После этого странного разговора Амон перестал прикасаться к невольнице. Исключения составляли полеты в Ад. Однако стоило демону опуститься на землю, как он тут же отстранял свою спутницу и отходил прочь. Словом, обращался с ней, как с домашним животным, от которого и проку нет, и избавиться жалко. Бедняга молчала. Хотела один раз спросить, позвала по имени, дотронулась до плеча, но он так яростно отшвырнул её руку, что стало понятно — новому разговору не бывать.
Зато среди претенденток рабыня квардинга явно стала популярна. Во-первых, её Хозяином был демон, которого все боялись. Во-вторых, понимание того, что «красноволосая» больше не является соперницей в битве за Рорка, растопило лед в отношениях. В дни, когда Наставник особенно лютовал, раз за разом отправляя ученицу на землю, девушки молча помогали ей подняться, и даже били не в полную силу, чтобы дать возможность отдышаться. Разумеется, эта поддержка не была незамечена демоном, но он словно дал на неё молчаливое согласие.
А ещё Кассандра поняла, что Нат не издевалась над ней все те дни, которые ниида Амона провела без памяти о прошлом, а искренне переживала, поэтому развязная особа с персиковой кожей нравилась ей все больше и больше. Они обменивались шутками на занятиях, беззлобно подтрунивали друг над другом, и суккуб была рада бы пообщаться вне Поприща, но за Кэсс мрачной тенью стоял ее господин. А это была та тень, игнорировать которую оказалось попросту невозможно.
— Свободны.
Равнодушный голос мучителя прозвучал, как музыка. Измученные претендентки потянулись с арены, вытирая рукавами потные лица. Обладательница растрепанной рыжей косы уже сделала несколько шагов вслед за остальными, когда сзади прозвучало:
— Натэль, Кэсс, вы остаетесь.
Суккуб застонала в голос, но, спохватившись, прикрыла рот ладонью и опустила глаза. С Наставника станется гонять её за этот стон по кругу, как удалого рысака, до самых сумерек. Ниида же обреченно развернулась и с любопытством посмотрела на квардинга. На его спокойном лице сложно было прочесть какие-либо эмоции, но девушке почему-то показалось, что в голубых глазах промелькнуло предвкушение. Что-то задумал.
— Бой, — коротко сказал квардинг.
— Один на один? — осмелилась уточнить обладательница синей шевелюры.
— Нет. Вы двое, против одного противника.
Демон пошел к высокой решетке, отделяющей Поприще от подвала. Того самого, из которого во время первого состязания выбегали животные, а во время второго серые чудища. Рывком поднимая решетку, Амон бросил через плечо: «Приготовьтесь». И тут же отпрыгнул в сторону, потому что из черного проема рванулось что-то огромное багряно-красное.
Как всегда от ужаса крик застрял в горле. Все, что удалось Кассандре — сделать несколько шагов назад на подгибающихся ослабших ногах. Посреди арены стоял, озираясь, громадный дракон, похожий на выпрыгнувшего из мглы тысячелетий диплодока. Тот же длинный хвост, те же мощные лапы и гибкая шея, вот только голова крупнее и окружена, как воротником, черными шипами. Приглядишься получше, поймешь — это не шипы вовсе, и даже не чешуя, а диковинные перья, блестящие, будто воронёная сталь. Эти же перья покрывали мощное тело и свирепо топорщились. Когтистые лапы взрывали песок арены. Страшная голова склонилась в сторону замершей в ужасе претендентки. Та никогда не видела существа огромнее и страшнее. Гигантская голова опустилась почти на один уровень с окаменевшим от страха лицом нииды. Желтые глаза ящера, каждое размером с блюдце, посмотрели внимательно и моргнули, сверкнув мучнисто-белыми пленками век.
Внезапно и усталость, накопившаяся после тренировки, и оцепенение, вызванное страхом, оказались забыты. Желание выжить перебороло все. Натренированное тело ринулось в сторону и в несколько кувырков отлетело прочь. Дракон зарычал утробно и оглушительно. В ответ на этот грозный рев с рук жертвы сорвался шквал ревущего пламени. Увы, оно лишь бессильно стекло по железным перьям, не причиняя чудовищу вреда, только вызвало у него новый прилив ярости. Свистнул длинный хвост, толщиной со столетнее дерево. Кэсс успела подпрыгнуть, но в лицо брызнул песок поэтому, приземляясь, девушка оступилась, рухнула ничком и поняла, что вскочить уже не успеет. Однако она совсем позабыла про Натэль, которая тоже не собиралась сдаваться.
Земля под ослепшей и оглушенной падением воительницей задрожала. Девушка распахнула глаза, однако гигантская красно-чёрная туша даже не покачнулась. Изогнутые когти лишь глубже зарылись в землю. Но вот воздушный вихрь подхватил шлейф песка и швырнул его в желтые глаза. Чудище заревело и принялось по-собачьи тереть лапой морду. Страшная змеиная голова оскалилась из пасти пыхнуло синим прозрачным пламенем. Жар опалил кожу. Ниида снова призвала Стихию, надеясь отвлечь дракона от его новой жертвы.
И опять взвился тяжелый хвост. На этот раз повелительница огня не успела увернуться. Голени задело самым кончиком, не толще хлыста. Но жгучая боль на миг ослепила. Кассандра видела, как полетела наземь ее подруга по несчастью, не успевшая собрать силы для нового удара. И ещё успела понять, что гигантский ящер может видеть только перед собой. Видимо, поэтому он так яростно бил хвостом и именно по этой причине обе претендентки были все ещё живы. Голова на длинной шее крутилась туда-сюда, стараясь не терять из виду обеих букашек, доставляющих монстру столько неудобств своими жалкими попытками его победить. Зверь рычал. Поприще дрожало от тяжелых медленных шагов. Но вот в воздухе раздался пронзительный свист, чудище замерло, подчиняясь приказу, а потом неохотно, вразвалку направилось обратно к черному входу, из которого вырвалось сюда несколько мгновений назад.
Амон стоял над скорчившимися посреди арены девушками.
— Поднялись. Обе.
Несчастные кое-как встали и виновато посмотрели на Наставника.
— Вас хватило на тридцать секунд. Еще тридцать он бы играл с вами прежде, чем убить, — спокойно сказал демон. — Нат, неплохой ход с вихрями, но не заметить хвоста… В следующий раз вы должны выстоять не меньше десяти минут. Свободны.
Суккуб слабо кивнула на прощание и побрела с Поприща, еле волоча ноги.
— Вот я пытаюсь понять, Кэсс, зачем тебе меч? — насмешливый голос квардинга хлестнул по нервам. — Для чего я тебя учу? Ты постоянно пытаешься спалить меня, прекрасно зная, что это невозможно, а теперь вознамерилась испепелить дракона, плюющегося огнем. Ладно в первый раз, но когда ты поняла, что пламя не приносит ему вреда, зачем снова-то? Рассмешить его хотела? Ударить мечом по хвосту было бы умнее.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
