и каждый раз, когда я смотрела на его вещи или одежду, это причиняло боль. А я устала жить с болью. Я устала быть живым трупом.
Шесть дней назад я начала ходить к психотерапевту – то были уже не обычные собрания с группой поддержки, а настоящая проработка моих проблем и лечение всего сознания. Психолог лечил мой разум, любовь к Майклу – душу.
Уже после первого разговора с Роуз Монтгомери, моим психотерапевтом, мне стало легче. На втором сеансе, она посоветовала расстаться мне с вещами Ника и подробно объяснила мне, для чего я должна это сделать.
– Понимаете, мисс Янг, – она оторвалась от небольшого блокнота, который заполняла по мере нашей беседы. – Вещи, которыми вы уже не пользуетесь тянут энергию на себя. Как говорится в китайской поговорке…новое не появится в жизни, пока не уйдет старое. Что-то изменилось в вашей жизни, когда вы встретили этого молодого человека. Майкла, в нашем случае. Вы изменили привычный ход вещей, который повторяли изо дня в день, целый год…и это правильно. Вы стали на путь настоящего и исцеления вашей души. Память о Нике – вот, что важно. А не его вещи.
– Да, – я немного пошмыгала носом, понимая, что Роуз права. Почти все вещи Доминика все равно никогда мне не понадобятся. Конечно я оставлю некоторые ценности – его фотоаппарат, например. Фотографии, все до единой.
Мне понадобилось несколько дней, чтобы приступить к уборке, и Лили вызвалась мне помочь с этим. Мама уехала в Техас, убедившись в том, что со мной все в порядке, а папе пришлось сдать билеты в Калифорнию. Думаю, скоро я навещу их. И возможно, с Майклом…если мы умудримся не поссориться с этим безумцем.
– Куда пойдут эти вещи?
– Что-то на благотворительность, что-то на переработку. Я дам им новую жизнь, – «новая жизнь вещей Доминика. Как и его сердца.»
– Знаешь, Майкл не лучший вариант для серьезных отношений, и мы обе это знаем. Ты уже не маленькая девочка, Мика. Скоро ты захочешь ребенка, но захочет ли этого он?!
Лили задела меня за живое. Озвучила все мои сомнения вслух. Пока Майкл вел себя просто замечательно. Мне было трудно представить, что он способен на измену или способен по-настоящему обидеть меня. Майкл превратился в настоящего мужчину, за которым я всю жизнь буду себя чувствовать, как за каменной стеной.
Ох…и этот секс. Даже на секунду вспоминая его член внутри меня и сдержанное постанывание в губы, я становлюсь влажной. И это на глазах у подруги!
– Не знаю, Лили. Но я думаю, что стоит дать ему шанс. Ты тоже уже не маленькая девочка, но я же не говорю тебе, поскорее устроить свою личную жизнь! – Лили надула свои полные губки, слегка обидевшись.
– Этот Натаниель не дает мне проходу. Весь мой стол на работе завален цветами. Все это как-то странно…он кажется опасным, не так ли?
– В этом что-то есть, не правда ли? – я усмехаюсь, вспоминая Майкла и его взгляд, когда он не в настроении. Он не то что выглядит опасным, он выглядит чертовски разрушительным.
Но мне это нравится.
– Я бы предпочла быть с Джеком, – Лили выдохнула, положив руку на сердце. – Но он так любит жену. И детей. Постоянно напивается в баре по выходным, и только в эти моменты замечает меня.
– Он чувствует вину, когда не пьян. Ну, ты понимаешь…все-таки его жена здесь. Она просто его не помнит.
– Ужасная трагедия. Мне кажется, он все еще верит в то, что память вернется к ней. Но я не могу ждать вечно…
– Ну, так и? Твое решение? Натаниель что-нибудь добьется своими цветочками?!
– Думаю, одного свидания пока будет достаточно, – Лили улыбнулась, складывая одежду Доминика в коробки.
– Пока я буду за границей, ты натворишь делов…я переживаю за тебя. Будь осторожна, – наставляю я, думая о предстоящей поездке.
Ну, как, это не совсем развлекательная поездка. Это теперь…моя работа. Мне предложили роль в проекте, на который я так рассчитывала, и когда я услышала об этом, я прыгала до потолка, Майклу пришлось угомонить меня, пригвоздив к стенке, и расспросить, чему это я так радуюсь.
Вся моя радость пропала, как только я поняла, ЧТО означает моя работа и предстоящая поездка для нас.
– Майкл, это администратор с киностудии! Они дали мне роль!
– Так, малыш, надеюсь, там нет обнаженки? – Майкл сдвинул брови, бедрами прижимая меня к стенке. Взгляд собственника мгновенно отразился на его лице – до сих пор украшенном финалами и синяками. Уже побледневшими.
– А что, ты запретишь мне сниматься, в таком случае? – не верила своим ушам. Он мне вообще-то не муж, чтобы запрещать такие вещи! Это, в конце концов, работа.
– Естественно, запрещу. Ты моя женщина, и только я могу иметь «доступ к твоему телу». Только я и никто другой. Даже смотреть, – томным и низким голосом прошептал он, потираясь о низ моего живота. Мои ноги непроизвольно раздвинулись, сдаваясь его махинациям. Так приятно.
– Майкл, смени тон! – играю с ним я, за что получаю шлепок по заднице.
– Мика, если я сказал «нет», это значит «нет».
С ним не поспоришь. К счастью, в этой роли я не должна буду раздеваться. У нас есть проблема куда серьезнее.
– Майкл, все куда хуже. Нет там никакой обнаженки! Мне нужно будет уехать в Барселону. Почти на месяц…
– ЧТО?!
– Да…
– Я не проживу без твоей попки, – шепнул он, поддевая языком мои губы. Он сдавил мои ягодицы, прижимая мой живот к своему красноречивому стояку. О, Боже.
– И без сладкой девочки тоже. Малыш, какая, на хрен, Барселона? Мы живем у океана. Никакой Барселоны. Никакого месяца разлуки. Нееееееет. Нет!
– Думаешь, я хочу оставлять тебя? – я закусила губу, потираясь в ответ о его пах. Он отреагировал мгновенно, слегка прикрывая глаза и посасывая мои губы.
– Я ни о чем не думаю, кроме как о том, что хочу трахнуть тебя, – он улыбнулся. Ненасытный извращенец. – И я ни дня не проживу без этого.
– Только без этого?
– И без твоих глаз, если тебе так легче, – он улыбнулся еще шире, а потом вновь стал серьезным. – НИКАКОЙ. БАРСЕЛОНЫ.
– Да пошел ты, Миллер! – я начала отталкивать Майкла, не веря в то, что он действительно это говорит.
– Никакой Барселоны без меня. Я еду с тобой. Устроит такой расклад? – он притянул меня обратно, вцепившись в мою талию. Этот мужчина не собирался меня отпускать.
– Ты правда поедешь со мной? – заглянула в его глаза снизу вверх, и в них не было ни единого сомнения.
– Куплю билет прямо сейчас, –
