Спасибо Грегу Моллике, который погрузился в этот роман и в мои длинные электронные письма, чтобы создать самую красивую обложку моей мечты, и Вирджинии Нори с внутренним дизайном, которая довела до совершенства каждую деталь.
Каждый проявил такой энтузиазм по поводу этой книги и щедро делился своим временем и талантом; я бесконечно благодарна.
Я также хочу почтить кончину Сьюзен Камил. Она произвела на меня такое сильное впечатление, я безмерно ею восхищалась. Я чувствовала себя польщенным ее вниманием и стремилась доказать, что достойна его, и больше всего я ценю, как мне повезло работать в индустрии с блестящими, сильными женщинами, такими как Сьюзен. Ее поддержка и энтузиазм по поводу этой книги изменили мое отношение к писательству и к самой себе, и я хотела бы узнать от нее гораздо больше.
Но написание этого романа помогло прояснить то, что я думаю о любви и потере. Я верю, что в наших сердцах есть вселенные, где время сворачивается и обволакивает нас утешительными объятиями. Мы несем в себе голоса людей, которых мы любили; мы всегда помним их и знаем, что они скажут, даже после того, как они больше не могут разговаривать с нами. Я всегда буду жалеть, что у меня нет больше времени для работы и, еще больше, для учебы под руководством великой Сьюзен Камил. Но я знаю, что все еще могу учиться у нее через воспоминания и уроки Энди Уорда, Кары Чезаре и всех, кто знал и любил Сьюзен в Рэндом-Хаусе.
Спасибо моим агентам Андреа Сирилло, Эми Танненбаум и Ребекке Шерер из агентства Джейн Ротрозен. Эти блестящие, вдумчивые женщины были первыми не родственницами, которые поверили в эту книгу, и их уверенность вдохнула в меня новую энергию, когда я больше всего в ней нуждалась. Каждый из них предложил такой уникальный дар этой книге, и их прозрения вызвали трансформационные изменения в истории. Я так благодарна им за то, что они привели меня и этот роман в наш самый счастливый дом в Рэндом-Хаусе.
Еще одна благодарность моим замечательным агентам по субправам, Ханне Роди-Райт и Сабрине Престиа, за то, что они представили этот роман за границей, и Крису Престиа за то, что он написал хорошие вещи и поднимал мой дух милыми фотографиями собак.
Я хотела бы поблагодарить доктора Сандру Стейнгард, главного медицинского директора Центра Говарда и клинического адъюнкт-профессора психиатрии Медицинского колледжа Университета Вермонта. Многолетний опыт клинического врача, лечащего пациентов с шизофренией, сделал ее бесценным ресурсом в понимании специфических проблем, с которыми сталкиваются пациенты и их семьи, всегда с ее фирменным состраданием. Она была мне как тетя с самого рождения, ранее наставляла меня в феминизме и творчестве Барбры Стрейзанд, было приятно узнать о других областях ее знаний.
Спасибо двум моим коллегам-выпускникам за то, что они дали мне представление о тех аспектах Гарварда, которые я не была достаточно умна или талантлива испытать на собственном опыте.
Спасибо Элвину Хоу-младшему за то, что он поделился своим опытом работы органистом в Гарварде, особенно за то, что рассказал мне невероятные подробности полуночных репетиций органа в церкви Мем. Теперь Элвин – музыкальный руководитель бродвейских мюзиклов, отмеченных премией «Тони»; мне радостно говорить, что я была знакома с ним.
Спасибо также Дэну Кристофаро-Гардинеру, профессору математики и сотруднику Института перспективных исследований Калифорнийского университета в Санта-Крусе. Он любезно впустил специалиста по английскому языку в свой мир математических гениев и устроил мне экскурсию по Принстонскому институту перспективных исследований. Дэн – единственный человек, чья доброта может преодолеть страх теоретической математики по отношению к тому, кто с трудом прошел курс математики для бакалавриата под названием «Подсчет людей».
Спасибо двум наставникам и друзьям из Гарварда, чьи слова остаются со мной на протяжении многих лет. Райан Талиаферро, который посоветовал мне заниматься творчеством и избегать ловушек, связанных с поступлением на юридический факультет как «престижный второй этап».
Спасибо Брету Энтони Джонстону, моему бывшему научному руководителю и директору по творческому написанию в Гарварде, а ныне директору Центра писателей Миченера при Техасском университете в Остине. Так много его уроков и шуток осталось со мной, слишком много, чтобы перечислить здесь (хотя вы можете найти их в его невероятной книге «Наименование мира и другие упражнения для творческого писателя»). Он дал мне лучший совет, который может получить молодой писатель: «Позвольте себе относиться к себе серьезно». Я смогла, потому что он это сделал.
Мои друзья – противоядие от утомительного труда, которого требует письмо. Хочу поблагодарить всех моих замечательных друзей, которые поддерживали меня на этом долгом пути. Они всегда отвечали на мою циклическую тревогу свежим ободрением, исправляли меня после любого разочарования с горькой защитной реакцией от моего имени и принимали каждое постепенное обновление как повод для празднования.
Особая благодарность тем друзьям, на которых я опиралась больше всего: моя лучшая подруга Ребекка Харрингтон, сама по себе блестящая писательница, самый умный, самый нежный читатель и самый восторженный мозговой штурмовик, о котором только может мечтать девушка; Райдер Кесслер, мой доблестный защитник и советник; мои товарищи по искусству – Меган Амрам, Джейни Столар и Бриана Хантер; в книгах – Сиена Конксол и Люси Карсон; Кэтрин Воэн, мой эксперт в области идеального слуха, и вы должны увидеть ее упоминание тут; мои другие занятые и опытные друзья, которые подрабатывают моими терапевтами: Кортни Йип, Лорен Донахью, Кэролин Оуэртер, Бекки Сингер и Кристина Зерванос, и, наконец, моя будущая сестра Кэти Китинг, которая умудряется поддерживать меня из-за океана.
Может показаться глупым благодарить их здесь, но животные были частью моей системы поддержки на протяжении всей моей жизни, поэтому я хотел бы поблагодарить мою собаку Пип и мою кошку Мими. Спасибо тебе, Пип, за то, что ты являешься постоянным источником радости, любви и перспективы, а также краеугольным камнем моего счастья. Спасибо, Мими, за то, что напоминала о перерывах, загораживая мне обзор на экран компьютера, настаивая, чтобы я передвинула клавиатуру, чтобы освободить место для тебя на коленях, и, кусая руки, если я печатала вместо того, чтобы ласкать.
И в память о Руби чудо-корги, которая часто навещала меня в Гарварде, когда я была в самом напряженном состоянии, и напоминала мне, что единственный способ пережить бостонскую зиму – это агрессивный оптимизм и низкий центр тяжести. Пусть звук когтей ее лап, бегущих по ступенькам в мою комнату в общежитии, будет вечно преследовать прихожие Лоуэлла, Старого Куинси и Киркленда.
Спасибо всей моей любящей семье. Лора Леонард, которая много лет любила и поддерживала меня как родную и которая является моим самым надежным читателем и слушателем. Спасибо моей крестной, Франке, за то, что она излучала любовь и принимала меня и все мои начинания.
Я хотела бы вспомнить мою любимую бабушку, Мать Марию для наших читателей, для меня – Магги, чей голос и сила всегда со мной. Спасибо моему отцу за то, что он был терпелив все эти годы, пока я слишком стеснялась, чтобы позволить ему прочитать эту книгу, а затем, когда я наконец это сделала, за то, что он был так увлечен, что выступал против правок.
Не знаю, как благодарить маму. Все, что я знаю, я узнала на ее примере. Повзрослев, я наблюдала, как она строит свою карьеру по кирпичику, и все же она всегда заставляла меня чувствовать себя самым важным человеком в комнате. Соавторство в серии научно-популярных книг позволило мне научиться быть автором наряду с лучшими.
Но как бы я ни восхищалась ею как писателем, я хочу поблагодарить свою мать за то, что она всегда оставалась моей мамой. Она моя болельщица, моя самая яростная защитница и моя самая большая поклонница. Она – мой первый звонок, когда происходит что-то действительно хорошее или действительно плохое. Ее величайшие уроки не имели ничего общего с писательством. Она научила меня любить без оглядки, и я всегда чувствую ее любовь, безусловную и незамысловатую. Как я уже писала в романе, вам нужен только один человек. Мама, ты моя единственная.
