади, справа, теперь слева.
На этот раз пение продолжалось долго, достаточно долго для того, чтобы он заподозрил, а не слышится ли оно из воздуховодов. Высота потолка составляла десять футов, так что выходные отверстия воздуховодов располагались достаточно высоко.
Воспользовавшись стремянкой, он добрался до решетки воздуховода в гостиной, но понять, оттуда ли доносится песня, ему не удалось: певунья замолчала, едва он поставил ногу на первую ступеньку.
Несколькими днями позже Младший узнал от Спарки Вокса, что каждая квартира имеет автономную систему воздуховодов. И голоса по ней передаваться из одной квартиры в другую не могут.
* * *
Весной, летом и осенью 1967 года Младший встречался с новыми женщинами, с некоторыми спал, и у каждой из них после нескольких часов, проведенных с ним в постели, несомненно, оставались незабываемые воспоминания. В сердце его, однако, по-прежнему царила пустота.
После нескольких свиданий он более не домогался ни одной из этих красоток, и никто из них не домогался его, если он давал знать, что дамочка его больше не интересует, хотя, безусловно, потеря такого любовника их печалила, даже приводила в отчаяние.
А вот певунья-призрак, в отличие от своих сестер из плоти и крови, не выказывала желания расстаться с ним.
Однажды июльским утром, в публичной библиотеке, где Младший просматривал книги по оккультизму, знакомый голос послышался у него за спиной. В библиотеке женщина пела еще тише, чуть ли не шепотом.
Две сотрудницы сидели за своими столиками, так далеко, что, конечно же, не могли ничего слышать. Младший пришел в библиотеку к самому открытию, и других посетителей в зале не было.
Сплошная стенка полок, уставленных книгами, не позволяла Младшему заглянуть в соседний проход. Стоящие рядами тома уходили вдаль.
Поначалу он фланировал от прохода к проходу, потом ускорил шаг, убежденный, что найдет певунью за следующим поворотом, еще за одним. Вроде бы впереди мелькнула тень. Вроде бы на него пахнуло ее духами.
Он метался по лабиринту библиотечных полок, кружил, то и дело возвращаясь в исходную точку. Оккультизм, современная литература, история, научно-популярная литература, вновь оккультизм. Тень, ухваченная уголком глаза, могла оказаться игрой воображения. Едва уловимый аромат духов затерялся в запахах старой бумаги и клея. Но он спешил, огибал полки, снова спешил, пока наконец не остановился, тяжело дыша: вдруг осознал, что давно уже не слышит песню.
* * *
К осени 1967 года Младший просмотрел сотни тысяч телефонных номеров, изредка выуживая очередного Бартоломью. В Сан-Рафаэле или Маривуде, в Гринбрэе и Сан-Ансельмо. Находил, проводил расследование, убеждался, что и этот Бартоломью не имеет никакого отношения к незаконнорожденному ребенку Серафимы Уайт.
Между свиданиями с женщинами и вышиванием Младший участвовал в спиритических сеансах, ходил на лекции охотников за духами, посещал дома, в которых обитали призраки, читал книги о непознанном. Даже сидел перед камерой знаменитого медиума, на фотографиях которой в ауре иногда просматривалось что-то инородное и зловещее, но в его случае камера ничего аномального не обнаружила.
15 октября Младший приобрел третью картину Склента: «Сердце — скопище червей и тараканов, все извивается, все копошится, версия 3».
Чтобы отпраздновать покупку, он отправился в кафетерий отеля «Фэрмонт» с твердой решимость заказать пиво и чизбургер.
И хотя Младший обычно питался в ресторанах, за последние двадцать два месяца он ни разу не заказывал чизбургер, с того самого момента, как в декабре 95-го обнаружил четвертак в полурасплавленном чеддере. Более того, в ресторанах он даже не заказывал и сандвичи, ограничиваясь только теми блюдами, которые выкладывали на тарелку в один слой.
В кафетерии «Фэрмонта» Младший заказал жареный картофель, чизбургер и шинкованную капусту. Потребовал, чтобы чизбургер принесли ему приготовленным, но не сложенным: половинки булочки отдельно, рубленую котлету — на своей тарелке с кружочками помидора, кусок сыра — на другой тарелке.
Официант, если и удивился, то вида не подал и в точности выполнил указания клиента.
Младший приподнял рубленую котлету вилкой, убедился, что четвертака под ней нет, положил ее на половинку булочки. Сам соорудил сандвич, добавил кетчупа и горчицы, с удовольствием откусил.
Заметив блондинку, которая поглядывала на него из соседней кабинки, улыбнулся и подмигнул ей, пусть красотой она не дотягивала до его стандартов. Обстановка требовала галантности.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
