секретаря ЦК Хрущева.
Новый Секретариат ЦК был многочисленным. В него вошли помимо Сталина Аверкий Борисович Аристов (заведующий отделом партийных, профсоюзных и комсомольских органов ЦК), Леонид Ильич Брежнев, Николай Григорьевич Игнатов (министр заготовок), Георгий Максимилианович Маленков (второй человек в партаппарате), Николай Александрович Михайлов (заведующий отделом пропаганды и агитации), Николай Михайлович Пегов (заведующий отделом по подбору и распределению кадров), Пантелеймон Кондратьевич Пономаренко (заместитель председателя Совмина по заготовкам сельскохозяйственных продуктов и сельскохозяйственного сырья), Михаил Андреевич Суслов и Никита Сергеевич Хрущев.
Но из партийных чиновников один Хрущев вошел в Бюро Президиума, потому что Сталин в последние годы жизни перенес центр власти в аппарат правительства.
Помощник вождя Поскребышев позднее рассказывал:
«По его инициативе была введена такая практика, когда в решениях Совета Министров записывались пункты, обязывающие партийные организации выполнять те или иные поручения Совета Министров. Такие поручения, принимаемые помимо ЦК, ослабляют руководящую роль партии».
Вождь на последнем при его жизни партийном съезде выдвинул ряд новых и сравнительно молодых партработников, например Брежнева. Сталин хотел к ним присмотреться. Готовился заменить ими старое руководство.
Перед первомайской демонстрацией. И.В. Сталин в сопровождении офицеров охраны (третий слева — Н.С. Власик) идет по территории Кремля. За Сталиным — Л.П. Берия, А.И. Микоян, Н.М. Шверник, Г.М. Маленков. 1 мая 1947.
[РГАСПИ. Ф. 558. Оп.12. Д. 101]
В последние годы вождь готовил большие кадровые перемены, собираясь заменить старых членов политбюро молодежью
26 января 1953 года Сталин распорядился образовать тройку в составе Берии (председатель), Маленкова и Булганина для руководства «работой специальных органов по особым делам». Речь шла о военных вопросах.
Но это не помешало Сталину, когда к нему на дачу приехали министр госбезопасности Игнатьев, его первый заместитель Гоглидзе и помощник начальника следственной части по особо важным делам МГБ Василий Никифорович Зайчиков, недавний секретарь ЦК ВЛКСМ по кадрам, сказать:
— Я недолюбливаю Берию и не доверяю ему.
В романе «Жизнь и судьба» проницательный Василий Семенович Гроссман пишет от имени Сталина: «Берия бывал минутами невыносим ему, потому что Берия, видимо, понимал его мысли».
С начала 1953 года Сталин уже мало чем интересовался, кроме дел МГБ. О том, что вождь потерял интерес к происходящему и практически перестал работать, знали всего несколько человек. Остальные были уверены, что все идет по-прежнему.
Официальных заседаний Бюро президиума ЦК после XIX съезда он не собирал.
«Когда Сталин приезжал с ближней дачи, он обзванивал нас через секретариат, и мы приходили в его кабинет в Кремле, а чаще всего в кино, — рассказывал Хрущев. — Смотрели картины и попутно в перерывах обсуждали те или иные вопросы. После кино Сталин, как правило, объявлял, что надо идти покушать. В два или в три часа ночи, все равно, у Сталина всегда это называлось обедом.
Садились в машины и ехали к нему на ближнюю дачу. Там продолжалось “заседание”, если так можно сказать. Собирались в таком составе: Сталин, Берия, Маленков, Хрущев. Не всегда присутствовал на таких узких заседаниях — ужинах или обедах — Булганин».
Близкие к нему люди не могли не замечать перемен в его поведении. Он стал еще подозрительнее. Если он убивал, то почему же его не могли убить?
«Когда мы ехали из Кремля на “ближнюю дачу”, — вспоминал Хрущев, — то стали вдруг петлять по улицам и переулкам Москвы… В машину со Сталиным обычно садились Берия и Маленков. Я чаще всего садился в одну машину с Булганиным. Я спрашивал потом тех, кто сидел со Сталиным: “Чего вы петляли по переулкам?” Они отвечали: “Ты нас не спрашивай. Не мы определяли маршрут. Сталин сам называл улицы. Говорил: повернуть туда, повернуть сюда, ехать так-то, выехать туда-то”».
Если можно было организовать убийство Троцкого, то почему кто-то не возьмется организовать убийство Сталина? В последние годы на ближней даче вождь сменил охрану и прислугу. Расстался со своим многолетним начальником охраны генерал-лейтенантом Власиком.
Принято считать, что Власик пал жертвой интриг Берии, что Лаврентий Павлович устранил двух преданных вождю людей: Власика и Поскребышева. Берия будто бы готовился убить вождя и заранее убрал всех преданных Сталину людей и окружил вождя своими подручными.
И.В. Сталин с сыном Василием и И. С. Власиком на террасе ближней дачи в Кунцево. 1935. [РГАСПИ. Ф. 558. Оп.11. Д. 1672. Л. 22]
Сталин избавлялся от своих подручных, от тех, кто, как он считал, потерял хватку, успокоился, не видел, сколько вокруг врагов. Посадил даже начальника своей охраны генерала Власика, который столько лет был рядом с ним
Скорее все наоборот: Власика вождь считал связанным с Берией, подозревал, что тот делится с Берией информацией. А Сталин не хотел, чтобы Лаврентий Павлович имел своего человека рядом с ним. Понимал: Берия — не тот человек, который, когда за ним придут, возьмет зубную щетку и позволит увезти себя в Лефортово. Вот и не желал, чтобы Лаврентий Павлович успел приготовиться к аресту.
По какой же причине Власик попал в опалу?
Еще в июне 1947 года был арестован офицер Главного управления охраны МГБ — заместитель коменданта сталинской ближней дачи подполковник Иван Иванович Федосеев. До Сталина дошли сведения, что его охранники устраивали пьянки, приводили проституток, угощались вином и продуктами, предназначенными для вождя. И вроде бы даже заглядывали в секретные бумаги, лежавшие на столе у Сталина.
Посадили и жену Федосеева, которая тоже когда-то работала на ближней даче. Подполковника обвинили в разглашении государственной тайны, антисоветской агитации и злоупотреблении служебным положением. Через год, в июле 1948 года, заместитель министра внутренних дел Серов доложил Сталину об окончании следствия, предложил пропустить Федосеева через Особое совещание и приговорить к двадцати годам тюрьмы.
Вождь не спешил. Федосеев понадобился позже. Его дело передали в МГБ. Теперь его допрашивал Абакумов. Протоколы не составлялись или не сохранились. Подполковника держали в особой тюрьме для самых главных преступников. Федосеев жаловался следователю, что в камере «из разных уголков был шепот, шорох, кто-то все время говорил: "Признайся, признайся, ты предатель"».
Федосеева избивали, чтобы он дал нужные показания. Он подписал протокол допроса, в котором говорилось, что приказ отравить Сталина получил от начальника личной охраны вождя Власика.
Вождь придавал этой истории настолько большое значение, что следствием по делу Федосеева занялся Маленков. Сам дважды допрашивал арестованного подполковника.
В 1947 году смертную казнь отменили, а в январе 1950 года восстановили.
1 марта Абакумов, тогда еще министр, обратился к Сталину:
«В дополнение к представленному Вам списку арестованных изменников родины, шпионов
