Читаем без скачивания Боевые роботы Пустоши - Сергей Зайцев

Но мне не сюда.

Вершина сопки сместилась влево, теперь кокон приближался к РВЦ…

Черт возьми, что здесь произошло?

Из громадного пролома в маскировочных воротах, в который запросто мог пройти глайдер, лениво тянулись клубы серо-черного дыма, стелясь по земле – словно язык неведомого хищника, поджидающего добычу. Вне всякого сомнения, РВЦ подвергся атаке, пока я воевал возле Рукава, но почему я ничего не заметил раньше? Еще в полете я попытался связаться с ИскИном и выяснить, что случилось, благо Икс-барьер уже остался позади и не мешал связи. Шутник не отозвался. Соната – тоже. С ней определенно что-то случилось. Но сейчас не время думать об этом. Бой еще не закончился.

Едва ощутимый толчок приземления, кокон раскрылся и мягко вытолкнул меня наружу. Непривычно теплый для ночного времени ветер с силой дохнул в лицо, обдав запахом гари, казалось, пропитавшим весь воздух вокруг. Едва упав на четвереньки, не обращая внимания на впившийся в ладони и колени гравий, я оглянулся.

Инфракрасный режим лоцмана не оставил меня в темноте без зрения. Позади взрывался и горел мой верный «Костолом» – огромным чадящим факелом. Или погребальным костром. Если я не ошибался, этот залп «Рубилы» был последним. Даже девяностотонный тяжеловес не способен нести больше сотни ракет, особенно таких мощных, как в РСЗО «Торнадо-18».

Впрочем, какая разница. У нас больше не осталось роботов. Только в РВЦ. «Снайпер». До которого Соната почему-то так и не добралась, иначе «Снайпер» уже появился бы на арене боевых действий. Но мне сейчас некогда рассуждать о причинах, по которым это произошло. Нужно двигаться дальше. Проклятый «Молот» шел за мной, нас уже разделяли всего полтора километра, через две-три минуты он будет стоять на моем месте. Единственный шанс остановить его – добраться до «Снайпера» раньше, чем он меня прикончит.

Не медля, я вскочил и бросился в пролом в воротах.

В первую минуту, после кокона, ноги слушались не очень охотно, но кровь быстро разогрелась. Трудно было не заметить, что защита туннеля полностью уничтожена – от лазерных розеток, встроенных в скальную породу, остались лишь обгорелые, расплавленные потеки из металла и камня. От дыма и едкой вони заслезились глаза. Зажмурившись, я прикрыл рот и нос ладонью, выскочил в зал и замер, тяжело дыша.

РВЦ горел.

Я увидел это еще из туннеля, на бегу, но сейчас передо мной предстала полная картина разрушений. Секции монтажных шахт были разодраны и разбросаны, превратившись в кучки оплавленного металлического хвороста, ремонтное оборудование разбито и изувечено, конвейер, отвечавший за загрузку изделий в Чертог, разрублен, по меньшей мере, в двух местах (из-за пропитавшего воздух дыма видимость оставляла желать лучшего), словно гигантским топором. От операторского колпака в центре зала ничего не осталось, кроме груды расплавленных, чадящих обломков, плазменный жар превратил и металл, и пластик, и камень в неразличимую единую массу. Вот почему Шутник не ответил. Модуль ИскИна уничтожен.

Потрясение просочилось даже сквозь эмофильтры. Но кто так все разнес…

В глубине зала, окутанный стелющимися от горящего оборудования клубами дыма, шевельнулся «Снайпер». Длинный ствол малой гаусс-пушки, вмонтированной в голову, чуть сместился, лазеры рук последовали за ним. Я замер, поняв, что ничего не успею сделать. Кто в роботе? Соната? Или враг?

«А, это ты, Сомаха, – лоцман заговорил знакомым голосом. – Вижу, дела плохи, раз ты явился сюда без „меха“…»

«Дьюсид?! – На языке завертелось сразу множество вопросов, но их пришлось оставить на потом, – Отлично. Раз ты уже в „Снайпере“, выдвигайся из РВЦ наружу. „Молот“ идет по пятам, но он не должен сюда попасть».

«Не могу, – спокойно, как-то даже флегматично ответила Дьюсид. – У „Снайпера“ повреждены ноги, я и с места не могу двинуться. „Диверсанты“ хорошо постарались, все суставы, похоже, просто спеклись».

Ах вот оно что. Их оказалось гораздо больше, чем я думал.

«Сколько их сюда прорвалось?»

«Двое. Разве ты не видишь?»

Уже видел. Взгляд наконец отыскал справа от «Снайпера» останки двух «диверсантов». Дым и огонь хорошо замаскировали их разбитые тела на фоне общей картины разрушений.

«Будь у меня „Вурдалак“, – так же безмятежно продолжала Дьюсид, – я бы успокоила их быстро, но у „Снайпера“ возможности слабее… Придется мне охранять РВЦ здесь. А тебе лучше куда-нибудь спрятаться, чтобы шальной осколок не прикончил. Хотя бы в свою комнату».

Я повернул голову. Весь левый сектор стены, где располагались жилища, превратился в обломки. Моя комната тоже не уцелела. Разве она не видит, что все пошло прахом?! Разве она… Спокойно. Спокойно, Вождь. Долбаного «иждивенца» уже не хватает, чтобы успокоиться, ну так что ж, возьми себя в руки сам.

«Кстати, что с моим „Вурдалаком“?»

Она все-таки задала этот чертов вопрос. Я надеялся, что Соната сама оповестит ее о гибели робота, но Соната здесь не появлялась.

Вместо ответа я просто сбросил Дьюсид запись боя, добавив короткое «прости». А сам уже лихорадочно думал о том, что я еще могу предпринять, учитывая имеющиеся возможности РВЦ, вернее, то, что от них осталось, и сложившиеся обстоятельства. Я не могу здесь сидеть и ждать, пока все закончится само собой…

Черный маслянистый дым стелился по полу, доходил до колен, а то и до груди, и я пятился, не желая хлебнуть этого едкого варева. Взгляд невольно проследил направление, откуда тянется эта гадость, и упал на «жуков», стоявших ровным рядком возле правой стены зала. Точнее, стоявших так до сражения, теперь же часть грузовозов превратилась в оплавленный и покореженный хлам. Но пять «жуков» казались еще вполне исправными. Два десятка кибер-пауков, неподвижно сгрудившихся рядом, не пострадали совсем. Если бы Шутник был жив, он бы уже бросил их на тушение пожара и восстановительные работы. Я вспомнил, как в туннеле под особняком Деда один из таких «жуков» атаковал дисковидного робота, чтобы прикрыть наш отход. Грузовозы способны поднимать большой вес. А кибер-пауки обладают рабочими лазерами. Такие идеи, вероятно, рождаются лишь от отчаяния, но других все равно не было… странно, запоздало сообразил я. Почему Шутник их не задействовал при нападении «диверсантов»? Не успел? Не важно. Теперь их всех придется бросить в дело…

Я связал управляющие блоки роботов со своим лоцманом в единую сеть, обозначив свой приоритет. Раз Шутника нет, придется выполнять его работу. Пока грузовозы и кибер-пауки, следуя полученным командам, разворачивались по обе стороны от входа равными группами, Дьюсид мне не мешала, наверное, просматривала запись боя в ущелье. Одного «жука» я оставил себе, подождал, пока он включит антигравы и сложит ненужные в полете лапы под брюхо, вскочил на него и направил через зал в сторону склада. Игольник и парализатор со мной, на бедрах, но этого мало. Нужно еще хоть какое-то оружие.

На грузовозе нет кабины, два вспомогательных сиденья, открытые всем ветрам, вынесены из корпуса сзади на металлических штангах, и я еще ни разу не пользовался им как средством передвижения. Для этого всегда имелись глайдеры. Сиденья были жесткими и неудобными, но мне было не до комфорта. Я только сейчас понял, как же я устал. Не только морально, но и физически. Каждая мышца молила об отдыхе, напоминая о себе ноющей болью.

Притормозив возле выбитой двери склада, я соскочил на каменный пол и шлепнул ладонью по теплому, нагретому двигателем корпусу «жука», отсылая его к остальным.

Выбор оружия, учитывая сложившуюся ситуацию, был невелик. Возможно, «пираньи» смогли бы пригодиться, если, например, всадить все шесть ракет в уже поврежденный узел колена «Молота», но коды доступа умерли вместе с Шутником. Поэтому я взял проверенное средство – армейский лазерный излучатель, подтащил стул и уселся в проходе, положив излучатель на колени. Руки дрожали, дыхание тяжелое. Несколько минут на отдых – все, что у меня есть. В качестве укрытия сгодится и склад, это самое близкое помещение к туннелю, и оно еще не разрушено. Для боевого робота выстрел из излучателя – комариный укус, но иногда и комар способен попортить немало крови.

Закончив приготовления, я связался с Дьюсид:

«Почему ты не ушла с Пигусом?»

«Ваш Пигус удрал без меня. Впрочем, я осталась бы в любом случае. Бежать от сражения – не мой стиль. Кроме того, кто-то же должен позаботиться о таких юнцах, как вы».

Мне хотелось поинтересоваться у Дьюсид, с каких пор забота о таких юнцах, как мы, стала ее стилем, но я промолчал. Я снова у нее в долгу, она отстояла РВЦ от вторжения, и сейчас не время для мелких разборок. А Пигус… Лучше ему больше не попадаться на моем пути. Мне плевать, чем и насколько он болен. Придушу гада. За девчонок. Которые, возможно, погибли обе…

«Что ж, будем готовиться, – произнесла Дьюсид, по-видимому, покончив с записью. – Могло быть и лучше, но, учитывая ваш боевой опыт, можно сказать, что вы почти справились».