Только когда стихийные порывы бушевавшего в душе страха чуть поистерлись временем, а я сам успел более-менее прийти в себя, некоторые следы мой глаз-таки приметил. Это были сгустки так и не впитавшейся в почву зловонной слюны, жирными ртутными каплями мерцавшие через каждые три-четыре ярда. Но более примечательным мне показалось то, что землю, помимо самой слюны, не покрывало ни единого отпечатка трехпалой лапы. Я долго не мог поверить своим глазам, принимаясь оглядывать каждый дюйм поросшей мелкой травой почвы. Но ничего. В это сложно было поверить, и пришлось списать все на обман уморенного беготней и паникой зрения.
Потеряв в этом коридоре много больше времени, чем в предыдущих, я совсем забылся, и в один момент меня все же дернул глас рассудка, призывая ступать дальше и не терять концентрации. Несмотря на так и не ушедшую из ног и груди утомленность, пришлось продолжить путь. Но неожиданно мои уши уловили непонятный, едва различимый каменный скрежет. Ворвавшийся извне звук вмиг смел едва устоявшуюся в душе успокоенность, вновь возбуждая панический трепет. Я тут же прильнул к стене, осторожно выглянул за угол. Некоторое время картина из пары незыблемых, уходящих вдаль пунцовых стен оставалась неизменной. Лишь слышавшийся с каждой секундой все отчетливей скрежет разбавлял воцарившееся здесь усыпляющее безмолвие.
Размеренно переступая с лапы на лапу, шестиконечная тварь мирно ступала по невысокому потолку, показавшись из смежного коридора. Зайдя на середину перекрестка, она вдруг остановилась и как ни в чем не бывало, подобно сурикату, встала на задние ноги, выпрямилась. На манер своеобразного маяка, чудище принялось поворачивать гадкую морду, двумя парами сиявших оранжевым фасетчатых глаз скользя по пунцовым стенам лабиринта.
Я успел втянуться за угол всего за секунду до того, как буркала коснулись моего укрытия. Стараясь присмирить биение взволнованного сердца и заглушить звук дыхания замер, не шевеля и пальцем. Переждав некоторое время, вновь, с преумноженной осторожностью и после короткой нутряной молитвы, потянулся за угол… Исчезла. Без единого шороха. Испарилась, оставив на потолке после себя лишь чуть заметные отметины трехпалых лап. Судя по этим следам, существо двинулось ровно вперед, в левое от меня ответвление.
Поняв, что теперь-то стоять на месте мне совсем запрещается и следует как можно скорее проследовать в противоположном от существа направлении, я отпрянул от стены и уже готовился двинуться в обозначенном курсе, как вдруг моих ушей вновь коснулся знакомый каменный скрежет. И доносился он точно из-за спины. Опережая саму мысль, тело рефлекторно повернулось. Но было слишком поздно.
Неожиданно вывернувшая из перекрестка и вскорости сползшая с потолка тварь, яростно топоча стремившимися по мою душу лапами, в мгновение ока сократила разделявший нас десяток ярдов, и, едва мне удалось понять что к чему, она уже широко расставив конечности скакнула на меня. Я только и успел, что, пригнувшись, рефлекторно отстраниться вбок, однако помог этот маневр несильно. Выросшие из мохнатых пальцев длинные когти оцарапали мою склонившуюся фигуру по лопаткам, вынуждая ноги, под натиском резко и яростно вспыхнувшей боли, подкоситься. Я неуклюжим мешком упал на спину. От столкновения с твердой землей резь в только нанесенных ранах вскипела с новой силой, выбивая из легких мученический стон.
Голова даже не успела толком осознать произошедшее, как существо, не теряя времени понапрасну, уже набросилось на мою лежавшую практически без чувств тушу. Однако кое-как среагировать на атаку я все же словчился: схватил руками раззявленную и звонко клацающую немногочисленными зубами пасть чудища, не позволяя ей оказаться слишком близко к моему лицу. Впрочем, смиряться с подобным положением монстр вовсе не желал, принявшись свирепо обдирать мне лапами куртку на груди, плечах, боках, вскоре прорвавшись сквозь меховую преграду и достигнув плоти. Когти скребли неглубоко, но все равно ощущения от их прикосновений нельзя было назвать хоть сколь приятными. Однако едва ли не тяжелее этой боли переносилась мерзко капающая на лицо, разившая гнилью слюна. Тем не менее, во спасение собственной жизни приходилось мириться и с такими, не самыми сладостными условиями поединка.
До покоящегося на бедре клинка я дотянуться не мог, да и орудовать столь длинной сталью в моем нынешнем положении было бы несподручно. Но так или иначе, силы таяли, и удерживать тварь голыми руками с каждой секундой становилось все сложнее. Запястья и пальцы затекли, мышцы чуть ли не рвались, вдобавок существо не забывало исцарапывать все, до чего дотягивалось. Щелкавшая и расплескивавшая во все стороны гнусную слюну пасть с каждым мгновением надвигалась все ближе. Потому мне нужно было как можно скорее придумать что-нибудь более действенное, нежели просто сдерживать чудище, лишь отсрочивая неминуемое.
Стараясь не ослаблять хватку, хотя немеющие руки так и норовили соскочить с рыла твари, я попытался хотя бы мельком осмотреться. И какого же было мое удивление, когда глаз уличил лежавший в объятиях поросли и слабо мерцавший фиалковый кристалл. Видно, он выпал из кармана несколькими секундами ранее, когда существо опрокинуло меня на землю. Камень лежал практически под самым носом и дотянуться до него для меня труда не составляло, но только как в таком случае удержать чудовище? Я-то обеими руками с этой проблемой справлялся еле-еле, а тут следовало и вовсе одну отпустить, пускай и на совсем короткое мгновение. Как бы это мгновение не стало для меня последним. Впрочем, деваться некуда. Если не достану кристалл, то тварь все одно в определенный миг пересилит изможденные мышцы и выгрызет своей поганой пастью мое столь свирепо бьющееся сейчас сердце.
Моя десница резким движением потянулась в сторону, а левая рука в этот же миг соскользнула с морды чудовища, но лишь для того, чтобы спустя мгновение предплечьем упереться ему в горло, встав неким барьером. После этого маневра зверь, почувствовав ослабевшую защиту, навалился еще мощнее, и теперь наши черепа отделяли считанные дюймы. Бивший из пасти смрад заставлял мои глаза слезиться, а брызгавшая на лицо густая слюна не позволяла их даже толком открыть. Наощупь подобравшись к кристаллу, я схватил его, ощерившись от обжегшей ладонь резкой боли, и быстро, не задумываясь, ударил тварь вбок. Однако смотревшиеся весьма острыми грани камня не причинили существу никакого урона. На эмоциях нанеся еще пару тщетных тычков, я, не в силах больше сдерживать чудище, уже готовился сдаться, как вдруг разум приказал деснице уйти вверх и заткнуть кристаллом лязгающую пасть существа. Минерал идеально подошел по размеру.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
