— Кем?
— Перегонщиками грузовиков, — объяснил Ричарде с подчеркнутым терпением. — Они берут груз и доставляют его куда-нибудь вместе с грузовиком. А дальнейшие указания получают там. Или им там дают новый грузовик с грузом, который они перегоняют в новое место, или им говорят, куда надо ехать, чтобы получить новый грузовик с грузом, тогда они пользуются автобусом или поездом. И так далее, и так далее. Их также используют как подменных шоферов: они заменяют тех, которые в отпуске или болеют. Это цыгане, настоящие кочевники. Сегодня здесь, а завтра бог знает где еще!
— Понятно, — сказал Брансон, понимая, что детектив из него получился более чем слабый.
— Дело в том, что перегонщиков нанимают очень крупные фирмы, разбросанные по всей стране. А не такие маленькие компании, как те четыре, что находятся в нашем городе. Таких фирм по всей стране всего лишь дюжина, и каждая имеет более сотни шоферов. Ваше описание может подойти к целой армии шоферов, которые находятся в данный момент в любом месте от Северного полюса до Южного, — он беспомощно развел руками. — Искать их хуже, чем двух определенных блох в собачьей будке. Я бы на вашем месте это бросил: жизнь слишком коротка.
— Понятно, — повторил Брансон, — к этому стоит прислушаться. Большое спасибо за то, что вы мне рассказали. Учиться никогда не поздно.
— Не стоит благодарности, — сказал Ричарде, провожая Брансона глазами. — Да, вот что, я только сейчас об этом подумал. Перегонщики не могли ждать поезда на нашей станции.
— Почему нет?
— Они никогда сюда не заезжают. Здесь нет для них никакой базы.
— Значит, они были не теми, кем казались, так? Но я их сам видел: они выглядели как обычные шоферы.
— В наши дни можно встретить человека, который выглядит как Наполеон, но не Наполеон.
Брансон вернулся к барьерчику, перегнулся через него и, пожав Ричардсу руку, возвестил:
— Вы победили.
Он вышел, поспешно пересек двор и подошел к воротам. Сторож выглянул из своей будки и поинтересовался:
— Успешно, мистер?
— Нет, — ответил Брансон, — их вчера повесили. Справедливость восторжествовала!
Он продолжал идти, не дожидаясь дальнейших вопросов. Сторож замер с открытым ртом, потом схватился за телефон.
— Кого там повесили? Или что, этот парень сумасшедший?
— Тебе платят за, то, чтобы ты держал их снаружи, а не проводил внутрь. Проснись, свинья!
* * *
Точно зная из своего опыта, каким будет маршрут Дороти, Брансон встал в конце небольшой стоянки для автомашин и наблюдал за ее приездом. Примерно за пять минут до назначенного времени она въехала на стоянку, ловко припарковала машину на свободное место, вышла и закрыла дверцы. Задержавшись только для того, чтобы заплатить за стоянку, она поспешила вдоль улицы. Ее сумка висела через плечо, хорошо знакомый чемоданчик она несла в левой руке. Дороти шла довольно быстро, демонстрируя в деле свои стройные ноги, на которые некоторые мужчины бросали восхищенные взгляды.
К стоянке подъехала еще одна машина и затормозила недалеко от машины Дороти. Из нее вылезли двое мужчин, заплатили за стоянку и повернули направо. Они шли неторопливым шагом всего в ста ярдах за Дороти. Несколько дней назад Брансон с большим подозрением отнесся бы к этой паре, но сейчас, по его мнению, мужчины были слишком седые и пожилые, чтобы играть в Шерлоков Холмсов. Но на всякий случай он осторожно направился за ними, следя в то же время, не появятся ли другие сопровождающие, которых могла привести за собой Дороти.
Вскоре пожилые мужчины свернули к какому-то учреждению и прошли внутрь через крутящиеся двери. Дороти продолжала идти впереди, иногда замедляя шаг перед интересующими ее витринами. Постоянно оглядывая улицу, Брансон пришел к выводу, что слежки за Дороти нет. Он заметил только двух случайных прохожих, идущих в том же направлении. Обращать внимание на проходящий мимо транспорт он не догадался.
Дороти подошла к небольшому ресторанчику, где несколько лет назад она оставила серебряную пудреницу, а потом вернулась и нашла ее. Она вошла туда как раз вовремя. Идя по противоположной стороне, Брансон прошел дальше около ста ярдов, затем перешел дорогу и вернулся. Он не заметил, чтобы кого-нибудь заинтересовал этот его маневр. Насколько он мог судить, все было спокойно. Он вошел в ресторанчик и увидел, что Дороти сидит в глубине зала.
— Привет, котик, — сказал он, вешая шляпу на ближайшую вешалку и садясь на стул напротив.
— Привет, милочек, — ответила она. — Ты так в своем костюме и спишь?
Инстинктивно разгладив рукава, он возразил:
— Он не так уж и мят.
— А в чем же ты спишь? — продолжала она с опасной любезностью.
— Я сплю в кроватях, — ответил он, — послушай, я встретился с тобой не для того, чтобы…
Он замер на полуслове, когда увидел, как она наклонилась и, достав из-под стола, поставила на стол чемоданчик. Это был чемоданчик, который он оставил в поезде во время бегства от Рирдона. Брансон мрачно уставился на него.
— Где ты его взяла?
— Высокий темноволосый незнакомец пришел к нам, постучал в дверь и отдал его мне.
— Он не сказал, как его зовут?
— Сказал: Рирдон. И я, естественно, хочу знать, как он попал к нему и как ты обходишься без своих бритвенных принадлежностей и без пижамы.
— Если уж тебя это так интересует, я сплю в подштанниках. Что он тебе сказал?
— Он сказал, что ты отпускаешь бороду и предпочитаешь спать голым, а причины всего этого он просто не знает. Если я не буду задавать вопросов, то и не услышу лжи, а он не хочет быть участником возможного разговора.
— Верь ему больше, — заметил Брансон. — Он хотел разозлить тебя. Без всякого сомнения, он решил, что, если разозлит тебя, ты быстрее согласишься ему помочь. Он, конечно, задал тебе вагон вопросов: когда ты обо мне что-либо слышала, где я нахожусь, что я делаю и так далее.
— Он задал несколько вопросов. Но в конце концов я ему ничего не сказала. Да я и не могла ему ничего сказать при всем желании. Слушай, Рич, что происходит?
— Я бы очень хотел рассказать тебе все, но пока не могу. Пока нет. Когда все это кончится, власти могут захотеть оставить все это в тайне. Ты знаешь, что они могут сделать с людьми, которые разговаривают слишком много.
— Да, конечно.
— Пока я могу сказать тебе одно: все это очень секретно. Это впрямую касается меня, и это-то так меня и беспокоило перед отъездом. С тех пор я узнал, что это касается не только меня, но и многих других. Я также выяснил, что это не так уж серьезно, как мне казалось вначале.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
