демиургийной явленности», а Имя Божие – «демиургийный символ умных причин» (Бытие. Имя. Космос. С. 397). Что касается концепции творения в христианстве, то, по интерпретации самого Лосева, христианское вероучение исходит из сотворения материи, как и всего космоса, из «ничего», причем «творение это может быть только мгновенным, в силу умного умопостигаемо-творческого „да будет“» (Лосев А.Ф. История античной эстетики: Итоги тысячелетнего развития. Кн. 1. С. 119). В диалектико-мифологическом представлении А.Ф. Лосева, творение «происходит путем называния имен, „словом“ и словами»: «назвать для сущности, значит сотворить» (Миф. Число. Сущность. С. 227). Вот почему Лосев вводит демиургийность в свою формулу имени.
С. 119.** «Если не бояться традиционной и поэтому самому спутанной терминологии… диалектика интеллигенции в этом отношении совпадает… с разделением – „ум“, „воля“ и „чувство“».
При истолковании данного фрагмента важно учитывать специфику понимания соответствующих понятий у А.Ф. Лосева, на что он и сам обращает внимание. Так, он пишет:
«Различая Ум и Стремление, я подхожу вплотную к платонически-патристической психологии и резко расхожусь с новоевропейской. Античное разделение на „ум“, „тюмос“ и „эпитюмию“, как всегда, отождествляют с разделением на „ум“, „чувство“ и „волю“, забывая, что все три последние сферы помещаются в каждой из трех античных. Античное разделение есть чисто диалектическое, зависящее от полагания в инобытии» (Миф. Число. Сущность. С. 276).
С. 119.*** «Прежде всего, знание, или самосоотнесение, желая подчинить себе границу познаваемого, может перейти в овладение всем тем фоном, на котором рисуется эта граница».
«Граница» входит в число важнейших понятий общей диалектики А.Ф. Лосева. См. ее следующую диалектическую характеристику в его комментариях к диалогам Платона:
«…в понятии границы одно и иное совпадают. А потому, если одно отлично от иного, то это возможно только при том условии, что существует момент и полного их тождества» (Лосев А.Ф. Примечания // Платон. Сочинения. Т. 2. С. 589).
С. 120.* «Другими словами, вместо созерцания определенных границ я могу их полагать…».
А.Ф. Лосев, по его собственным словам, считает необходимым отказаться от термина «созерцание» и вернуться к старому термину «интеллигенция», мотивируя это тем, что понятие созерцания вследствие частого употребления в философском языке давно уже утратило свою смысловую четкость и почти ничего не говорит «большинству занимающихся в философии» (Диалектика мифа. Дополнение. С. 280). Там же см. итоговое определение интеллигенции.
С. 120.** «Стремление и есть… уход вперед…».
В философском синтаксисе А.Ф. Лосева слово «вперед» указывает на продолжение диалектического движения.
«Что сделается с фактом, если мы осознаем его как диалектически движущееся вперед? – задается вопросом Лосев и отвечает: – Мы получим становящийся факт, то, что еще не есть факт, но стремится им быть; мы получим некоторую степень факта. Равным образом, мы получим некоторую степень тела живого существа, некоторое уменьшенное и сокращенное тело и живое существо; мы получим то, что в меньшей степени есть, в меньшей степени есть бытие, есть бытие лишь до некоторой степени» (Бытие. Имя. Космос. С. 152).
Лосев подчеркивает, что диалектическое движение и маркеры его направлений, такие как вперед, впоследствии и т.п., нельзя понимать причинно-вещественно. Так, рассуждая о соотношении бытия и сознания и о выведении сознания из бытия, он поясняет:
«…речь может идти только о диалектическом выведении – примерно так… скажем, как и у Гегеля весь диалектический процесс начинается с „бытия“, а „сущность“ и „понятие“ возникают впоследствии. „Впоследствии“ нельзя понимать причинно-вещественно и хронологически, хотя бы фактически сознание только так и возникало, т.е. именно впоследствии, в высокоорганизованных формах материи» (Форма. Стиль. Выражение. С. 343).
С. 120 – 121.* «Вот почему в некоторых эстетических теориях современности теория „выражения“ совпадает с теорией „чистого чувства“…».
Л.А. Гоготишвили усматривает здесь учение о чувстве Г. Когена (Гоготишвили Л.А. Примечания // Лосев А.Ф. Из ранних произведений. С. 612).
С. 121 – 122.** «Тогда мы получим такую же… иерархию чувств – от жизненно-животного самоудовлетворения организмов к умно-сердечному и экстатическому самоутверждению себя и всего иного в одной сверх-бытийственной точке».
Сердце – важнейшая реалия (мифологема) и понятие патристической антропологии и православия в целом, понимаемое здесь как «духовное средоточие и глубинная сущность», «„орган“ высшего вéдения и Богопознания», «сверхразумный источник желаний, мыслей и действий» личности (Василенко Л.И. Краткий религиозно-философский словарь. С. 192). Разделяя подобное понимание, А.Ф. Лосев утверждает, что «мистическое православие – сердечно, ибо личностно» (Очерки античного символизма и мифологии. С. 871). При диалектико-мифологическом конструировании категории сердца он различает два момента: «Сердце как абсолютную неохватную сверх-интеллигентную бездну» и «Сердце как начало интеллигентного ряда, как полноту умных обстояний, как предел умных восхождений и исхождений» (Миф. Число. Сущность. С. 278).
С. 122.* «Однако от подробного проведения… ею специально занята моя работа „Диалектика интеллигенции“».
Работа «Диалектика интеллигенции» не была опубликована и в архивных материалах не обнаружена. По предположению В.П. Троицкого, часть этой работы была включена в состав «Дополнения» к «Диалектике мифа» (Троицкий В.П. Примечания // Лосев А.Ф. Диалектика мифа. Μ., 2001. С. 516). В найденных фрагментах «Дополнения» А.Ф. Лосев объясняет мотивы обращения к термину «интеллигенция» (см. 120.**) и считает необходимым зафиксировать точнейшим образом его смысловое содержание, чтобы «не сбиться с чисто диалектических конструкций» (Диалектика мифа. Дополнение. С. 280).
С. 122.** «Символ, ставший интеллигенцией… превращает сущность уже в живое существо, или миф…».
Комментируя данный фрагмент «Философии имени», А.Л. Доброхотов замечает:
«Это значит, что миф обретает носителя, а носитель имеет лицо и имя» (Доброхотов А.Л. Мир как имя. С. 59).
