- Наверное, я могла бы отказаться, - сказала Гвин винной ягоде, - но тогда на нас, вероятно, нападут карпанцы. Вряд ли нам удастся так просто уехать отсюда и благополучно добраться до дома.
С минуту стояла гробовая тишина, нарушаемая только жужжанием мух. Даже ласточки перестали насвистывать и, казалось, прислушивались к разговору. Наконец Булрион взял себя в руки и обнял Гвин за плечи.
- Значит, здесь-то собака и зарыта?
Гвин прижалась к нему, не оставляя в покое винной ягоды.
- Очень может быть. Никто ничего толком не знает. Пар А-Сиур думает, что раза два появлялись меченые, которых считали поулгратами, отказавшимися выполнять свою миссию. Она о них сказала: "Они не захотели возвыситься до величия".
- И что с ними случилось?
- Они умерли. - Гвин вздрогнула. - Не самым приятным образом. Да, здесь собака и зарыта. Раз ступив на эту стезю, ты уже не можешь повернуть назад.
- Тогда не ступай на нее!
Гвин продолжала крутить винную ягоду.
- Она уже ступила, отец, - сказал Возион. - Она на нее ступила, когда уехала из Далинга. Помнишь, как к ней сбежались все меченые?
Гвин посмотрела на Булриона, отвернулась.
- А может, когда я попросила Ниад тебя исцелить? Или за день до этого - когда появился Тибал? Он был первый. И в тот день я впервые услышала Голос.
- А он-то тут при чем?! - Булрион свирепо воззрился на шуулграта. Вот еще навязался на его голову, выродок!
- Поверь, Булрион-садж, - тихо сказал Тибал, - если бы я имел право это объяснить или хотя бы намекнуть, я бы с радостью это сделал. Конечно, я знаю наперед об ожидающих нас бедах, но, если я попытаюсь их предотвратить, я навлеку несчастье на самого...
- Да слышал я весь этот треп!
- ...себя, и, возможно, лишу Гвин ожидающей ее славы. Славы? Да какой же он себялюбивый старый дурак, если заботится о собственном удобстве, когда Гвин ждет слава?
- Славы? - Он крепче обнял жену. - Ты этого хочешь? Славы?
Она не ответила. Булрион никогда еще не видел ее такой подавленной. В окна влетело несколько ласточек, и птенцы подняли крик в гнездах.
- В Вериове меня учили, - сказал Возион, - что главный долг пастыря помочь своей пастве смириться с испытаниями, ниспосланными Судьбами. Но мне никогда еще не было так трудно давать этот совет - смириться, - и никогда еще он не казался мне таким бесполезным.
Гвин словно не слышала его слов.
- Нет, - заговорила она, - я не хочу славы, милый. Я хочу того же, что и ты, - вернуться домой и зажить мирной жизнью. Но это сейчас не в наших силах. Или я должна продолжить борьбу с Лабранцей и постараться подчинить ее себе, или нам придется отдаться на ее милость. Решай, Булл-Бык, что будем делать.
Булрион не знал, что сказать. Тому, кто отдастся на милость Лабранцы, не светит ничего хорошего.
- Да я скорей буду зарабатывать на жизнь бритьем яиц, чем доверюсь этой бабе! Видно, придется тебе пока продолжать то, что начала, детка.
Гвин посмотрела на него искоса:
- Но ты понимаешь, что из этого получится? Одно решение повлечет за собой другое, третье, и так далее. Я буду увязать все глубже. Сев верхом на тигра, с него уже не соскочишь.
Вошел Занион, но на него никто не обратил внимания.
- Это правда, - сказал Возион. - Пантолион хотел спасти свой народ от карпанцев. Он увел его на другой берег Нильду и обратился с просьбой к императору выделить им место, где они могли бы спокойно жить. А в обмен обещал верность империи. Но империя боялась его, отказала ему в просьбе и попыталась оттеснить зарданцев обратно за реку. Пантолион оказал сопротивление. В конце концов он разорил Квол, разгромил империю, подавил ее остатки, которые продолжали ему сопротивляться, разбил наголову всех - и от империи не осталось ничего.
- А Лоссо поступил наоборот? - мрачно поинтересовался Булрион.
- Лоссо поступил так же, - ответила ему Гвин. - Рарагаш одичал. Лоссо обнаружил, что может стать повелителем этих дикарей. Поначалу он хотел только вернуться к цивилизации и перестать жить как скотина. Империя считала его беглым меченым и устроила на него облаву. Ему пришлось защищаться. В конце концов он захватил трон, и его потомки вознесли империю на небывалую высоту.
- Эти двое добились своего, детка. Расскажи о тех, кто потерпел поражение. Сдается мне, что поулграта узнают только после его смерти.
- Вот и Лабранца говорит то же самое, - весело бросил Тибал. - Сегодня вечером она собирает Совет, но она не разрешит тебе на нем присутствовать, Гвин. Ты должна сначала доказать, что ты - поулграт, а сделать это невозможно. Так по крайней мере считает Лабранца. Баслин не встанет на твою сторону, если ты не представишь доказательств, и тогда она добьется, чтобы было принято угодное ей решение.
Гвин опять взяла винную ягоду и откусила от нее кусочек.
- Возможно, что и Пантолион и Лоссо победили, потому что страна созрела для этого. А сейчас она разве не созрела? Куда уж больше? Но что хуже: попытаться создать войско, способное противостоять карпанцам, или спрятаться в горах и позволить им опустошать одно королевство за другим? В обоих случаях Куолия будет залита кровью. Какой путь чреват меньшими жертвами?
Булрион вспомнил свой сон про бесчисленных коров.
- Ответ на этот вопрос неизвестен даже шуулгратам, - сказал Тибал.
- Совет собирается на заходе солнца? - нахмурилась Гвин.
Тибал нервно сглотнул.
- Не забывай, Гвин, что я, как и все остальные, не могу отказаться отвечать на твои вопросы. Этот вопрос мне не опасен, но, пожалуйста, постарайся поменьше меня спрашивать.
- Извини.
- Да, на заходе солнца. Ордур отправился к себе в деревню, чтобы авайлграты подтвердили его избрание. Они это сделают - Джасбур там уже поработала. А Зибероре ехать издалека.
Но что может решить заседание Совета? Лабранце надо завоевать только двух союзников. Муолграт проголосует так, как она скажет, а Зиберора - ее верная союзница. Перед лицом неведомой опасности к ней могут присоединиться и другие. Булрион вдруг заметил, что Гвин смотрит на него как-то странно. Вопросительно? Вызывающе?
- Почему бы тебе не затащить жену в постель и не выбить из нее всю эту дурь?
- Сейчас? Посреди дня?
Она сняла с плеч его руку и встала.
- Я по крайней мере иду в постель. Я почти не спала ночью.
И она ушла, гордо подняв голову.
Булрион поспешил за ней. Открыв дверь, он оглянулся. Возион был явно шокирован. Занион одобрительно улыбался. Тибал Фрайнит закрыл лицо руками.
53
Если бы из Гвин было возможно выбить дурь предложенным ею способом, Булрион, несомненно, в этом бы преуспел. Он превзошел сам себя. Гвин получила большое удовольствие, но от Судеб надолго сбежать невозможно. Вопреки ожиданиям, она не заснула. Когда ее возлюбленный! отдышался, она предложила ему навестить Ниад. "До лазарета совсем недалеко, я знаю тропинку", - сказала она.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
