Читаем без скачивания Полководцы Древней Руси - Андрей Сахаров

Поначалу Мономах не хотел об этом и говорить: где это слыхано, чтобы русский князь нарушал посольскую роту? Итларь и его люди доверили ему по этой роте свои жизни, и было бы невероятным вероломством нарушить посольский договор. К тому же в половецком стане сидел юный Святослав, сын, родная кровь, и, случись что, половцы первому перережут ему горло.

Но воеводы приступали к нему все с новыми и новыми уговорами.

Давно уже разошлись участники этого позднего совещания, а Мономах все ходил по палате, думал. Такой случай может впредь не повториться: нынче в руках у него сам Итларь с лучшими людьми. Половцы пришли сюда войной, силой заставили его пойти на переговоры, и сына он отправил им не на мир, а на тяжкое испытание, может быть, на смерть, — так чего же совеститься, перед кем хранить верность клятве? Сколько раз половцы нарушали миры, скрепленные ротой; вот и сейчас они вышли к Переяславлю, грубо разорвав договор с киевским князем о мире со всеми русскими землями.

Он все мерил ногами пушистый хорезмский ковер; за окном тускло белела луна, ее мертвенный свет пробивался в палату, высвечивая серые тени на полу, на стенах.

Свечи догорали, наполняя палату сладким восковым духом.

Но избиение половцев стало бы страшным нарушением всех посольских обычаев, и кто впредь станет вести с ним, Мономахом, переговоры, кто пойдет с ним на роту и поймут ли его православные соплеменники, не осудят ли во веки веков имя и род его, не проклянут ли?

Как всегда в тяжкие свои минуты, он взял со столика псалтырь, медленно стал перелистывать ее тяжелые пергаментные страницы, прикрыв глаза, ткнул пальцем наугад, прочитал: «Ты вознес меня над восстающими против меня и от человека жестокого избавил меня». Он вздохнул, встал, расправил плечи и уже спокойно, с твердой душой отправился на покой: назавтра надлежало избавить Русскую землю от ее врагов, уничтожить и Итларя, и Китана со всей их чадью, грозно предупредить степь.

Он призвал к себе вновь Ратибора, Славяту и иных воевод и вельмож. Было решено, что ночью Славята с дружиной выкрадет Святослава и тут же, когда княжич будет в русских руках, ударит на половцев. Следующим утром договорились покончить с сидевшим в Переяславле Итларем.

Выход надо было сделать осторожно и быстро. Большая будет беда, если проснутся половцы раньше времени, тогда погибнет Святослав, начнется резня в Переяславле — Итларевы люди станут отбиваться, а Китан ночью же пойдет на приступ.

Весь день бродили по крепостной стене люди Мономаха, наблюдали за половецким станом. Потом двое дружинников повезли к Святославу теплую шубу на собольем меху, потому что наступили лютые холода. Конечно, не по возрасту было иметь княжичу такое одеяние, но Мономах посылал сыну свое рухло для того, чтобы узнать, в каком шатре содержится Святослав и как лучше можно было бы ночью пройти к нему.

Дружинники вернулись с подробным рассказом и туг же вместе со Славятой начали готовиться к ночному выходу.

В ночь на 24 февраля тихо приоткрылись крепостные ворота, и несколько пеших дружинников, переодетых в половецкое платье, и торки, хорошо говорившие по-половецки, скользнули в темноту. Они незаметно приблизились к половецкому стану, вошли в него и затем уже открыто прошли между кострами со спящими возле них сторожевыми воинами к шатру, где содержался княжич. Схватка около шатра была яростной, бесшумной и короткой, и вот уже Святослав, также обряженный в половецкую одежду, выходит вместе с княжескими дружинниками.

В степи раздался заунывный волчий взвой — знак атаки, и тут же настежь распахнулись крепостные ворота, и переяславская дружина вылетела из них и направилась к половецкому стану.

Половцы не успели еще толком понять, что случилось, а шатер хана Китана был уже окружен русскими дружинниками. Его телохранители пытались прикрыть хана, но были изрублены на месте, а потом настала и очередь самого Китана: Славята выволок его из шатра, бросил в снег и ткнул в него мечом, и тут же пал ханов шатер, подрубленный кем-то из русских воинов.

Вопль пронесся по половецкому стану. Половецкие воины просыпались, метались во тьме между своими шатрами, звали коней, гибли под русскими мечами. Лишь немногие из них ушли в холодную степь. Китанова чадь была истреблена почти полностью.

В эти же часы Итларь со своими воинами спокойно спал на Ратиборовом дворе. Сюда, в эти наглухо закрытые, хорошо протопленные хоромы, не долетал ни единый звук.

С вечера Ратибор одарил половцев бочонком малинового меда, а Итларю дал несколько бутылей немецкого вина. Весь вечер половцы пили и веселились, а потом постепенно сморились, уснули кто где сидел.

Тих и спокоен был Переяславль в эту февральскую ночь.

Наутро воины Ратибора здесь же, на воеводском дворе, снарядили для половцев большую истобку.[54] Натопили ее, расставили на столах еству и питье, а сами спрятались неподалеку.

В этот же час к Итларю явился от имени Владимира Мономаха отрок Бяндюк и позвал половцев на переговоры, но сказал, чтобы они сначала позавтракали на дворе у Ратибора.

Невыспавшиеся, с гудящими головами половцы вошли в истобку, расселись по лавкам вдоль стен и приступили к естве. В тот же миг воины Ратибора подскочили к дверям и замкнули их. Итларь и его чадь еще не поняли толком, что произошло, а потолок истобки внезапно открылся — то руссы подняли вверх заранее подрезанные потолочные доски, и Ольбег Ратиборич, сын воеводы, послал в половцев первую стрелу. Он метил в Итларя, и стрела ударила хана в самое сердце. И тут же зазвенела тетива, стрелы одна за другой полетели вниз, поражая врагов.

Половцы метались по истобке, бросались к окнам, но там их встречали стоящие с мечами руссы. Через несколько минут все было кончено: на полу, па лавках, на столах в лужах крови лежала вся Итларева чадь.

В Переяславле понимали, что это было началом большой войны. Пусть многие половцы и сгибли за Дунаем, по их вежи еще стоят на Днепре, и их соплеменники никогда не смирятся с гибелью своих ханов и будут мстить до последнего всадника — так уж повелось в степи.

Готовясь к большой войне, Мономах послал гонцов за помощью к своим братьям — Святополку и Олегу, говоря в речах, что не сегодня завтра оставшиеся половцы придут в Русь, а у него сил мало и надо вместе защищать и Переяславль, и Киев, и Чернигов.

Святополк, которому Славята подробно рассказал об избиении половцев в Переяславле, откликнулся сразу и сам, в свою очередь, послал людей в Чернигов к Олегу просить помощи против поганых.

Олег несколько дней молчал, но потом ответил, чтобы братья выступали в поход, а он придет им па помощь сам и приведет с собой дружину.

Киевское войско двинулось к Переяславлю.

И там братья впервые встретились после битвы па Стугне. Встретились по-доброму — общие несчастья сближают людей, а тут несчастье надвинулось такое, что только в единстве действий можно было миновать его.

Весь день братья просидели в хоромах Мономаха, вспоминали былое — юные годы, своих отцов, несчастную битву под Треполем, говорили о необходимости объединить свои усилия в борьбе со степью. Конечно, и Святополк и Владимир понимали, что только тяжкая нужда побуждает их выступать заодно. Владимир в глубине души презирал Святополка и считал, что тот недостоин великого своего чина — владыки Русской земли. Святополк же боялся и ненавидел Владимира и в любой момент ждал его наступления на Киев, тем более что в русской столице все более крепли приспешники Всеволодова дома, а корыстолюбие и ограниченность Святополка, его военные неудачи лишь укрепляли их силы.

Древнерусское знамя с изображением Владимира Мономаха. Золотой змеевик Владимира Мономаха.Софийский собор в Киеве. XI в. Реконструкция. Золотые ворота в Киеве XI–XIII вв. Реконструкция. Праздничный наряд женщины княжеского круга. Реконструкция. Киевские браслеты XII–XIII вв. Парадный (церемониальный) княжеский убор XI–XIII вв. Реконструкция. Княжеский шлем найденный на Липецком поле, где проходили битвы 1176 и 1216 гг. Наконечник ножен из княжеского погребения в Десятинной церкви. Серебряный сосуд XII в. Работа мастера Константина Заказчик — новгородский боярин Петрила. Крестьянин и горожанин Киевского княжества времен Владимира Мономаха. Реконструкция. Древнерусские шахматы (Новгород) Софийский собор в Новгороде. Берестяные грамоты XII в. Русское оружие X–XII вв.Диорама древнего Киева. Русское оружие X–XII вв. Любечский замок. Реконструкция. Владимир Мономах на совете князей Рисунок художника А. В. Жука. Князь Мстислав Изяславич возвращается с полоном из похода на половцев, 1152 г. Миниатюра Кенигсбергской летописи. Половецкие каменные статуи. «Охота на медведя». Фреска северной башни Софийского собора в Киеве. Интерьер Софийского собора в Киеве Кирилловская церковь в Киеве, где похоронен Святослав Всеволодович. Борисоглебский собор в Чернигове. XII в. Избрание Владимира Мономаха великим князем в 1113 г. Миниатюра Радзивилловской летописи.Серебряная монета князя Владимира с надписью: «Владимир на столе». Нестор-летописец. Скульптура М. Антокольского. «Автограф» боярина Ставра Гордятича (1118 г.) в Софийском соборе в Киеве. Ярослав Мудрый и Владимир Мономах. Фрагмент памятника «Тысячелетие России».

Но сегодня враг стоял у границ Русской земли, и старые счеты приходилось отложить в сторону. Степь велика и обильна людьми, и половцы никогда не простят убийства своих ханов, к каким бы коленам они ни принадлежали. Да и приднепровские половцы не все пришли к Переяславлю, и в их вежах еще осталось достаточно людей для нового выхода.