Когда только подкрасться успела, стерва полосатая?! Вроде в стороне сидела, вооруженный нейтралитет демонстрировала и политику невмешательства, ан нет! Стоило парню отвлечься, как уже вцепилась зубами в плотную ткань его рукава и с утробным рычанием потащила свою жертву подальше от меня. Эван резко дернул рукой, оставляя кусок материи в собачьей пасти. Надо было срочно вмешаться, но я почему-то не могла определиться, как именно поступить: начать ругаться или, наоборот, выступить миротворцем. Просто вся эта ситуация мне напомнила устроенную Красоткой игру на берегу озера. То, что она калечить парня не собирается, для меня было очевидно, а вот поведение принца я предсказать не могла.
Он ударил без предупреждения. Ни боевых стоек, ни предостерегающих реплик – ничего этого не было. Эти двое не сходились в бою, не бились на дуэли, они просто не поделили меня и решили этот вопрос, не отходя от яблока раздора. И решил его принц, вспоров Красотке живот, в то время как она просто разорвала его одежду, даже не поранив тело. Неужели он настолько был слеп, что не понял ее безобидной выходки? Или это все не имело никакого значения? Я в оцепенении смотрела, как медленно соскальзывает с ножа звериная туша, как гаснут алые огоньки ее глаз, как безжизненными плетями виснут два длинных хвоста. А в ушах так и стоял предсмертный скулеж убитого существа. Убитого? Но ведь она говорила…
Я всхлипнула. На глаза прозрачной пеленой навернулись слезы. Парень пытался остановить меня, удержать, но я лишь отбивалась от его рук и зло шипела, умываясь соленым дождем собственного горя и не желая слушать его уговоры. Да и какой от них толк, если все равно ничего не понятно. Надежда, которая слабым огоньком теплилась в глубине души, погасла, оставив после себя холод разочарования, замешанный на чувстве безвозвратной потери. Красотка была еще теплая, но уже недвижимая. Ни стука сердца, ни едва уловимого дыхания… и эта жуткая рана, сквозь которую проглядывала темного цвета плоть. Сколько же силы надо было вложить в удар, чтобы сотворить такое с животным размером с теленка?
К моим душевным страданиям добавился еще и страх, примитивный и слепой, тот, что искажает окружение, добавляя в обычный пейзаж зловещие тени, делая звуки более резкими, тревожными, а тишину звенящей. И все вокруг начало восприниматься иначе. Этот страх не позволял думать логически, не давал времени на то, чтобы разобраться в ситуации, он диктовал лишь одну знакомую команду: бойся! И я испугалась. Принца, который по-прежнему пытался меня успокоить. Сначала я сжалась в его руках, как перепуганный котенок, но чем крепче становились объятия парня, чем громче звучал его голос, тем сильнее разгорались паника и злость. Он. Убил. Красотку!
Я начала вырываться так яростно, что парень растерялся. Кажется, я кричала, обзывала его чудовищем и кем-то еще. Он пытался меня удержать и при этом что-то объяснял, стараясь перекрыть голосом мои вопли. Эван указывал на собачье тело и отрицательно мотал головой, рычал и ругался, поминая их любимых злыдней аше-аров вместе с мифическими мирдами, пытался встряхнуть меня и даже попробовал приласкать, за что получил звонкую пощечину. Хлопок прозвучал, как выстрел на старте, и… я побежала. Босые ступни почти не чувствовали земли, промокший в некоторых местах плащ тяжелым флагом развевался за спиной, по которой больно хлестала мокрая коса. Пролетев метров двадцать, я чудом успела затормозить на краю покрытого травой берега, от которого к озеру спускался каменистый склон. Тяжело дыша, взглянула на серебристую полоску водопада и неуверенно обернулась, постепенно приходя в себя.
Мужские ладони легли на плечи так бережно, так осторожно, что на губах сама собой возникла слабая улыбка. А ведь я даже не услышала, как принц подошел. Быстро, бесшумно, незаметно. Он встал рядом и, мягко повернув меня, заключил в кольцо своих сильных рук. Я прикрыла глаза и с готовностью уткнулась носом в его грудь. Тренированный воин, охотник… я воспринимала его как ровесника, а ведь он был в несколько раз старше меня. И опытней, и умней. Так почему же я не могла просто довериться этому человеку? Если он убил Красотку, значит… Нет! Ни черта это не значит!
Меня буквально захлестнула волна ярости. Отшатнувшись, я с силой толкнула Эвана в грудь, намереваясь освободиться от этих ласково-утешительных объятий и высказать ему все, что накипело. Но, видимо, перестаралась, и удар получился слишком сильным, а может, парень просто обо что-то споткнулся и, не удержав равновесия, начал падать. Я в растерянности застыла на краю невысокого обрыва, с которого, ругаясь и рыча, скатился принц. Негромкий всплеск разбудил во мне злорадство. Так тебе и надо, убийца невинных собак! Остуди свой пыл, «герой»!
Проклятия искупавшегося в холодной воде Эвана звучали, как иностранная песня, и я невольно заслушалась переливами мужского голоса, произносящего то протяжные, то шипящие буквы на языке Тайлаари. Увлеченная этим занятием, не обратила внимания на клокочущие звуки за спиной. Мой слух сосредоточился на ругани парня и шуме водопада. Как ни грустно было признавать, что Красотка погибла от руки принца, изменить это я уже не могла. А жить мне хотелось, и вовсе не в золотом зале без окон и дверей. Перспектива остаться здесь одной пугала гораздо больше, чем возможность простить парню его проступок, ну или хотя бы смириться с ним, найдя оправдания. Ведь он думал, что защищает меня. К тому же она сама напала…
Разумные рассуждения вступили в конфронтацию с моими чувствами. Сердце заныло, а к горлу подкатился ком. Я перевела тоскливый взгляд на выбирающегося из воды Эвана. Он отчаянно жестикулировал, крича на меня. Или мне? Когда я обнаружила причину его странного поведения, было уже поздно. Медленно повернувшись на внезапно одеревеневших ногах, увидела, как на меня летит огромная крылатая тень.
– Мама! – пискнула я, зажмурившись. С проворством бывалого хищника огромная виверна сцапала меня поперек туловища и взмыла в воздух. Я слышала крики спешащего на помощь парня и прекрасно понимала, что ему не успеть. Земля быстро удалялась, а над головой в завораживающем ритме двигалось большое перепончатое крыло.
На берегу…
– Я. Ее. Упустил! – Эвана трясло мелкой дрожью, когда он садился на мягкий ковер из примятой травы. И причина такого состояния крылась вовсе не в купании, и уж точно не в ночной прохладе. Все дело было в похищении Зои непонятно откуда взявшимся киприном. – Болван неуклюжий, идиот нерасторопный, – рычал принц, стягивая с себя мокрую одежду и отжимая ее с такой силой, что та жалобно скрипела. А ведь все так хорошо складывалось. Девушке каким-то чудом удалось выбраться из нижнего города и прийти сюда именно в тот момент, когда он находился поблизости. Она могла бы пожить в пещере, пока не утихнет скандал и не появится новая сейлин. Там безопасно и тепло, а уж провизией парень бы ее обеспечил. – Все могло получиться, если бы не эта полосатая тварь с ее душещипательными розыгрыш-ш-шами! – прошипел Эван.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
